Мистер Рен криво улыбнулся и взглянул на неё, как на маленького ребёнка — с жалостью и умилением. Он поднялся и поманил её.
— Пошли пройдёмся? Скоро рассвет. Видишь, небо уже серое?
Она кивнула, всхлипнув. Мистер Рен подал руку, Агнесса поднялась, и они вышли из домика. Небо и правда посветлело. Было зябко. Стояла глухая тишина раннего утра. Агнесса глубже вздохнула, успокаиваясь. Они не спеша пошли к пристани. Доски потрескались, часть обвалилась в воду. Река с плеском набегала на берег. На востоке небо постепенно розовело.
— Как красиво, — вздохнула она. В груди защемило от вида прекрасного.
Мистер Рен промолчал. Он нашёл место на берегу и сел на траву, не боясь испачкать брюки. Агнесса тоже села. Платье всё равно безнадёжно испорчено. Она слишком устала, чтобы лишать себя удовольствия полюбоваться восходом солнца.
В полном молчании они ждали первых лучей. Агнесса перестала плакать и думала, что природе всё равно на проблемы людей. Каждый день солнце будет подниматься и опускаться. Будут выходить звёзды, плыть облака. Мистер Рен жевал травинку. Когда показалось солнце и ласковые лучи заиграли в волосах Агнессы, он обернулся к ней и тихо сказал:
— Я могу пойти с тобой.
Она вопросительно подняла брови.
— К брату. Ты не виновата, что так всё вывернулось. Он поймёт. При мне зверствовать не будет, — он усмехнулся. Агнесса заметила, что совершенно перестала бояться его шрама.
— Зачем вам встревать? Он же и на вас накричит… подумает, что мы… всякое, в общем, подумает! Боже, я всю ночь прошаталась по улицам!.. — Она схватилась за голову.
— Ты хорошая девчонка, Агнэ. Я… кхм, я хочу защитить. Глупо, правда?
— Да нет, не глупо. По-моему, вы даже милый.
Мистер Рен громко фыркнул, улыбаясь, и прищурился, как смешливый мальчишка, даже помолодел. В солнечных лучах его глаза отдавали янтарём. Агнесса загляделась. Сейчас бы сюда краски… Не сразу она заметила, что он тоже смотрит на неё. Не ухмыляется больше. В голове мелькнула глупая мысль — потрогать шрам. Агнесса почти подняла руку, но одёрнула себя. Они даже не друзья! Это невежливо. Румянец вспыхнул на щеках, и она поспешно отвернулась.
— Я буду рада, если вы постоите рядом. Но говорить я должна сама. В конце концов, мне уже не пять лет. Пойти к Джону было моё решение — мне и отвечать.
— Это точно.
— Всё, пора домой, — Агнесса встала. — Давайте скорее, пока я опять не струсила!
Глава 14. Отец
Глава 14. Отец
Глава 14. Отец
В три встреча с Кроу в бильярдном клубе «Золотой шар», на нейтральной территории. С чего вдруг? Хочет предложить новые условия? Сделку? Или это очередная ловушка, чтобы потрепать им нервы?
Всё это чертовски достало.
Он застёгивал пуговицы на рубашке и чувствовал, как тяжелеют веки. Поспать бы час…
— Ты с ней тоже так трахаешься? Как эгоистичный мудак? — прокуренный голос Джейд вырвал из череды тревожных мыслей. Она сидела на краю стола голая, худая, с выступающими костями на всём теле и синяками на бёдрах: похоже, попался неудачный клиент. В одних спущенных чулках с подвязками. Она курила, поставив ногу на ногу, и покачивала чёрной туфлей.
В кабинете душно. Пахнет женскими духами, табаком и потом. Сквозь жалюзи пробивался серый свет. В спёртом воздухе летают частицы пыли.
Рен нахмурился, мозги с трудом ворочали мысли. Хреново будет болтать с Кроу в таком состоянии. «Надо было спать, а не нянчиться с мелкими аристократками», — мрачно заключил Рен.
— О чём ты? — прямо спросил он, заправляя рубашку в брюки.
— Да про твою малолетку, — со скучающим лицом сказала Джейд. Она стряхнула пепел длинным пальцем. — Она так мило побежала к тебе под крылышко, вся в слезах, бедняжка. Жаль, мы не видели, как ты гладишь её по головке. Она твоя новая игрушка или у вас всё серьёзно?
— Не твоё дело. — Он надел жилет. Взглянул на часы. До встречи с Кроу ещё два часа.
Два часа, чтобы прийти в себя, выпить кофе и проверить оружие.
— Моё дело — раздвигать ноги, когда тебе скучно? А она — твой трофей? Надоели шлюхи, хочется чистенькую?
