— Всё нормально? — я посмотрела на Эрика, спрашивая.

— Да, не волнуйся, мы как раз обсуждаем твоё щедрое предложение, — ответил он, слегка покраснев, осмотрел меня и тут же отвернулся.

Так, а это что сейчас такое было? Не поняла. Мысли стали сумбурно биться в голове, одна глупее другой.

— Не похоже, что вы пришли к согласию... — прошептала я, подходя ближе. — В чём у вас вопрос?

Я повернулась к собравшимся. Там стояли помимо Эрика и его матери ещё трое мужчин. Они были старыми, но крепкими, их седые волосы выдавали возраст и то, кем они являлись. «Старейшины» — я поняла это, лишь взглянув на них.

— Мы всё ещё не решили, можем ли тебе верить, Лилиана. Понимаешь ли, мы привыкли, что мы никому не нужны и справляемся сами всегда, а тут ты с таким щедрым предложением, — сказал старец с карими глазами и пухлыми щеками, замолчал и опустил голову.

— Мой брат прав, ты очень подозрительно добра, — сказал другой старец. У этого деда был длинный нос и тонкие губы с голубыми глазами.

— Мы не понимаем таких жестов, поэтому ожидаем подвоха, даже если его нет, — резюмировал всё сказанное третий мужчина. Его внешность была самой странной: он был худым, с серыми глазами и острыми чертами лица. Чуть сгорбленный, он стоял у круглого стола и смотрел на карты.

— Вы правы. Это слишком подозрительно. Я понимаю вас. Ещё недавно я была обычной девушкой. Работала в библиотеке, не знала этого мира и ваших бед, а теперь я здесь: спасаю Эрика от обвала, бегу от тварей, блуждаю по заброшенному храму, вижу странные сны и слышу голоса. У меня вопросов только прибавляется, а ответов всё нет. Помогите мне узнать хоть что-то о том, кто я, хоть что-то полезное. И я спасу вашу защиту. Перезапущу ваши знаки. Только придётся сначала снять их полностью — они должны перестать работать для того, чтобы возродиться, — выпалила всё это я и смотрела поочерёдно на каждого из стариков в ожидании их решения. Даже дышать, казалось, перестала.

А потом один из них сказал:

— Я предполагаю, ты с Земли?

Я выгнула бровь:

— Что? Я этого не говорила. Как вы поняли?

Мужчина грустно улыбнулся и вздохнул:

— Моя жена была оттуда. Её тоже призвали в Нер'Тар, когда тут была революция. Она умела лечить — это был её дар. Но вскоре она умерла. А перед смертью рассказала мне о вашем мире.

— Вот как... Мне жаль, — проговорила я раньше, чем поняла.

— Погодите, революция? Тут была революция? Люди? Они хотели свободы? Я права?

— Да, ты угадала, девочка. Это было причиной. Но Король демонов убил всех зачинщиков. Хладнокровно, без шансов оправдаться. И по сей день выискивает тех, кто был в сговоре с ними. В том числе и нас. Поэтому мы прячемся за этим кругом. Его нам показал ещё один наш друг. Но это уже другая история.

— Погодите, то есть демон, которого вы боитесь, — это Король?

— Именно. Нет никого страшнее.

— Ох... фух... Слава демону... думала, вы уже и моего в этот список загнали, — проговорила я и подняла глаза на собравшихся, а они остолбенели будто.

— Твоего кого? — переспросил один из стариков.

И в это время вся земля содрогнулась от треска и грохота. Было так громко, что голова заболела сразу же. А потом все резко услышали его голос, разнёсшийся по округе, как сирена:

— Верните мою жену! Верните мне Лилиану — и сможете избежать смерти!

Я узнаю этот голос из тысячи. Это Эдиан. Но что он тут делает и почему зовёт меня женой?

Я обернулась на Эрика. Он только кивнул, и я сорвалась с места, побежав на выход.

Я бежала и бежала, пока не увидела отряд на краю поселения. И о, демоны! Он был там — мой дьявол во плоти, мой прекрасный и ужасный мужчина. Я рванула к нему и, добежав, увидела в его глазах сначала узнавание вперемешку со страхом, а позже — обожание и всеобъемлющую любовь.

Я буквально ворвалась в ряды его людей, а следом — в его объятия. Но он не был против, наоборот — он подхватил меня на руки и прижал к своей груди, обнимая и шепча, как же он скучал.

