— Звучит как сказка, — улыбнулась Лидия.

— Это наша сказка, — ответил он. — И мы напишем ее сами.

За окном догорал закат. В камине потрескивали дрова. А они лежали на полу в новом доме, обнявшись, и строили планы на будущее.

Самое счастливое будущее в их жизни.

Пять лет спустя

Осенний вечер опускался на дом за городом мягкими сумерками. Лидия стояла на террасе, кутаясь в теплый плед, и смотрела, как солнце медленно исчезает за верхушками сосен. Пять лет прошло с тех пор, как они с Даней впервые переступили порог этого дома. Пять лет — и целая жизнь.

— Мама, смотри, что я нарисовала! — звонкий голосок заставил ее обернуться.

По террасе бежала маленькая девочка с темными кудряшками и огромными серо-зелеными глазами — точная копия Дани в детстве. В руках она сжимала лист бумаги, на котором старательно были выведены каракули, отдаленно напоминающие семью.

— Покажи, солнышко, — Лидия присела на корточки, разглядывая рисунок. — Кто это?

— Это ты, — девочка ткнула пальчиком в длинную фигуру с кудряшками. — Это папа. А это я. А это маленький.

— Маленький? — переспросила Лидия, чувствуя, как сердце пропустило удар.

— Ну да, — серьезно кивнула Алиса. — Он же скоро родится. Я его уже нарисовала.

Лидия положила руку на округлившийся живот — второй триместр, вторая беременность. Они планировали одного ребенка, но судьба распорядилась иначе. Через два месяца у Алисы появится брат или сестра.

— Умница моя, — Лидия поцеловала дочку в макушку. — Пойдем бабушка уже приехала.

Из дома доносились звуки — Лена гремела кастрюлями на кухне, Даня помогал накрывать на стол, где-то фоново играл телевизор. Обычный семейный вечер, которых были сотни. Но каждый из них Лидия ценила как величайшее сокровище.

— Лида, иди есть! — крикнул Даня из окна. — Твои любимые блинчики!

— Идем! — отозвалась она.

В гостиной было тепло и уютно. Горел камин, на столе дымился ужин, Лена суетилась с салфетками, Даня рассаживал Алису на ее высокий стульчик.

— Садись, садись, — замахала Лена. — Тебе нельзя переутомляться. Беременным нужно отдыхать.

— Я пять минут на улице стояла, — засмеялась Лидия. — Не переутомилась.

— Всё равно садись, — Лена пододвинула ей стул с подушкой. — Я сегодня такие блинчики сделала! По маминому рецепту.

Они сели за стол — большая, шумная семья. Лена напротив, Даня рядом, Алиса между ними. Лидия смотрела на них и чувствовала, как сердце переполняется благодарностью.

— Помните, пять лет назад, — вдруг сказала Лена, — когда вы только начинали встречаться? А я дура, скандалы закатывала?

— Мам, ну зачем ты опять? — поморщился Даня.

— Нет, я правда, — Лена покачала головой. — Столько времени потеряли из-за моей глупости.

— Не потеряли, — мягко сказала Лидия. — Все, что случилось, привело нас туда, где мы сейчас. Я не жалею ни о чем.

— Я тоже, — Даня взял ее руку, поцеловал. — Ни о чем.

— А я жалею, что вы долго не давали мне внуков, — Лена подмигнула. — Теперь наверстываете.

— Бабушка, а почему ты бабушка? — вдруг спросила Алиса, жуя блинчик.

— Потому что я мамина подруга и папина мама, — объяснила Лена. — Сложно, да?

— Сложно, — кивнула Алиса. — А можно я буду называть тебя просто Лена?

Все замерли. Лена посмотрела на девочку, потом на Лидию.

— Можно, конечно, — растерянно сказала она. — А почему?

— Потому что ты красивая и веселая, — серьезно ответила Алиса. — Бабушки обычно старые и ворчат. А ты не ворчишь.

Лена расхохоталась, а за ней и все остальные.

— Ну, спасибо, внучка, — сквозь смех сказала Лена. — Буду для тебя просто Леной.

После ужина Алису уложили спать. Она долго не хотела засыпать, требовала сказку, потом еще одну, потом воды, потом поцеловать мишку. Наконец уснула, раскинувшись звездочкой на своей кроватке.

Лидия и Даня вышли на террасу. Ночь была прохладной, звездной. Они сели на качели, прижавшись друг к другу.

