Оргазм накатил одновременно — мощный, глубокий, сотрясающий. Они закричали вместе, прижимаясь друг к другу, сливаясь в одно целое.

После долго лежали молча, переплетенные, слушая дыхание друг друга.

— Ты простил себя? — спросила Лидия тихо.

— Учусь, — ответил он честно. — Это не быстро. Но с тобой легче.

— Я помогу тебе, — сказала она. — Мы справимся вместе.

— Я знаю, — он поцеловал ее в висок. — Потому что ты — моя семья.

— А ты — моя.

За окном вставало солнце. Начинался новый день. Самый правильный день в их жизни.

Месяц после возвращения Дани пролетел как один долгий, осторожный день. Они учились жить заново — с оглядкой на прошлое, но с надеждой на будущее. Даня ходил к психологу два раза в неделю, возвращался уставшим, но более спокойным. Лидия старалась не давить, не лезть с вопросами, просто быть рядом.

По ночам он иногда просыпался в холодном поту — снился тот самый нерожденный ребенок. Лидия обнимала его, гладила по спине, шептала что-то успокаивающее. Он прижимался к ней и засыпал снова — уже без кошмаров.

Их близость стала другой — более глубокой, более осознанной. Они занимались любовью не так часто, как раньше, но каждый раз это было особенным — будто они заново открывали друг друга, учились доверять, учились любить без оглядки на прошлое.

В эту субботу Лидия проснулась рано. Даня еще спал, раскинувшись на кровати, и она залюбовалась им — расслабленным, умиротворенным, родным. За прошедший месяц он немного пришел в себя — щеки перестали быть впалыми, под глазами не так темно, улыбка возвращалась все чаще.

Телефон завибрировал. Лена.

— Лида, привет, — голос подруги звучал взволнованно. — Ты можешь приехать? Одна. Нам нужно поговорить.

Лидия замерла. Сердце тревожно стукнуло.

— Что-то случилось?

— Нет-нет, все хорошо, — поспешно ответила Лена. — Просто… мне нужно с тобой поговорить. О Дане. О вас. Обо всем.

— Хорошо, — Лидия посмотрела на спящего Даню. — Скоро буду.

Она оставила записку на тумбочке: «Уехала к твоей маме, скоро вернусь. Люблю», — поцеловала его в лоб и выскользнула из квартиры.

Дорога до Лены заняла полчаса, и все это время Лидия прокручивала в голове возможные темы разговора. Лена наконец решила высказать все, что накипело? Лена хочет предложить отменить свадьбу? Лена узнала что-то новое об Алине?

Дверь открылась сразу после звонка. Лена стояла на пороге — нарядная, с укладкой, в красивом платье. Лидия удивилась — обычно подруга дома ходила в халате.

— Проходи, — Лена посторонилась. — Я стол накрыла.

На кухне действительно было накрыто — чай, пирожные, фрукты. Лена явно готовилась.

— Садись, — она указала на стул. — Разговор будет долгий.

Лидия села, чувствуя, как напряжение растет. Лена села напротив, помолчала, собираясь с мыслями.

— Лида, — начала она наконец. — Я много думала в последнее время. О нас. О тебе. О Дане. О том, что случилось.

— И к чему пришла? — осторожно спросила Лидия.

— К тому, что я была неправа, — Лена подняла на нее глаза. — С самого начала.

Лидия опешила:

— Ты о чем?

— Обо всем, — Лена вздохнула. — Когда я узнала о вас, я думала только о себе. О своей боли, о своем предательстве. Я не думала о том, что чувствуете вы. Не думала о том, что Даня счастлив.

— Лена…

— Дай сказать, — перебила Лена. — Я должна это сказать.

Лидия замолчала. Лена продолжила:

— Потом эта история с Алиной. Я видела, как ты страдала. Как он страдал. И я поняла, что любовь — она не выбирает возраст, не выбирает обстоятельства. Она просто приходит.

— Да, — тихо сказала Лидия. — Это правда.

— Я боялась, что ты заменишь меня, — голос Лены дрогнул. — Что он будет любить тебя больше, чем меня. Глупо, да?

— Нет, — Лидия покачала головой. — Не глупо. Это нормально.

— А теперь я поняла, — продолжила Лена. — Что любовь — она разная. Материнская — одна. Женская — другая. И они не мешают друг другу. Он может любить нас обеих. По-разному.

Лидия почувствовала, как к глазам подступают слезы.