— О, Эдиан! Ты здесь! Ты правда пришёл за мной! Как я рада, как рада! — шептала я демону на ухо.

Тишина, повисшая после моих слов, была тягучей и тяжёлой, как патока. Эдиан смотрел на Эрика и его мать с холодным спокойствием, но я чувствовала, как под его маской скрывается напряжение — каждая мышца его тела была натянута, как струна. Люди вокруг нас замерли, сжимая оружие, но никто не решался напасть первым.

— Значит, Эрик, — медленно произнёс Эдиан, и в его голосе проскользнула лёгкая, едва заметная усмешка. — Тот самый, кто прыгнул за моей Лилианой в пропасть.

— Я не «твоя» Лилиана, — возмутилась я, но он лишь покосился на меня с насмешливым прищуром.

— Ты пока не моя, но это лишь вопрос времени, — ответил он так спокойно, будто обсуждал погоду.

Я закатила глаза, но внутри что-то дрогнуло. Его уверенность, его властность, то, как он говорил обо мне, будто я уже была частью его мира — это одновременно и пугало, и завораживало.

Эрик шагнул вперёд, заслоняя собой мать. Его лицо было непроницаемым, но в глазах я видела сталь.

— Ты демон, — сказал он прямо. — И ты пришёл сюда с отрядом, готовым убивать.

— Я пришёл за ней, — Эдиан мотнул головой в мою сторону. — И я уйду с ней. Если вы не тронете нас — я не трону вас. Я даю слово.

— Слово демона, — фыркнула Ильда, выходя из-за спины сына. — Оно для нас ничего не стоит.

Эдиан медленно перевёл на неё взгляд, и в его глазах мелькнула тень уважения. Эта женщина не боялась — или боялась, но не показывала.

— Твоя смелость похвальна, — сказал он тихо. — Но я не враг. По крайней мере, тем, кто спас мою Лилиану. Я согласен закрыть глаза на существование этого поселения. В награду за то, что вы помогли ей. Но...

Он сделал паузу, и я почувствовала, как его рука на моей талии слегка сжалась.

— Я категорически против того, чтобы она перезапускала ваш круг.

Возмущённый гул прокатился по толпе. Старейшины переглянулись, Ильда побледнела, а Эрик сжал кулаки.

— Почему? — вырвалось у меня. — Я же могу! Я чувствую это!

— Ты не обучена, — резко ответил Эдиан, поворачиваясь ко мне. В его глазах я увидела страх — настоящий, живой, глубокий. — Ты даже не представляешь, какие силы дремлют в этих рунах. Они древнее, чем любой из нас. И если ты допустишь ошибку — пусть даже крошечную — магия может сжечь тебя изнутри. Я не могу потерять тебя снова. Второй раз я этого не переживу.

Его голос дрогнул на последних словах, и я увидела в нём не могущественного демона, не сына Короля, а просто мужчину, который боится за любимую. Я подошла ближе, положила ладонь на его грудь — прямо туда, где билось сердце.

— Эдиан, — сказала я тихо, глядя ему прямо в глаза. — Я обещаю тебе. Я буду осторожна. Я буду слушать меч. Я буду чувствовать кольцо. Я не сделаю ни одного шага, если почувствую, что это опасно. Но я должна попытаться. Эти люди не заслуживают смерти, — я перевела взгляд на старейшин, на Ильду, на Эрика. — Они дали мне кров, когда я была ничем. Они могли бросить меня, но не бросили. Я не могу просто уйти и оставить их умирать.

Эдиан прикрыл глаза. На его лице боролось противоречие — он хотел сказать «нет», но он видел мою решимость.

— Ты слишком упряма, — выдохнул он.

— Я знаю, — улыбнулась я. — Но это ты выбрал меня.

Он рассмеялся — тихо, горько, но в этом смехе прозвучало тепло.

— Чёртова библиотекарша, — прошептал он, а потом наклонился и поцеловал меня.

В тот миг мир вокруг исчез. Я забыла о старейшинах, об Эрике, о людях с мечами — остались только его губы, тёплые, настойчивые, и его руки, которые прижали меня к себе так крепко, будто он боялся, что я растворюсь. Поцелуй был долгим, глубоким — в нём было всё: тоска по разлуке, радость встречи, обещание быть вместе и страх, что это может не сбыться. Я чувствовала, как в груди разливается жар, и впервые осознала это на сто процентов: я люблю его. Не просто симпатия, не просто влечение — настоящая, всепоглощающая любовь, от которой кружится голова.