Мы быстро проехали вдоль всего нашего каравана. Мне показалось, что я заметила лицо принцессы Лиары, выглянувшей из своей кареты. Занавеска на окошке упала. Мы промчались дальше, под каменной аркой, вверх по широкой пустой улице, украшенной белыми лентами и цветами, направляясь прямиком к серому замку на вершине холма.

Я попыталась снова повернуть голову, насколько позволяли вес чужого тела, прижимавшего меня сверху, и рука, удерживавшая меня поперёк талии.

— Вы понимаете, что теперь весь город думает, будто вы меня выбрали?

Он не сбавлял темпа езды, и я спиной чувствовала каждый его вдох. Впереди показались огромные ворота. Я была уверена, что он уже не ответит, когда тёплое дыхание коснулось моего уха одним словом:

— Пусть.

Знакомство с родителями

Ворота открывались перед нами слишком медленно.

Во всяком случае, именно так мне казалось, пока чёрный конь нёсся прямо на них, звонко гремя копытами по неровной каменной мостовой. Я была почти уверена, что Каэр собирается проверить толщину створок собственной головой. Или моей. Моя находилась ближе.

В последний момент створки всё-таки разошлись достаточно, и мы влетели во внутренний двор.

Конь резко затормозил. Я дёрнулась вперёд, но горячая рука Каэра удержала меня поперёк талии. Воздух выбило из лёгких. Волосы упали на лицо, связанные руки больно ударились о луку седла.

Во дворе было полно людей. И все они смотрели на нас.

По обе стороны широкого внутреннего двора выстроились стражники в тёмно-синих плащах. За ними — слуги, придворные, несколько богато одетых мужчин, женщины в длинных платьях, какие-то чиновники с цепями на груди и даже двое детей, которых торопливо увели подальше, стоило коню остановиться. На ступенях замка замерла ещё одна группа встречающих. Несколько человек, видимо, не разобравшись в ситуации, приветственно закричали при нашем приближении. Но на них зашикали стоящие рядом.

Похоже, здесь готовились к торжественному прибытию будущей невесты.

А получили меня.

Посреди ступеней впереди остальных стоял высокий седой мужчина. Волосы у него были почти серебряными, но лицо выглядело слишком молодым для этого цвета. Лет пятьдесят, если мыслить человеческими категориями. После разговора с Мейей я уже не была уверена, что человеческие категории здесь имели хоть какой-то смысл. Он был широкоплечим, спокойным, с серыми глазами стального оттенка и длинным тонким носом с явной горбинкой. Он смотрел на Каэра с выражением человека, которому только что привезли крайне занимательную проблему. Даже без взгляда на богатый наряд было видно, чей это отец.

Рядом с ним стояла женщина в тёмно-синем платье, расшитом серебряными нитями. Тоже достаточно высокая, с безупречно прямой осанкой, с гладко уложенными чёрными волосами, лишь с небольшой проседью, и с очень красивым лицом. Каэр был похож на неё линией скул, цветом глаз и тяжёлым взглядом. И сейчас этот знакомый взгляд был направлен на меня, и он не выражал большого гостеприимства.

Каэр легко спрыгнул с коня прямо вместе со мной, продолжая удерживать меня одной рукой поперёк талии. Снял и поставил меня позади себя. Я уже чувствовала себя какой-то карманной собачкой. Правда, очень грязной и неухоженной собачкой. Мужские брюки, грязный пиджак, растрёпанные волосы. Наверное, я производила неизгладимое первое впечатление.

Тишина при таком обилии народа вокруг просто давила на уши.

Женщина на ступенях медленно оглядела меня с головы до ног и двинулась в нашу сторону. Мужчина, помедлив, пошёл за ней.

— Каэр, — произнесла женщина негромко, продолжая водить по мне взглядом и явно подмечая каждую деталь: связанные руки, синяки на шее, кровь на пиджаке, туфли, расшитые гербами дома Лиары.

Всего одно слово. Но в нём каким-то образом уместились вопрос, требование объяснений и предварительное осуждение всех ответов, которые он мог дать. Каэр передал поводья своего красавца подбежавшему конюху.

— Мать.

Значит, я угадала. Мысленно поаплодировала своей наблюдательности.