— Лена…

— Я хочу, чтобы вы были счастливы, — твердо сказала Лена. — По-настоящему. И я хочу быть частью вашей жизни. Если ты позволишь.

— Ты серьезно? — Лидия не верила своим ушам.

— Серьезнее некуда, — Лена улыбнулась сквозь слезы. — Я устала враждовать. Устала злиться. Я хочу внуков, хочу семейные ужины, хочу, чтобы мы все были вместе.

Лидия встала, подошла к Лене, обняла ее. Лена обняла в ответ, и они стояли так посреди кухни, две женщины, которые любили одного мужчину — каждая по-своему.

— Спасибо, — прошептала Лидия. — Ты даже не представляешь, что это для меня значит.

— Представляю, — ответила Лена. — Потому что я тоже тебя люблю. Ты моя подруга. Моя семья.

— И ты моя.

Они сели за стол, налили чай. Лена вдруг хитро прищурилась:

— А теперь рассказывай. Когда свадьба? Я хочу все организовать.

— Мы думали через месяц, — улыбнулась Лидия. — Небольшую, только близкие.

— Какие близкие? — возмутилась Лена. — У меня куча подруг, которые хотят посмотреть на свадьбу моего сына!

— Лена!

— Шучу, — засмеялась Лена. — Ладно, небольшую так небольшую. Но торт я буду заказывать сама.

— Договорились.

Они проговорили несколько часов. Обо всем — о планах, о мечтах, о будущем. Лена рассказывала о своем новом ухажере, который оказался очень даже ничего. Лидия делилась мыслями о детях, о доме за городом, о совместных проектах с Даней.

— А вы пробовали? — вдруг спросила Лена. — Завести ребенка?

Лидия замерла.

— Пока нет, — честно ответила она. — Думали, но… после всего, что случилось, не решались.

— А ты хочешь? — Лена смотрела пристально.

— Очень, — призналась Лидия. — Но боюсь. Вдруг не получится? Вдруг поздно?

— Глупости, — отрезала Лена. — У меня подруга в сорок родила. Здоровая девка, отличница. Главное — не бояться.

— Легко сказать.

— А ты попробуй, — Лена подмигнула. — Данька у нас молодой, здоровый. Должно получиться.

Лидия улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается в груди. Разговор с Леной снял камень, который лежал на сердце все эти месяцы.

— Спасибо тебе, — сказала она. — За все.

— Не за что, — ответила Лена. — Мы же семья.

Когда Лидия вернулась домой, Даня уже проснулся и сидел на кухне с чашкой кофе.

— Ну как мама? — спросил он. — Не ругалась?

— Наоборот, — Лидия подошла, обняла его со спины, поцеловала в макушку. — Мы помирились. По-настоящему.

— Серьезно? — он повернулся, удивленный.

— Серьезно, — она села ему на колени, обвила руками шею. — Она сказала, что хочет, чтобы мы были счастливы. И что она готова принять нас.

— Не верю, — покачал головой Даня. — Моя мама?

— Твоя мама, — засмеялась Лидия. — Она изменилась. Мы все изменились.

— Это правда, — он поцеловал ее. — Ты изменила нас.

— Мы сами изменились, — ответила она. — Потому что любим.

Он смотрел на нее долго, нежно, и в его глазах было столько любви, что Лидия чувствовала — все будет хорошо.

— Я хочу ребенка, — вдруг сказала она. — Твоего ребенка.

Даня замер.

— Ты серьезно?

— Серьезнее некуда, — ответила она. — Я готова. Если ты готов.

— Я готов, — выдохнул он. — Боже, я так готов.

Он поцеловал ее — жадно, страстно, будто впервые. Его руки скользнули под ее одежду, сжимая, гладя, заставляя забыть обо всем.

— Прямо сейчас? — прошептала она.

— Прямо сейчас, — ответил он, подхватывая ее на руки.

В спальне он опустил ее на кровать, навис сверху, глядя в глаза.

— Ты уверена? — спросил он серьезно. — Это навсегда.

— Уверена, — ответила она. — Я хочу быть матерью твоих детей. Хочу нашу семью. Хочу все.

— Тогда начнем прямо сейчас, — улыбнулся он.

Он раздевал ее медленно, целуя каждый открывшийся сантиметр кожи. Шея, ключицы, грудь, живот. Когда его губы коснулись самого сокровенного, Лидия застонала, запрокинув голову.