— Ты моя, — шептал он. — Моя женщина. Навсегда.

— Твоя, — отвечала она. — Вся твоя.

Они двигались в унисон, набирая темп. Лидия обвила его ногами, прижимая как можно ближе, чувствуя, как он заполняет ее целиком. Второй оргазм подкрался незаметно и накрыл с головой, мощный, глубокий, бесконечный.

Он кончил следом, с рыком уткнувшись в ее шею. Несколько минут они лежали, тяжело дыша, прижавшись друг к другу.

— Я никогда не устану от тебя, — прошептал он. — Никогда.

— Я надеюсь, — улыбнулась она.

Они лежали в темноте, переплетенные, и говорили. Обо всем — о детстве, о мечтах, о страхах. Даня рассказывал, как в пятнадцать лет тайком смотрел на нее, когда она приходила к ним, и мечтал, чтобы она обратила на него внимание.

— Ты даже не представляешь, сколько раз я дрочил, думая о тебе, — признался он. — Мне было стыдно, но я ничего не мог с собой поделать.

— А сейчас? — улыбнулась она. — Сейчас не стыдно?

— Сейчас я счастлив, — ответил он. — Потому что ты в моих руках. Настоящая. Живая. Моя.

Она поцеловала его и прошептала:

— Я тоже счастлива. Впервые за много лет — по-настоящему счастлива.

Ночью они занимались любовью еще два раза — медленно, нежно, изучая друг друга. А под утро Лидия проснулась от того, что Даня гладил ее живот и смотрел на нее задумчиво.

— О чем думаешь? — спросила она сонно.

— О детях, — ответил он. — О наших детях.

У Лидии сердце пропустило удар.

— Ты хочешь детей?

— С тобой — да, — серьезно ответил он. — А ты?

— Я… я не думала, — честно призналась она. — Боялась, наверное.

— А теперь не бойся, — он поцеловал ее в живот. — Теперь я с тобой.

Она смотрела на него и чувствовала, как внутри разливается тепло. Этот мальчишка — нет, этот мужчина — говорил о детях. Об их детях. О будущем.

— Я подумаю, — сказала она. — Обещаю.

— Хорошо, — улыбнулся он. — А пока — спи. У нас впереди целая жизнь.

Она закрыла глаза и провалилась в сон — спокойный, без сновидений, счастливый. Впервые за долгое время — по-настоящему счастливый.

Месяц пролетел как один счастливый день.

После того разговора с Леной жизнь вошла в новое русло — странное, непривычное, но удивительно гармоничное. Лена не то чтобы полностью приняла их отношения, но перестала враждовать. Она звонила Лидии, приглашала в гости, обсуждала с ней планы на выходные. Правда, когда появлялся Даня, в ее глазах все еще мелькала тень боли, но она старалась ее не показывать.

Даня почти переселился к Лидии. Его вещи постепенно заполняли шкафы, зубная щетка стояла в ванной, на кухне появилась его любимая кружка. Лидия просыпалась каждое утро в его объятиях и засыпала, чувствуя его тепло. Это было счастье — тихое, спокойное, настоящее.

Но где-то в глубине души жил страх. Страх, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Страх, что судьба однажды напомнит о себе.

И она напомнила.

В этот вечер Лена позвала их на ужин — вроде бы просто так, по-семейному. Лидия надеялась, что это знак: Лена окончательно смирилась и готова принять их как пару. Она тщательно готовилась: выбрала скромное, но элегантное платье, сделала легкий макияж, купила бутылку хорошего вина.

— Волнуешься? — спросил Даня, глядя, как она крутится перед зеркалом.

— Немного, — призналась она. — Вдруг она опять начнет?

— Не начнет, — уверенно сказал он. — Она обещала стараться.

— Люди часто обещают то, что не могут выполнить.

— Мы проверим, — он подошел, обнял со спины, поцеловал в шею. — Ты красивая. Расслабься.

Она прикрыла глаза, чувствуя его губы на своей коже. Его руки скользнули по талии, ниже, прижимая к себе.

— Если мы опоздаем, она обидится, — прошептала Лидия, но не отстранилась.

— Успеем, — ответил он, разворачивая ее к себе. — Я хочу тебя.

— Даня…

Он закрыл ей рот поцелуем — долгим, глубоким, выбивающим мысли. Лидия забыла обо всем — о Лене, об ужине, о страхах. Был только он, его губы, его руки, расстегивающие молнию на платье.

— Быстро, — выдохнула она, когда он подхватил ее на руки и понес в спальню. — Только быстро.

