Три минуты. Очень, очень быстро всё произошло.

— Что-то случилось? — спросила проснувшиеся Даша.

— Не, не. Спи, всё хорошо, — соврал я и поцеловал её, поправив одеяло. — Небольшой инцидент безопасности.

— И ты опять всё разрулишь, да?

— Конечно, блин, разрулю, я же главнокомандующий. Спи давай.

А сам всё же самолично проверил спальни, коридоры, затем прошёл в кабинет и пересчитал все реликвии на стенах. Все оружия были на месте.

Тогда — какого хрена, не понимаю, ей было надо?

Мы всё-таки собрались в моём зале все, кто не спал — Дашу я тревожить не стал сам, а Иоланта не отвечала.

Я, Октавия, Андрон, Скорый, Илья, Макс и Вова. И Череп со Жнецом по квантовой связи с подключились — один с Номура, второй с Помпады, куда отбыл по делам подготовки моей великокняжеской интронации.

Галлахад опаздывал. Бабушка опаздывала — как раз в эти сутки она отлучалась на «Сансару». Иоланта не отвечала, спала крепким сном — ну, пусть спит, даже лучше, спокойнее всё пройдёт. Вот наверняка же если бы она была на месте — всё было бы хорошо! И если бы Октавия была на месте…

— Господа, все в сборе? Ну, почти все. А теперь — на выход, — скомандовал я. — Октавия, Андрон — терминал квантовой связи прихватите.

— Зачем? — удивился Вова, но увидев мой взгляд тут же понял, что сказал глупость.

Ясно, для чего. Для проверки помещений на скрытые жучки. Дроны из «Термитника» уже вылетели роем и понеслись по всем закоулкам моих освобождённых апартаментов.

Мы же прошагали через периметры безопасности, миновали оживлённый уже проспект Империи, прошагали исторический центр Королёва — тот самый, который мы три года назад всеми силами раскапывали. Снова зашли на закрытую территорию космопорта и дошли до заднего двора Зала прибытия, туда, где всё ещё обитал Семёныч.

Хозяин уже жарил шашлыки вокруг большого костра.

— Октавия, жги, — сказал я, когда мы расположились.

— Что именно зажечь, господин главнокомандующий? — спросила она,

— Я ожидаю искромётного доклада, конечно же.

Над костром повисли голограммы с визуализацией.

— Первое событие — выход девять часов назад из подпространства грузовика пятой размерности «Энергетик Николай Доллежаль» в точке Лагранжа. Яхта «Салли Кристен Райд» использовала манёвр «рыба-прилипала», выйдя из подпространства в одном трёхмерном пузыре с ним с разницей в доли секунды и мгновенно отключившись, что позволило не быть замеченным. Только анализ камер ближнего радиуса с грузовика, полученный только что, позволил подтвердить это.

Я услышал, как присвистнул Череп в терминале квантовой связи. Ну, да, меня, как не менее опытного пилота, тоже такое, мягко скажем, впечатлило. О «рыбе-прилипале» рассказывали во многих пилотских учебниках как о некотором курьёзе, вроде посадки самолёта-кукурузника на крышу движущегося танка. Но вспомнить реальные случаи применения такой тактики я бы не смог. Мало того, что это надо очень удачно подгадать время и проложить маршруты, так это надо ещё, чтобы и пилот, и электронный разум корабля оба были готовы к этому и не сдрейфили такое сделать. Учитывая гораздо бОльшую вероятность быть разорванными на атомы в случае неудачного попадания в трёхмерную поверность судна-жертвы.

Октавия продолжала.

— Проникновение на территорию резиденции было осуществлено через туннель пять часов назад, в двадцать два часа. Двое стражников усыпили дротиками, либо микродронами, сейчас выясняю. Перед этим были отключены камеры. Предположительно, она попала на территорию космодрома через грузовой глайдер из пироговой Марии Геннадьевны Севостьяновой, который доставил партию для внутреннего буфета. Глайдер брошен без водителя неподалёку от забора со стоянкой личных челноков Главнокомандующего.

— Как-то очень хитро. А как она попала в глайдер?

— Мы нашли глайдер, — мрачно сообщил Илья.