— Устала? — спросил он, гладя ее по животу.

— Немного, — призналась она. — Хорошая усталость.

— Ты счастлива? — спросил он, глядя в глаза.

— Безумно, — ответила она. — А ты?

— Я даже не знаю, как описать, — он задумался. — Когда я был маленьким, я мечтал о такой жизни. О доме, о семье, о любви. Но не верил, что это возможно. А теперь…

— А теперь?

— А теперь я просыпаюсь каждое утро и боюсь, что это сон, — он улыбнулся. — Что я открою глаза, а тебя нет. Алисы нет. Этого дома нет.

— Я здесь, — Лидия взяла его лицо в ладони. — Я никуда не денусь. Мы никуда не денемся.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Он поцеловал ее — долго, нежно, благодарно. В этом поцелуе были все эти пять лет — и радость, и боль, и испытания, и счастье.

— Пойдем в спальню, — прошептал он. — Я хочу тебя.

— А если Алиса проснется?

— Не проснется, — улыбнулся он. — Она после блинов спит как убитая.

В спальне горел только ночник. Даня помог Лидии раздеться, осторожно, с особой нежностью к ее округлившемуся животу. Целовал каждый сантиметр — плечи, грудь, живот, в котором рос их второй ребенок.

— Ты такая красивая, — шептал он. — Беременная — самая красивая.

— Льстец, — улыбнулась она.

— Правда, — он лег рядом, прижался всем телом. — Я люблю тебя. Больше жизни.

— И я тебя, — ответила она. — Навсегда.

Он вошел в нее медленно, бережно. Лидия обвила его руками и ногами, чувствуя, как каждое движение отзывается теплом внизу живота. Они двигались в унисон — медленно, глубоко, смакуя каждое мгновение.

— Я хочу, чтобы ты знал, — прошептала она ему на ухо. — Ты сделал меня счастливой. Ты дал мне все, о чем я мечтала.

— Ты дала мне больше, — ответил он. — Ты дала мне жизнь.

Они кончили вместе — тихо, нежно, почти беззвучно. Лидия чувствовала, как волны наслаждения прокатываются по телу, и улыбалась в темноту.

— Я люблю тебя, — сказал он, засыпая у нее на груди.

— И я тебя, — ответила она, гладя его по голове.

Утром их разбудил топот маленьких ножек. Алиса влетела в спальню и запрыгнула на кровать.

— Мама! Папа! Вставайте! Солнце уже встало! — кричала она. — Я хочу гулять!

— Рано еще, солнышко, — простонал Даня, натягивая одеяло на голову.

— Не рано! — Алиса стащила с него одеяло. — Вставай, папа-соня!

Лидия смотрела на них и смеялась. Даня делал вид, что спит, Алиса пыталась его растолкать. Обычное утро обычной семьи.

— Ладно, встаю, — сдался Даня, подхватывая дочку на руки. — Пойдем завтракать.

— Ура! — закричала Алиса. — А потом гулять?

— А потом гулять, — пообещал он.

Они спустились на кухню. Лена уже хлопотала у плиты — жарила яичницу, пекла оладьи.

— Доброе утро, сонь, — улыбнулась она. — Садитесь завтракать.

Они сели за большой стол. За окном светило солнце, в саду пели птицы, Алиса болтала без умолку о своих планах на день. Лидия смотрела на них — на Даню, на дочку, на Лену, — и чувствовала, как сердце переполняется счастьем.

— О чем задумалась? — спросил Даня, заметив ее отсутствующий взгляд.

— О том, как мне повезло, — честно ответила она. — О том, что я самая счастливая женщина на свете.

— Глупая, — он поцеловал ее в висок. — Это нам повезло. Нам всем.

— Давайте уже завтракать, а то все остынет, — поторопила Лена. — Алиса, убери локти со стола.

— Бабушка Лена, а можно я сегодня пойду с вами в сад? — спросила Алиса.

— Можно, — кивнула Лена. — Будем яблоки собирать.

— Ура! — Алиса захлопала в ладоши.

Лидия смотрела на них и вспоминала тот первый вечер пять лет назад. Как она стояла на пороге своей квартиры и не знала, что через минуту в ее жизнь ворвется этот мужчина. Как боялась, как сомневалась, как страдала. И как в итоге обрела счастье.

— Я люблю тебя, — шепнула она Дане, когда Лена с Алисой ушли в сад.