— Бардор! — заревела толпа.

— Только не Изи, только не Изи… — Сайлас опустил пустой стакан на пол и напряженно подался вперед, уперевшись локтями в колени.

— Кого вы хотите? — громко спросил ведущий, приставив ладонь к уху.

Зал ревел, Сайлас закусил губу.

— Вы хотите увидеть нашего красавчика Бардора? Да? Нет? Или вы предпочтете, чтобы этот кот оказался в руках… — ведущий сделал паузу, набрал в грудь воздуха и оглушительно крикнул: — Изи!

— Паршиво. — Сайлас ударил кулаком по колену. — Принеси еще пива.

— Почему паршиво?

Сайлас не ответил. Поджав губы, он смотрел на арену, и Никс остался на месте. Заиграла протяжная восточная музыка, весь нижний ярус заволокло дымом, пахшим теперь чем-то терпким вроде карри или гвоздики. А потом из дыма, покачивая бедрами, выплыла девушка. Прямые черные волосы ложились ей на плечи, гладкая челка доходила до темных раскосых глаз. На ней была короткая обтягивающая маечка, черные узкие брюки и туфли на высоченных каблуках, которые она аккуратно сняла перед тем, как войти в клетку. Риктер, тяжело дышавший после боя и утиравший пот со лба, застыл на месте. Уши встали торчком и повернулись к девушке. Хвост замер. Девушка, сняв туфли, стала меньше и словно бы беззащитнее. Ростом она была Риктеру по грудь и рядом с ним выглядела совсем крошечной. На лице котокопа читалось явное недоумение — как с такой биться?

— Эй, почему это плохо? Почему Бардор был бы лучше? — Никс толкнул Сайласа коленом, привлекая к себе внимание.

— Не любит Риктер с девчонками драться, вечно с ними нежничает, боится помять слишком сильно. А эта… Посмотри на нее! Ей бы еще юбку в клетку и бант на шею. Такой достаточно просто посмотреть снизу вверх — и наш боец поплывет. А она ногами стены пробивать может — то ли скелет укреплен, то ли она целиком киборг, не знаю, но девка убийственная.

Риктер пропускал удар за ударом. Блокировал и уворачивался, но девчонка оказалась быстрой. Она скользила вокруг кота, кувыркалась в воздухе и в прыжке отталкивалась от решетки. Крошечные ножки словно вообще не касались пола. Она наносила молниеносные жалящие удары и через миг оказывалась в противоположном углу клетки. Казалось, Риктер отказывается драться. Никс скрипнул зубами. Так хорошо все начиналось, а теперь готово было ухнуть в черную дыру из-за какой-то вертлявой пигалицы.

Метким ударом она зарядила не успевшему увернуться Риктеру коленом в нос. Никс со своего места явственно услышал хруст, а потом увидел, как хлынула кровь. Нос скосило на сторону. Скверно, очень скверно. Риктер, ослепленный ударом, явно потерял ориентацию и словил второй — коленом в висок, в прыжке. Девчонка лупила в основном ногами, делая руками обманные пассы. Котокопа повело, он тяжело отступил в сторону и качнулся назад. Девчонка приземлилась на пол, присела, отводя одну руку назад и, рывком головы откинув волосы от лица, улыбнулась залу и врезала пяткой под колено Риктеру. Нога у того подогнулась, Риктер осел. Казалось, сейчас Изи его и добьет. Добавит ногой в голову, раз, другой, и кот повалится кулем на пол. Но она решила покрасоваться. Расслабилась. Улыбнулась публике, помахала, послала несколько воздушных поцелуев, поправила волосы. А потом рванула вперед, подпрыгнула, подняв одно колено выше другого, и с силой впечатала пятку прямо в кончик безвольно свернувшегося хвоста. Ох, даже Никс почувствовал как это больно! Он закинул свой хвост на колени и обнял, пряча кончик на шее.

Риктер зашипел, оскалился и рванул в сторону. Вот теперь он разозлился. Сощурил глаза, прижал уши к голове и сжал кулаки. Девчонка отскочила, оттолкнулась ногой от решетки и взмыла под потолок, но Риктер прыгнул за ней. Взлетев футов на десять, поймал ее за щиколотку и, не дав уцепиться за перекладину наверху, рванул вниз. Никс испугался, что он сейчас крутанет ее за ногу и размозжит голову о прутья клетки, как об терку. Но котокоп просто швырнул Изи на пол и больше не отпускал. Девчонка вывернулась на бок, заверещала, попыталась отбиться свободной ногой, но замаха не хватало. Риктер больше не обращал внимания на удары. Она пыталась вывернуться, царапалась, визжала, мотала головой, но сделать ничего не могла. Риктер, легко встряхнув, перевернул ее на живот, придавил коленом поясницу — слишком осторожно, как показалось Никсу — и завернул Изи руки за спину. Бой был окончен. Толпа ревела.