Он опустил ее на кровать, навис сверху. Платье уже было смято, белье полетело на пол. Он вошел в нее одним движением, и Лидия застонала, вцепившись в его плечи.

— Тш-ш, — прошептал он. — Мама ждет.

— К черту маму, — выдохнула она, двигаясь ему навстречу.

Он усмехнулся и ускорился, вколачиваясь в нее с глубокой, размеренной силой. Лидия кусала губы, чтобы не кричать, но стоны все равно вырывались наружу. Оргазм накатил быстро — острый, мощный, сотрясающий.

Он кончил следом, с рыком уткнувшись в ее шею.

— Ты сведешь меня с ума, — прошептал он, когда смог говорить.

— Взаимно, — улыбнулась она.

Они быстро привели себя в порядок и через полчаса уже звонили в дверь Лены. Она открыла сразу — нарядная, с укладкой, в красивом платье. Лидия удивилась — обычно Лена дома ходила в халате.

— Проходите, — улыбнулась она. — Я так рада, что вы пришли.

На кухне пахло чем-то вкусным. Стол ломился от угощений — салаты, горячее, домашние пирожки. Лена явно постаралась.

— Садитесь, садитесь, — засуетилась она. — Я сейчас еще грибочки принесу.

Даня и Лидия сели за стол, переглянулись. В глазах Дани читалось удивление — мать явно переигрывала с гостеприимством.

— Мам, ты чего? — спросил он. — Праздник какой-то?

— А разве нет? — Лена поставила на стол тарелку с грибами. — У меня сын с любимой женщиной в гости пришли. Разве не праздник?

Лидия почувствовала, как напрягся Даня. Она положила руку ему на колено под столом — успокаивающе.

— Спасибо, Лена, — сказала она тепло. — Очень вкусно пахнет.

— Старалась, — улыбнулась Лена, садясь напротив. — Давайте выпьем за встречу.

Она разлила вино по бокалам. Они чокнулись, выпили. Разговор потек мирно — о работе, о новостях, о планах на лето. Лидия постепенно расслабилась — может, действительно все наладилось?

— Лид, а ты не хочешь Даньку с собой на море взять? — вдруг спросила Лена. — Я слышала, ты в июле собираешься в Турцию?

— Собираюсь, — кивнула Лидия. — Думала, может, вместе поедем.

— Отлично! — обрадовалась Лена. — А можно я с вами?

Тишина повисла за столом. Лидия замерла с бокалом в руке. Даня напрягся.

— Мам, в каком смысле? — спросил он осторожно.

— В прямом, — Лена посмотрела на них невинными глазами. — Отдохнем вместе, семьей. Я же ни разу с вами никуда не ездила. А тут такой шанс.

— Лена, мы… — начала Лидия.

— Что? — перебила Лена, и в ее глазах мелькнуло что-то холодное. — Не хотите со мной отдыхать? Стесняетесь? Или боитесь, что я буду мешать вам заниматься тем, чем вы занимаетесь за моей спиной?

— Мама! — осадил ее Даня. — Прекрати.

— Что прекратить? — голос Лены повысился. — Я правду говорю. Вы уже полгода вместе, а я до сих пор для вас чужая. Вы меня в свои планы не посвящаете, от меня прячетесь. Я что, враг вам?

— Ты не враг, — спокойно ответил Даня. — Но мы имеем право на личную жизнь.

— Личную жизнь, — эхом повторила Лена. — А я? У меня личной жизни нет? Я одна, вы вдвоем, вам хорошо, а я как дура сижу и жду, когда вы меня вспомните.

— Лена, мы не забываем тебя, — мягко сказала Лидия. — Мы просто…

— Что — просто? — перебила Лена. — Ты мою жизнь разрушила, Лида. Забрала у меня сына. И теперь делаешь вид, что ничего не случилось?

— Я не забирала, — Лидия старалась сохранять спокойствие. — Он сам выбрал. И я не виновата, что он вырос и хочет жить своей жизнью.

— Своей жизнью, — горько усмехнулась Лена. — С чужой теткой.

— Мама! — Даня встал. — Хватит. Мы уходим.

— Да, идите, — Лена тоже встала, глаза ее сверкали. — Идите и не возвращайтесь. Вы оба.

— Лена, не надо, — Лидия тоже поднялась. — Давай поговорим спокойно.

— Не о чем говорить, — отрезала Лена. — Ты мне больше не подруга. А ты, — она повернулась к сыну, — ты предал меня. Выбирай: или она, или я.