— Судя по данным орбитального контроля, глайдер совершил остановку на трассе от Восточной Герберы до Королёва, — подтвердила Октавия. — Сейчас место обследуют высланные сервы. Я изучаю фотофиксацию с орбиты и данные датчиков. Судя по возмущениям гравитации, перед этим в двух километрах от трассы, в сотне метров от поверхности земли произошёл выход из подпространства.

Понятно. Гипербросок. Причём весьма ювелирный — не в городе, а рядом.

Октавия не стала это озвучивать, но я примерно понял схему. Далеко кидать себя она, похоже, не умеет. Яхту она закинула в точку Лагранжа обычным бросковым двигателем. И кинула себя в гипербросок уже оттуда.

— Также производим допрос главного по смене караульной службы. Судя по всему, он увидел спящего караульного. Но почему-то решил, что тот уснул сам по себе и попросту заменил его на другого прямо перед вашим прибытием.

— И не сообщил? И даже не проверил, работают ли камеры. Очень интересно!

Впрочем, я не был удивлён. Все удачные спецоперации, в том числе и вражеские, складываются именно из таких вот кирпичиков: хорошая проработка перед операцией и умелая импровизация во время неё. Использование удачного момента — например, когда все, кто может оперативно вмешаться и помешать — просто спять. А также использование выявленных прямо в процессе уязвимостей с опорой на некомпетентность и халатность ответственных лиц противника.

А если есть крот — то, конечно, с опорой на крота, который очень вовремя поможет.

— Вы самостоятельно придумаете наказание для лиц, допустивших халатность? — спросил Пётр Скорый.

— Ещё я такой мелочью не занимался! — фыркнул я. — Устав, военный суд есть — пусть разберутся сами. Меня сейчас беспокоит совсем другое. Даже если сейчас будут найдены жучки. Даже если сейчас обнаружится кража предметов. Никто не был ранен. Никто даже не был убит. Никто даже не был серьёзно ранен. Всё, что я получил — это сообщение в ванной.

— Сообщение⁈ — воскликнули почти что хором все собравшиеся.

— Да, сообщение. О том, что мои сыновья спят, как ангелочки. И предложение увидиться. Короче говоря, у меня три гипотезы. Первая — весьма незатейливая попытка меня напугать и заставить совершить глупые поступки. Которая, конечно, провалилась. Вторая — разведка боем, плюс установка жучков. Но затем тогда было послание? Ну, и третья — всё вместе, и сразу.

— Есть и четвёртая, — сказал Жнец в терминале квантовой связи. — Эта дура просто наглухо долбанутая сучка, вот четвёртая гипотеза.

— А ты её знаешь? — оживился я.

— Знаю, — кивнул он. — Виделись однажды. Лет пятнадцать назад. Ещё до того, как я стал женат.

— И… как прошло общение? — спросил я. — Почему вы не переубивали друг друга?

— Кхм… — как-то хищно усмехнулся Жрец. — Учитывая, что из женщин нас слушает только Октавия, скажу, что это было весьма приятно, хоть и внезапно. Я проснулся уже после того, как она сидела в комнате моего орбитального общежития. На мне верхом, без одежды. В конце она сказала мне, где искать тогдашнего суперадминистратора последних сотен. После выпила воды из моего любимого наградного кубка, стоявшего на столе, разбила его о пол. Сняла с крючка мою куртку пилота, накинула на голое тело, так и вышла в коридор, не попрощавшись. Я пытался потом её найти какое-то время — полный игнор. Больная стерва.

Я подумал сказать, что уж не больнее тебя, если учесть, сколько ты перерезал своих кузенов примерно в то же самое время. Два сапога пара, в общем.

А ещё подумал, что теперь есть ненулевой шанс, что у меня ещё от этой стервы где-нибудь бродит правнук или правнучка. Бр-р, ну, нафиг-нафиг.

— Это было до того, как её изгнали из Системы? И ты знал, что она работает на Хольмдома?

Жнец пожал плечами.

— Наверное, до изгнания, насколько я знаю. Её изгнал Лорд-Протектор, видимо, по совокупности причин. А про Хольмдома — понятия не имел. Наверное, она его агентурной и раньше была.

— Господа… — вдруг произнесла Октавия. — На точке ухода в подпространство «Салли Кристен Райд» обнаружен неисправный челнок с трупом барона Прокудина. Челнок транслировал во все новостные ведомства видеозапись.