От этого контраста у Лидии закружилась голова.

— …а я ему говорю: Роберт, пошел ты со своими вещами! И бросила трубку. И тут Данька как заорет: мама, иди сюда! Ну я прибежала, а там…

— Лен, — перебила Лидия, ставя перед подругой чашку. — А Даня где?

— Данька? — Лена удивленно подняла брови. — Дома остался. С соседями разбираться. А что?

— Ничего, — слишком быстро ответила Лидия. — Просто спросила.

Лена посмотрела на нее внимательно, и Лидия внутренне сжалась. Неужели что-то видно? Неужели на лбу написано: я трахалась с твоим сыном?

— Слушай, — Лена вдруг подалась вперед, понижая голос. — Ты как вообще? Выглядишь помятой. Нездоровится?

— Нет, все хорошо, — Лидия отвернулась к окну, делая глоток кофе. — Просто не выспалась. Работы много.

— А-а, ну да, — Лена откинулась на спинку стула. — У тебя вечно работа. Слушай, а что ты вчера так смотрела на Даньку? Я заметила, между прочим.

У Лидии внутри все оборвалось. Чашка дрогнула в руке.

— В смысле? — переспросила она, надеясь, что голос звучит естественно.

— Ну, так смотрела, будто видишь впервые, — Лена усмехнулась. — А помнишь, каким он был в детстве? Страшненький подросток, прыщи, очки, вечно сутулый. Я боялась, что он вообще никогда не женится. А теперь вон как вымахал! Красавец, правда?

Лидия кивнула, боясь разжать зубы.

— Красавец, — выдавила она.

— Ты бы видела, как на него девки смотрят! — Лена воодушевилась. — А он, паршивец, разборчивый. Ни одна не нравится. Я уж думаю, может, у него проблемы? Или девушка есть тайная?

— Может, есть, — тихо сказала Лидия, вспоминая, как Даня смотрел на нее вчера. Как целовал. Как входил в нее.

— Ой, да ладно, рассказал бы матери, — махнула рукой Лена. — Ладно, проехали. Слушай, я чего пришла-то. У меня к тебе дело.

И Лена начала рассказывать о своих проблемах — о работе, о деньгах, о новом ухажере, который появился буквально вчера вечером после того, как они уехали от Лидии. Лидия слушала вполуха, кивала в нужных местах, а сама думала о Дане.

Где он сейчас? Думает ли обо мне? Пожалел ли о том, что случилось?

Она выудила телефон из кармана джинсов, незаметно глянула на экран. Сообщений нет. Ни звонков. Ничего.

— …и он такой говорит: Леночка, а давайте сходим в ресторан! Ну я согласилась, конечно. А что? Мужик видный, при деньгах, вроде не дурак. Как думаешь, может, это судьба?

— Может, — рассеянно ответила Лидия, не сводя глаз с телефона.

— Лид! — Лена щелкнула пальцами перед ее лицом. — Ты здесь? О чем я только что говорила?

— О ресторане, — автоматически ответила Лидия.

— Ага. А с кем?

Лидия замерла. Она не помнила. Вообще не помнила, о ком говорила Лена.

— С новым ухажером, — наугад сказала она.

Лена подозрительно прищурилась:

— Ты странная сегодня. Точно все нормально?

— Да, — Лидия встала, подошла к окну, делая вид, что любуется видом. На самом деле она пыталась унять дрожь в коленях. — Просто задумалась.

— О мужиках, небось? — хохотнула Лена. — Тебе надо расслабиться, подруга. Слишком много работаешь. Может, сходим куда-нибудь вечером? В клуб, например. Даньку возьмем, он хоть молодых покажет, а то мы с тобой засиделись в своем болоте.

При упоминании Дани у Лидии перехватило дыхание.

— Нет! — вырвалось у нее слишком резко. — То есть… я не могу. Работа.

— Ну как хочешь, — Лена пожала плечами и потянулась к телефону, который завибрировал на столе. — О, Данька пишет.

Лидия замерла, впившись взглядом в экран Лениного телефона. Она видела только аватарку — фото Дани на фоне моря, без футболки, с мокрыми волосами.

— Что пишет? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно.

— Спрашивает, надолго я у тебя, — Лена быстро застучала по экрану. — Соседей вроде уладил, теперь хочет, чтобы я домой вернулась, вместе убираться. Вот же наказание! Слушай, может, поможешь? А то у меня там вода, грязь, сил нет одной.