— Заткнись, Джейд, ты ни черта не знаешь. — Он потянулся за наплечной кобурой, висящей на кресле. Кожаная лямка привычно легла на плечо. — Её брат — капитан, командовал на Сомме. Я живу в их доме. Она просто ребёнок, которого обидели. Я поступил как мужчина, и всё.
Какого чёрта он оправдывается? Он платит Джейд не за чёртовы вопросы. Тихая, знакомая злость начала закипать, смешиваясь с усталостью. Рен достал сигареты. Чиркнул спичкой. Рука дрогнула — на коробке осталась белая полоска. Со второго раза пламя всё-таки коснулось сигареты. Рен затянулся, стараясь унять нервную дрожь. Джейд будто решила добить:
— О-о, хозяйская сестрёнка! Как мило. И давно ты её зажимаешь, пока братец не видит?
Этот цирк окончательно выбесил. И без дурацкой истерики Джейд он был на взводе. Из головы не шли мысли о Кроу, о возможной засаде, о том, сколько взять людей для подстраховки. Рен дёрнул желваками. Дым вылетел из лёгких густым облаком.
— Хватит нести бред. Её отец был дворянином, её брат — офицер, герой войны, благородный. Мы все — просто пыль у неё под ногами.
На лице Джейд мелькнуло изумление.
— Аристократка? Серьёзно? Ничего себе её занесло. Мы с Кирой сразу поняли, что она не из наших, но чтоб настолько…
— Настолько.
Помолчав, Джейд стряхнула пепел и спросила без прежней едкости:
— Какого чёрта, Рен? Я не понимаю… мы все думали…
— Мне плевать, о чём вы думаете. Бери деньги и проваливай.
Джейд проглотила ответ. Она поджала полные губы, спрыгнула со стола и затушила окурок о пепельницу. Рен упал в кресло, закрыл глаза.
Надо собраться.
Он слышал, как девушка одевается. Шорох платья. Звон монет, которые проститутка взяла со стола.
— Ты принёс?
Он вытащил из ящика стола стеклянный флакон с пробковой крышкой. Джейд спрятала его в маленькую сумку из чёрного бархата, защёлкнула замок и поправила короткую причёску. Она вышла не прощаясь.
Отдохнул, чёрт возьми.
К назначенному часу они прибыли на место — в клуб «Золотой шар» со стеклянными дверьми. Машину оставили за поворотом у соседнего дома. Финч Орсон остался сторожить, жуя зубочистку. Рен заметил «Бентли» Кроу. Он поправил галстук. Уже попахивало дерьмом, и ещё с войны он привык прислушиваться к чутью.
У входа встретил услужливый метрдотель во фраке и с плотно залаченной причёской, блестящей в свете ламп. Зал был тихим: ещё только день. Народ обычно подтягивался ближе к шести. Мерно шуршала пластинка в граммофоне у бара. Пахло коньяком и дорогими сигарами. Бармен проводил «крестов» глазами и побледнел. Рен заметил Кроу у дальнего стола, под свисающим абажуром. Он не играл: развалился в кресле и потягивал что-то из стакана. Рыжая клочковатая борода, уже наполовину седая, казалась тусклой. Он был грузным стариком с залысинами, в расстёгнутом жилете.
С ним двое молодчиков. Один здоровый с серьгой в ухе, похожий на цыгана, играл в бильярд. Второй помельче, в чёрной кожанке и с холодными белыми глазами, стоял позади Кроу. Рен тоже взял с собой двоих — Джейка Одли и Макса Пирси. Джейк окинул намётанным взглядом зал, по старой солдатской привычке. Он сопровождал Рена. Макс остался у входа, сцепив руки перед собой.
Цыган со стуком загнал шар в лузу.
Рен подошёл и приветственно кивнул.
— Как всегда вовремя, — Кроу взглянул на большие часы на запястье и улыбнулся золотыми зубами, — уважаю пунктуальность. Садись.
Рен сел на стул около маленького круглого стола, напротив Кроу. Джейк остался позади. Кроу придвинул стакан с виски.
— Я завязал, — Рен качнул головой. Он положил руки на стол и переплёл пальцы. — Зачем позвал, Виктор?
— Твой братан, Сэм… — голос Кроу засипел, — он совратил мою Энни.
На секунду Рен опешил.
Сэм? И дочка Кроу?!
ЧТО?!
Его будто ледяной водой облили. Кроу готов порвать каждого, кто только взглянет в сторону его дочурки, все в городе знали. А Сэм, похоже, решил проверить, бессмертный он или нет. Такой подставы Рен не ждал. Не от брата. Как же всё не вовремя… Первым желанием было схватить Сэма за глотку и придушить. Рен медленно выдохнул. Вдруг Виктор ошибся?
