— Но я всё равно не понимаю. Как из-за её смерти женщины лишились магии?

Женщина одарила меня таким взглядом, что я поняла, что она собирается произнести вслух еще до того, как она это сделала.

— Потому что больше никто не мог наделять ею женщин. Погибшая была единственной, кто обладал такой властью. Преемницей обзавестись она не успела. Остальные госпожи могли пользоваться полученной магией, но передать её другой женщине не могли. Со временем не осталось и их.

Вот теперь становилось понятнее.

И от этого история выглядела ещё страшнее. Одно убийство не просто стоило жизни одной женщине. Вместе с ней женщины этого мира потеряли то, что до сих пор так и не смогли вернуть.

— Жаль, что после её смерти уже ничего нельзя было сделать, — искренне произнесла я, раздумывая над тем, как много это изменило бы для всех.

— Не совсем, — возразила Нерис. — Возможность оставалась.

Я подобралась, совершенно не ожидая такого продолжения.

— Какая?

— У той госпожи был особый артефакт. Именно с его помощью она наделяла женщин магией. После её смерти артефакт искали, надеясь вернуть утраченное, но поиски ни к чему не привели.

Я почувствовала, как в голове зашевелились шестеренки.

— Госпожа Нерис, — осторожно начала я. — А вы случайно не знаете, как именно выглядел тот артефакт?

Она удивленно на меня покосилась.

— Ну почему же не знаю, — я подалась вперед в ожидании ответа и мне даже показалось, что время вокруг замедлилось. — Это был магический посох.

И все-таки я ошиблась, когда решила, что встречать у ворот меня будет Каир. Потому что ждали все они.

Дарис стоял рядом с Каиром около самих ворот, Рен сидел на краю скамьи, подавшись вперёд, Мирт застыл чуть дальше, погружённый в свои мысли, Станис с Браном о чём-то вполголоса спорили, а Демир просто смотрел в одну точку с таким выражением лица, что становилось понятно — моё отсутствие затянулось для них всех.

Но едва я появилась, мои брюнеты тут же бросились ко мне. Рен вскочил со скамьи, Мирт словно очнулся от своих мыслей, Станис с Браном оборвали разговор, а Каир оказался рядом самым первым.

Я подняла ладонь, не давая никому заговорить.

— Нам нужно в дом.

Ни один не спросил, где я была, что узнала и почему нам нужно внутрь.

Они просто решительным шагом двинулись вместе со мной. Каир держался ближе всех, остальные окружили нас с двух сторон, и всей компанией мы направились к дому.

Вот за это я их и люблю. Ни одного вопроса.

Мы поднялись в давно облюбованную нами гостиную. Часть мужчин заняла кресла и диван, другие остались стоять, но всё внимание было приковано ко мне. Они ждали, когда я буду готова.

Но пересказывать весь разговор с госпожой Нерис я не собиралась — время играло против нас, к тому же иногда легче просто… показать.

Поэтому я вышла на середину гостиной и громко позвала:

— Призрачная госпожа!

Ничего не произошло. Ровным счетом ничего.

— Первая госпожа? — уже не так уверенно произнесла я в пустоту.

С тем же успехом я могла разговаривать с мебелью.

Станис сообразил первым. Поняв, кто именно нам понадобился, он направился к полке с играми, вытащил одну из любимых настолок нашей вредной приятельницы, уселся за стол и принялся демонстративно тасовать карты.

Долго ждать не пришлось.

Прямо из стены выплыла знакомая полупрозрачная фигура и сразу направилась к столу.

— Как? Еще до сих пор не раздали?! — возмущённо осведомилась призрачная дама, опускаясь в свободное кресло возле стола.

Станис так и застыл с колодой в руках.

Я едва удержалась от того, чтобы не закатить глаза к потолку.

Дважды позвать её по имени оказалось недостаточно, зато шелест карт каким-то невероятным образом пробился туда, где эта женщина до этого пряталась.

