Как отмечается в литературе, наряду с имеющим место в настоящее время «жестким» публично-правовым регулированием в рамках ЕАЭС актуально «формирование гибких частноправовых норм, изложенных в актах мягкого права (lex mercatoria eurasiatica), основу которого могут составить Принципы евразийского частного права, разработанные по аналогии с Принципами УНИДРУА или Модельными правилами европейского частного права»[125].
В праве ЕАЭС могут быть выделены источники «первичного права», к которым относится Договор о Союзе и протоколы о внесении изменений в него. А к «вторичному праву» ЕАЭС могут быть отнесены международные договоры в рамках Союза, международные договоры Союза с третьей стороной, а также акты, принимаемые органами ЕАЭС – Высшим советом, Межправительственным советом, Комиссией – в рамках их полномочий, предусмотренных Договором о Союзе и международными договорами в рамках Союза.
Большинство источников права ЕАЭС имеют обязательную юридическую силу, и, следовательно, они относятся к источникам «твердого права» Союза. Вместе с тем принимаемые государствами – членами ЕАЭС декларации стратегического характера[126], рекомендации ЕЭК, консультативные заключения Суда ЕАЭС принадлежат к источникам «мягкого права», которые оказывают ориентирующее и направляющее воздействие на поведение субъектов интеграционных правоотношений и развитие интеграции.
Особенность правотворческого процесса в ЕАЭС состоит в том, что в Союзе отсутствует законодательный орган по типу парламента, а основной массив принимаемых актов приходится на Комиссию, которая в соответствии со ст. 18 Договора является постоянно действующим регулирующим органом Союза.
Данная особенность обусловливает особую роль Суда ЕАЭС, который не только осуществляет судебный контроль за соответствием международных договоров в рамках Союза и решений органов Союза Договору в рамках компетенции, закрепленной за ним п. 39 Статута Суда, но и обеспечивает единообразное применение права Союза (п. 2 Статута Суда). Таким образом, формирование права ЕАЭС как единой целостной системы происходит посредством правотворчества органов ЕАЭС, а также осуществления контрольной и интерпретационной функций Суда Союза, что позволяет вырабатывать баланс между деятельностью различных органов ЕАЭС, стремиться к построению «бесконфликтного» правового пространства ЕАЭС.
1.2. Образование единого правового пространства в рамках интеграционного объединения имеет важное значение для формирования единого рынка Союза, в котором обеспечивается свободное движение лиц, товаров, услуг и капиталов. Единое правовое пространство ЕАЭС образует как собственно правопорядок (право) Союза, так и национальные правовые системы государств – участников Союза. Таким образом, для формирования единого правового пространства Союза необходимо складывание непротиворечивого права ЕАЭС на основе Договора, а также гармонизация национального правового регулирования на основе общих и отраслевых принципов Союза. Реализация данной цели предполагает движение к построению гармоничного взаимодействия различных правовых систем (права ЕАЭС или наднациональной правовой системы, системы международного права, национальных правовых систем государств – членов Союза).
К формам построения единого гармонизированного правового пространства (или унификации права в ее широком значении) в рамках ЕАЭС относятся: международно-договорная (конвенционная), модельная (посредством принятия международных модельных норм), наднациональная (путем принятия актов органами интеграционных объединений), а также судебная (выработка правовых позиций, которые могут быть восприняты в правотворческой и правоприменительной практике органов Союза и государств – членов ЕАЭС).
Международно-договорная или конвенционная форма унификации права основывается на согласовании воль государств в форме международного договора. Так, Договор о Союзе, выражающий волю государств – членов к объединению в организацию международной эконмической интеграции ЕАЭС, образует правовой фундамент интеграции в рамках Союза. Заключаемые в рамках Союза международные договоры и международные договоры с третьей стороной, являющиеся частью права Союза в соответствии со ст. 6 Договора, не могут противоречить нормам Договора о Союзе, который находится на «вершине» системы источников права ЕАЭС.
Принимаемые на уровне Союза модельные акты не многочисленны и носят рекомендательный характер[127], но они также участвуют в формировании единого правового пространства ЕАЭС, так как сообразно закрепленным в них принципам и нормам могут быть приняты либо изменены нормы национального законодательства государств – членов Союза.
Правотворческая деятельность органов ЕАЭС – Высшего совета, Межправительственного совета, Комиссии – образует наднациональную форму создания единообразного правового регулирования. Акты органов ЕАЭС, принимаемые ими в рамках своей компетенции, различны по видам и регулирующему воздействию.
Акты Суда ЕАЭС также оказывают влияние на формирование единообразного правового пространства в Союзе. В процессе своей деятельности по осуществлению правосудия Суд формирует правовые позиции, которые имеют значение для единообразного толкования и применения права Союза, как органами интеграции, так и в рамках правотворческой и правоприменительной деятельности в государствах – членах Союза. Восполнение пробелов правового регулирования в праве Союза при разъяснении права Союза либо решении конкретных споров позволяет оперативно преодолевать пробелы в правовом регулировании ЕАЭС, что способствует более эффективному регулированию общественных отношений правом ЕАЭС. Контрольная функция Суда, заключающаяся в оценке соответствия принимаемых Комиссией решений Договору и международным договорам, позволяет обеспечивать иерархию источников права Союза, соответствие норм вторичного права принципам и нормам Договора, устранение несоответствия актов права Союза Договору.
Решения Комиссии, признанные Судом не соответствующими Договору и международным договорам в рамках Союза, должны быть приведены в соответствие с правом Союза без ущерба для единообразия, установленного Судом. В таком контексте Суд создает правовую позицию, которая со временем, возможно, станет нормой права. Судебная позиция, являясь результатом судебной деятельности (практики), формулирует обычаи (usage – opinio juris) как общеизвестные формы (источники) международного права или в рекомендательных актах – обыкновения (usage). Суд создает позицию о приоритете применения конкретного правила, которая в будущем будет жить на практике, повторяясь от решения к решению (судебный обычай), либо перейдет в позитивное право путем нормативного закрепления в международном договоре или решении международной организации[128].
Формируемые Судом правовые позиции придают динамизм праву ЕАЭС посредством оперативного реагирования на выявляемые пробелы правового регулирования, а также позволяя приспосабливать нормы права Союза к меняющимся экономическим отношениям[129].
Достижение единообразия правового регулирования осуществляется посредством таких методов сближения правовых систем, как унификация, гармонизация и координация права.
Отметим, что в ст. 2 Договора понятия «унификация» и «гармонизация» определены через родовое понятие «сближение законодательства государств – членов», что смещает фокус рассмотрения данных методов достижения единообразия права на законодательство. Вместе с тем в процессе сближения правовых систем происходит взаимодействие и взаимопроникновение правовых обычаев, правовой культуры, юридической доктрины, и др.
В соответствии со ст. 2 Договора степень сближения законодательства государств – членов различается в зависимости от вида проводимой политики – «единой», «согласованной» либо «скоординированной».