— Изумруды! Изумруды! Изумруды! — скандировал народ.

— Риктер! Риктер! — крикнул вскочивший Сайлас. Он аплодировал, орал, улюлюкал, грозил кому-то кулаком и выглядел совершенно счастливым.

Ведущий вошел в клетку, взял Риктера за руку и поднял ее. Зрители, повскакав с мест, кричали, свистели и размахивали руками. Кровь из носа Риктера стекала на губы и на грудь, смешиваясь с потом.

— Риктер! Ты лучший! Риктер! — орал Сайлас. — Это мой кот! Мой! Риктер!

Никс подхватил два стакана с пола и выскользнул из зала.

— Снова ты? — спросил бармен.

— Посуду принес.

— Четыре тысячи я вернул на счет.

— Я тобой приятно иметь дело, — улыбнулся Никс, распихивая негнущиеся пластинки по карманам. Не считал, соглашаясь с любой долей, какую бармен оставил себе.

Отчалив от стойки, Никс влился в хвост толпы, катившейся из зала на улицу, где тяжело дышащий Риктер хмуро сверлил глазами Сайласа, готового по сигналу нырнуть в бассейн с изумрудами. Пока ведущий заводил толпу, Сайлас ощупывал себя, прикидывая, не заправить ли куртку в штаны, чтобы больше камней насыпать за пазуху.

— Столько, сколько сможет набрать за тридцать секунд! Все готовы? Вы готовы? — ведущие обвел толпу взглядом и занес палец над кнопкой.

Сайласа уже потряхивало от напряжения, сжав губы, он не мигая смотрел на фонтан.

— Вперед! — выкрикнул ведущий.

Сайлас рыбкой нырнул через борт и приземлился животом на груду камней. Сверху ему на голову падали новые и новые изумруды. Сайлас неловко сел, не прекращая широкими движениями пловца загребать к себе камешки, он хватал их горстями, набирал в раскрытые ладони, сыпал за пазуху, распихивал по карманам. Подняв голову, открыл рот и языком распихал нападавшие изумружы за обе щеки. В безумных расширенных глазах не было ни одной мысли, лишь отражался зеленый блеск. Камешки, кредиты, новый корабль, плазменные пушки, искин последней модели, капитанское кресло с отделкой из редкой шкуры переливчатой ларии — Никс почти видел мелькавшие перед внутренним взором Сайласа мечты. От напряжения руки его почти не слушались, пальцы дрожали и сыпали мимо карманов, куртка на животе вздулась шаром.

— Время! — крикнул ведущий, и двое охранников подхватили Сайласа подмышки и вытащили из изумрудного фантана. Тот придерживал куртку снизу и зло зыркал глазами по сторонам, охраняя свою добычу. Черт, Никс понимал, человек только что получил то, что любил больше всего на свете, то к чему стремился и чего искал, ради чего рисковал — богатство. Взъерошенный Сайлас был вне себя от счастья.

Никс перевел взгляд на Риктера, тот смотрел на пирата со снисходительным пониманием и ухмылкой, словно наблюдал за котенком, топающим по грязи резиновыми сапожками.

Пока ждали орбитальный лифт и поднимались на станцию, никто из троих не проронил ни слова. Никс думал, стоит ли поделиться кредитами с Риктером. Котокоп осторожно трогал разбитый нос кончиками пальцев, но с каждым прикосновением получал новую порцию крови на футболку. Сайлас прижимал к груди охапку камешков и следил, чтобы ни один не упал.

— Возвращаемся на Фауст, — буркнул Риктер, входя на катер. Он послал запрос на отстыковку, задал автоматический старт и дрейф и скрылся в коридоре.

Сайлас ссыпал добычу в пластиковый мешок с надписью «Полиция», любовно запечатал и, бросив взгляд на монитор, ушел прятать сокровище.

Никс решил последовать его примеру. Кредиты из карманов он переложил в мешок для улик. Хотел признаться Риктеру и попросить спрятать. Вышел в коридор. Из приоткрытой двери в душевую падала полоса света.

— Давай я, нужно вправить, — услышал он голос Сайласа.