— Чт?.. — Санни потрясенно замерла.

— А вот, — Джамиль включил еще один график, — как улучшаются предсказания, если добавить снимки свечения мха и прочей плесени с орбиты.

Новый график начинался неделю назад и заканчивался вчерашним утром. Он лишь в пять раз отличался от реальных наблюдений.

— И где результаты для сегодняшнего всплеска?

— Его нет, потому что я на тех же вычислительных мощностях обсчитывала экосистему, — сказала Ван Уик, проталкиваясь в центр толпы. — Основной источник энергии для жизни в Винегрете — не свет звезд, а радиация. Модели обнаружили несколько тысяч механизмов поглощения и переизлучения жестких частот. Деревья, умирая, мумифицируются, быстро накапливая кремний, и становятся прочнее камня. Даже споры мха с помощью специальных крючочков прицепляют на себя пылевые частицы в атмосфере, и если эта пыль хоть немного излучает, споры начинают прорастать, собирая углерод и воду прямо из воздуха, утяжеляются и падают назад на землю, улетая не дальше, чем за пятьдесят километров от долины. Это искусственная экосистема, созданная для того, чтобы предотвращать радиоактивное загрязнение, исходящее от остатков Ковчега.

— Этого не может быть. — Санни смотрела на Ани, как на сумасшедшую.

— Что ж ты тогда в прочности вон того бетона не сомневаешься, а? — Джамиль махнул рукой на красивые кружева стройки на третьей террасе и обернулся к Малинике: — Винегрет не рухнет. Ни сейчас, ни в ближайшие пять лет. Можем запустить полный расчет, а можем не тратить до хрена энергии и компьютинга и сосредоточиться на эпидемии.

— Если подтвердить выводы так сложно, то откуда, черт возьми, у тебя такая уверенность в их корректности?! — послышался возглас из толпы. — На коленке что-то насчитали и предлагают рискнуть колонией!

Санни согласно кивнула. Широкоплечая, белобрысая, она почти не уступала Джамилю в росте, из-за чего их противостояние казалось равным. Джамиль закатил глаза и открыл другой график.

— Это план работ и расхода вычислительных ресурсов команды планетологов, — озвучил он для стоявших вокруг. Теперь он отстаивал вовсе не решение по проблеме Винегрета, а свой отряд.

График впечатлял. Вейверы были задействованы на многих работах, но как минимум два человекодня ежедневно уходило на совершенствование модели обрушения. При этом из вычислительных мощностей они теряли меньше трех секунд в сутки. «Это самая эффективная организация работы из всех, что я когда-либо видела».

Малиника перевела взгляд с экрана на разноцветные глаза Джамиля. Как бы слаженно планетологи ни работали, собранная ими модель была слишком сложной, объем данных — недостаточным, а значит, результаты расчетов — это лишь приблизительные оценки в отдельных точках, но никак не картина в целом. «И ты настолько уверен в своих выводах, что готов стать принцем?» Во взгляде Джамиля не было ни напора, ни вызова. Он просто знал, что угрозы обрушения Винегрета нет.

— Хорошо. Вопрос про источник радиации в долине закрыт. Минимизируйте группировку спутников над Винегретом, нам требуются все доступные ресурсы наблюдения в окрестностях Деревни.

Ани одобрительно улыбнулась. Джамиль лишь развернулся и направился к одному из катеров. Санни недовольно повела головой.

— У нас ведь нет экспертизы, чтобы проверить его расчеты, не так ли? — вдруг подал голос Арчи, все это время стоявший за плечом Малиники.

— Нет, — согласилась Вязиницына. И через секунду продолжила: — Он номер первый в очереди экспедиции Б-32. Единственная жизнь, которой он имеет право рисковать, — его собственная.

«А еще я не могу представить, что он и Ямакава вообще полетели бы с нами, если бы оба не были уверены, что у базовой экспедиции на Вудвейл есть полноценная команда планетологов».