Я опустилась в кресло напротив неё, раздумывая, с какой стороны лучше подступиться. После разговора с Нерис мне хотелось схватить этот посох обеими руками, потрясти им перед лицом его хозяйки и потребовать немедленно рассказать, что случилось сотни лет тому назад. Но что-то подсказывало, что подобный подход закончится тем, что призрачная госпожа тюкнет меня по темечку, как Лея в своё время.

Поэтому начинать следовало осторожно.

— Вообще-то, прежде чем играть, я хотела у вас кое-что спросить.

Призрачная госпожа уже потянулась к картам, но после моих слов замерла, а её взгляд моментально стал подозрительным.

— Это ещё зачем? — поинтересовалась она, явно почуяв какой-то подвох.

— А у нас ставка такая сегодня, — пришёл мне на выручку Каир. — Прежде чем сесть за игральный стол, каждый должен ответить на несколько вопросов.

Правила Первая госпожа любила. Но только если они не касались лично её.

— Правило?

— Новое, — подхватил со своего места Бран и даже закивал для пущей убедительности. — Каир уже ответил, например, кого из нас первым выбросил бы из лодки, если бы она начала тонуть, а Мирт рассказал, что выбрал бы: неделю без сладкого или неделю без возможности разговаривать.

— Ну раз так, расспрашивайте, — великодушно разрешила она, протягивая руку к колоде снова. — Только сдавать это совершенно не мешает.

Станис послушно отдал ей карты, а я задумалась, как сформулировать вопрос. Спрашивать в лоб, помнит ли она, кто её убил мне всё ещё казалось не лучшей идеей.

— Скажите, а вы никогда не задумывались, почему находитесь здесь именно в таком виде?

Первая госпожа оторвалась от карт и оглядела себя. Поправила платье, пригладила волосы и сдула несуществующую пылинку с несуществующего платья.

— А что не так с моим видом? Я прекрасно выгляжу, — ее придирчивый взгляд остановился на мне, и я одернула себя от мысли начать доказывать, что я тоже не промах.

Вместо этого напомнила ей об одной ма-а-а-аленькой детали.

— Вы проходите сквозь стены.

Призрачная госпожа, кажется, ничего странного в этом факте, опять не обнаружила.

— И что? Очень удобно, между прочим, — отозвалась она, поправляя посох на коленях. — Вам, Таня, тоже бы не помешало научиться, тогда не пришлось бы постоянно носиться по лестницам.

И ведь она не притворялась. Она действительно не понимала, что неживая. И в то же время не до конца мертвая.

— Ладно, — попробовала зайти я с другой стороны. — Расскажите тогда про этот ваш посох.

Первая госпожа даже карты отложила и обеими руками схватилась за своё сокровище.

— Мой посох — мой посох, — отрезала она, словно этим объяснялось абсолютно всё.

Я неслышно втянула воздух, призывая на помощь всё оставшееся терпение.

— Это я уже поняла. Но откуда он у вас? Почему вы с ним никогда не расстаётесь? Что в нём вообще особенного?

Первая госпожа недовольно засопела и крепче обхватила древко руками.

— Вообще-то приличные госпожи чужими посохами не интересуются, — еще более сухо заключила она. И, что еще хуже — начала подниматься со своего места, намереваясь уйти.

А у меня в голове лихорадочно заметались мысли. Отпустить её сейчас я просто не могла. Только она могла пролить свет на то, что произошло сотни лет назад и где в этой истории заканчивалась правда и начиналась ложь.

— И это Первая госпожа? — бросила я ей вслед. — Та самая, которая когда-то решала, кому из женщин достанется магия?

Её призрачное плечо дёрнулось.

Попала.

Но Первая госпожа упрямо продолжила идти к стене, всем своим видом показывая, что дешёвыми провокациями её не остановить.

До стены оставалось всего несколько шагов.

— Моей семье нужна ваша помощь, — выдохнула я, перестав юлить. — Главная госпожа хочет забрать у меня тех, кого я люблю.

Первая госпожа резко развернулась ко мне. Да так, что складки её платья взметнулись вокруг ног, а посох в руке вспыхнул светом. Даже глаза на её полупрозрачном лице на миг засветились ярче.