— Мы ожидали увидеть тебя рядом с принцессой Лиарой, — сказала она. — И никак не ожидали, что ты появишься раньше всей процессии. Галопом.

Она наконец закончила мой осмотр, особенно задержавшись на туфлях, и посмотрела в лицо сыну:

— Тем более в такой компании.

Ну, учитывая мой внешний вид, прозвучало почти вежливо. Я оценила её усилия.

— Обстоятельства изменились, — коротко ответил Каэр.

Его мать вскинула брови в очень красивом жесте.

— Настолько, что ты оставил свою невесту на дороге и промчался через весь город верхом с неизвестной женщиной? Человеком?

Неизвестная женщина тем временем старалась быть как можно незаметнее в прожекторе общих взглядов. Было очевидно, что моего выступления тут никто не ожидает. Я понемногу оглядывалась, представляя себе, что каждый в этом дворе может превратиться в огромного дракона. Если честно, это всё ещё было похоже на нелепую шутку.

Каэр помолчал. Кажется, подбирал вариант объяснения, который быстро расставит всё на свои места и не займёт остаток дня. Я понимала его затруднения.

— Утром произошло нападение в лесу, — наконец сформулировал он.

По двору прошёл едва заметный шум. Его отец нахмурился.

— Кто на вас напал?

— Пока не знаю. Двое мертвы, один ушёл, нескольких взяли живыми. Их везут, к вечеру мы узнаем больше.

Я невольно вскинула голову. Он произнес это спокойно, как другой человек сообщил бы, что начался дождь. Невольно пришло в голову, что и от меня он тоже планирует узнать больше за этот вечер. И вовсе не за чашечкой чая. Молчанием я себя точно не спасу, пора выступать!

— Здравствуйте! Меня зовут Алиса Ветрова. Я расскажу вам всё, что знаю сама. И я хотела бы подчеркнуть, что не имею никакого отношения к напавшим на вашего сына. Я оказалась в том же месте и в то же время по несчастливой случайности!

По толпе пронёсся испуганный вздох. Королева уставилась на меня, словно ей даже не приходила до этого в голову мысль, что я умею говорить. Каэр бросил за спину такой хмурый взгляд, как будто я нарушила все наши договорённости. Хотя я точно помню, что мы вообще ни о чём с ним не договаривались.

— А эта девушка? — спросил драконий король, не снисходя до прямого разговора со мной.

— Появилась из воздуха и свалилась на одного из нападавших, — ответил Каэр и добавил очень тихо, словно выдавливая слова через силу: — Она оказалась в облаке Пепла.

Его мать застыла с раскрытым ртом, а отец перестал смотреть на меня с не слишком вежливым любопытством. Теперь он разглядывал меня очень внимательно, словно перед ним внезапно появился предмет, существование которого противоречило всем известным законам природы. А после снова повернулся к сыну.

— В облаке Пепла? — переспросил он.

Каэр утвердительно кивнул.

— И она осталась жива?

Каэр снова посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло привычное раздражение. Словно я сознательно пережила его смертельное дыхание, чтобы испортить ему день и заставлять отвечать на неудобные вопросы.

— Как видишь, — процедил он сквозь зубы.

А я с трудом удержалась, чтобы не сказать ему: «Ну извините, пожалуйста! В следующий раз обязательно скончаюсь!»

— Ей было больно в Пепле? — с эдаким непосредственным детским любопытством спросил король, всё ещё не у меня. Как будто любое мнение на этот счёт было важнее моего, хотя касалось непосредственно моих ощущений.

— Не было больно, — сухо ответила я в его надменный профиль. — Просто тяжело дышать.

Я увидела, как дёрнулась скульптурная челюсть принца, словно он хотел что-то сказать или спросить, но остановился. Потом продолжил:

— Она была в белой одежде и пережила Пепел. Люди в лагере решили, что она может быть Белой Девой из пророчества. Культист, сопровождавший нас, всячески поддерживал эти слухи.

По свите прокатился новый шёпот. Некоторые придворные посмотрели на меня почти так же, как горожане. Все вытянули головы, чтобы видеть лучше, и передавали эти слова друг другу. Мать Каэра побледнела.