* * *

Деревня, 2550-07-23 24:10

Аарон угрюмо сидел за столом и таращился на погасший огарок свечи. Вчера чужаки, эти странные люди в оранжевой одежде, с непривычно резкими движениями и слегка искаженной, хоть и понятной, речью, забрали Алекса. Увезли его брата куда-то к себе, «на базу». Аарон не понимал, что это за база такая. Пытался им помешать, но Герда, жена Алекса, не пустила. Сказала, что если он, Аарон, не знает лекарства, то пусть помогают чужаки. «Сказала…» Герда прокричала, загораживая собой выход из избы, а потом тяжело закашлялась. Аарон был с ней не согласен, но очень уж она в тот миг стала похожа на бедную Франческу.

Мужчина тяжело вздохнул. Втянул в ноздри запах остывавшего воска. В Деревне было пять больших кланов, но Аарон и Алекс к ним не принадлежали. Их предки всегда были немного наособицу, плодовитостью не славились, но зато все были крепкими и здоровыми.

Аарон зажмурился. Сжал лежавшую на столе руку в кулак. Еще эта женщина. Малиника. Все смотрели на нее как завороженные. Еще бы, даже сам Аарон на миг подумал, что она — это Агата. Ну, или ее перевоплощение. Бабка рассказывала Аарону, что его дед перевоплотился в хищного варана, такой он сильный был и смелый. «Только вот эта Малиника — не перевоплощение и никакого отношения к нашей Агате не имеет. Чужаки ее сами создали, как куклу, чтобы наше доверие завоевать!»

— Хр-р-р.

«А еще зачем-то слюни собирали сегодня». Аарон не стал в их банки плевать. Еще чего!

* * *

Космическая база, 2550-07-24 08:40

— Потерян сигнал от трех спутников. Один — геостационарный, два — низкоорбитальных, пролетавших примерно под ним, — услышал Расти, входя в операционный зал. Дежурный обернулся от своего терминала и посмотрел на Айдына.

Месяц назад это помещение было мостиком их космического корабля. Сейчас его заставили терминалами. Инженеры здесь в полуручном режиме моделировали и оптимизировали то, на что пока что не хватало суммарных вычислительных ресурсов. Расти, только вернувшийся из очередного рейса на планету, пришел сюда, чтобы убедиться, что расстроенный остановкой добычи и строительства ретранслятора главный инженер экспедиции Этьен Арбогаст не спорит со своим заместителем, куда более прагматичным Айдыном Малебой.

Тот задумчиво поскреб седую щетину.

— Подозрительно это. Позови… Да, вот ее! — Айдын посмотрел куда-то за плечо Расти и развернулся назад к своему терминалу. Сидевший через один пульт от него Этьен согласно качнул головой и тоже вернулся к работе.

— Что там? — Мимо Расти прошла высокая девушка с гривой ярко-рыжих волос. Тонкие и пушистые, они, словно огонек над спичкой, сияли над поджарой, мальчишеской фигурой.

— Деб?

— Привет. — Девушка лишь скользнула взглядом по Расти и тут же сосредоточилась на экранах, где пролистывала виды с каких-то камер.

— Это над Винегретом, — пояснил тем временем дежурный. Айдын и Этьен тут же снова, как по команде, обернулись от своих терминалов. — И, как назло, мы всего сорок минут назад траектории поменяли. Следующий раз эта зона окажется в поле видимости только через четыре часа.

— Неужели обвалилось? — в легком шоке прошептал Расти.

На этих словах уже весь зал затих и замер, глядя на диспетчера.

— Нет. И хорошо, что другие спутники успели отвести. — Дебора вывела на основной обзорный экран несколько снимков и результаты быстрых моделей диагностики. Там, где мелькнул фиолетовый значок координат Винегрета, был виден лишь лес с редкими белыми облачками, напомнившими Расти кошачью шерсть на толстом старом ковре в доме его бабушки.

— Это метеорный поток, — заключила Дебора. — Вот падение низкоорбитальных аппаратов в атмосферу, — две искорки на фоне зелено-голубого бока Вудвейла, — их уже не вернуть. А вот это — их последние кадры, с геостационарным аппаратом.

Глядя на экран, девушка медленно наклонила голову влево, затем вправо, то ли ожидая, когда компьютер достроит модель ситуации, то ли пытаясь самостоятельно угадать, что произошло с их маленькими рукотворными помощниками в тысячах километров отсюда.