Лидия открыла рот, чтобы отказаться, но Лена уже тараторила дальше:

— Ты же у нас дизайнер, может, подскажешь, как теперь потолок спасать? А то соседи, гады, даже извиняться не пришли. Данька их чуть не убил, еле успокоила.

— Лен, я не знаю… — начала Лидия.

— Ну пожалуйста! — Лена сложила руки в молитвенном жесте. — Ты же мой единственный друг! А там такой бардак, я одна не справлюсь. Мы быстренько, чай попьем, и я тебя отпущу. Ну Лид!

Лидия сдалась. Потому что, если честно, она отчаянно хотела увидеть Даню. Хотела посмотреть ему в глаза, понять, что для него значил вчерашний вечер. Хотела… она сама не знала, чего хотела. Но тело помнило его прикосновения, и эта память была сильнее доводов рассудка.

— Хорошо, — выдохнула она. — Поехали.

Через полчаса они парковались у дома Лены — старой панельной многоэтажки в спальном районе. Лидия привыкла к другим районам, к другим домам, но здесь было ее прошлое, ее молодость, и это вызывало странную ностальгию.

— Проходи, не стесняйся, — Лена открыла дверь своим ключом. — Дань! Мы пришли!

Лидия переступила порог и услышала шаги. Тяжелые, уверенные. Из коридора вышел Даня.

Он был в домашних спортивных штанах, низко сидящих на бедрах, и в майке-алкоголичке, которая обтягивала широкие плечи и рельефную грудь. Волосы влажные после душа, на скулах легкая щетина. Он посмотрел на Лидию, и в его глазах вспыхнуло что-то такое, от чего у нее подкосились колени.

— Мам, ты вовремя, — сказал он, но смотрел только на Лидию. — Я как раз воду собрал. Лидия Андреевна, здравствуйте.

Это «Лидия Андреевна» прозвучало как пощечина. Холодно, официально, отстраненно. Лидия растерялась. Вчера он называл ее Лидой, шептал это имя в ее волосы, выдыхал в губы. А сегодня — Лидия Андреевна.

— Здравствуй, Даня, — ответила она, чувствуя, как внутри все сжимается от обиды.

— Проходите на кухню, я чай поставлю, — он развернулся и ушел, даже не взглянув на нее больше.

Лидия пошла за Леной, чувствуя себя раздавленной. Что случилось? Почему он так холоден? Неужели то, что было вчера, для него ничего не значит? Обычная перепихонка с теткой постарше?

На кухне было тесно и уютно. Старая мебель, цветы на подоконниках, смешные магнитики на холодильнике. Лена суетилась, накрывая на стол, а Даня молча разливал чай по чашкам. Он не смотрел на Лидию. Вообще. Будто ее не существовало.

— Дань, покажи Лиде, где у нас залив, — попросила Лена. — А я пока пирог разогрею.

Даня кивнул и вышел из кухни. Лидия пошла за ним, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Они прошли в коридор, потом в комнату, где на потолке действительно расплывалось желтое пятно, а на полу стояли тазы с водой.

— Вот, — сказал Даня, останавливаясь. — Полюбуйтесь.

— Даня… — начала Лидия.

Он резко обернулся, и в его глазах полыхнуло такое, что она отшатнулась. Гнев? Обида? Страсть? Все вместе.

— Ты зачем пришла? — спросил он тихо, почти шепотом.

— Лена попросила… помочь с ремонтом…

— Лена, — усмехнулся он горько. — А ты не могла отказаться? Не могла сказать, что занята? Или ты решила проверить, не передумал ли я?

— Передумать? — растерялась Лидия. — О чем?

— О том, что было вчера, — он шагнул к ней, и она оказалась прижата спиной к стене. — Ты думаешь, я не понимаю? Для тебя это была просто игра. Острый момент, адреналин. А я…

Он замолчал, сжимая челюсти так, что желваки заходили на скулах.

— Что — ты? — выдохнула Лидия.

— А я не могу забыть, — сказал он глухо. — Я всю ночь не спал. Лежал и вспоминал, как ты пахнешь, как стонешь, как сжимаешься вокруг меня. Я хочу тебя снова. Так, что зубы сводит. А ты приперлась сюда с моей матерью, и я должен называть тебя по отчеству и делать вид, что между нами ничего нет. Это пытка, Лида.

Он впервые назвал ее по имени, и у нее внутри все растаяло.

— Даня… — прошептала она.