Да, это тоска по Тейлор, моей лучшей подруге, моей спутнице жизни, моей жене, моей любовнице. Но это нечто большее, и именно это мне тяжело уложить в голове.

Я скучаю не только по Тейлор.

Я скучаю по близости. Скучаю по тому, чтобы смеяться вместе с кем-то, делиться чем-то – едой, шуткой, случайной мыслью, плохим днем или хорошим.

Я скучаю по прикосновениям.

Скучаю по нежной коже и горячим изгибам. Скучаю по скольжению шелковистого бедра по моему. Скучаю по прерывистому дыханию. Скучаю по тихим стонам в темноте.

У меня все это было.

И все исчезло.

Тейлор больше нет, но потребность никуда не делась.

Я все еще здесь, а ее больше нет.

Я не смог ее спасти, даже со всеми пожарными машинами, брандспойтами, инструментами, спасателями и всеми знаниями этого мира.

Ее больше нет, а я здесь – и мои потребности и желания тоже все еще здесь.

Звуки, которые издавала Морган, когда я прикасался к ней? Неизгладимо эротичные. То, как она выгибалась навстречу мне, как цеплялась за меня, скакала на мне, умоляла говорить с ней?

Блядь.

При всей страсти и интенсивности моей сексуальной жизни с Тейлор, мы никогда не были особо разговорчивы в процессе. Вздох, стон, «да» или «о боже» – это конечно. Но грязные словечки? Я попробовал как-то раз, и она просто рассмеялась. Ей показалось это скорее забавным, чем возбуждающим. Я был не против – я любил смеяться вместе с Тейлор больше всего на свете, даже во время секса, и особенно тогда. Она легко смеялась и всегда заставляла меня улыбаться. Но грязные разговоры казались ей просто комичными, поэтому мы исключили их из наших отношений.

Я правда не знаю, что на меня нашло, когда Морган попросила поговорить с ней. Ей нужно было отвлечься от своих мыслей, и я это знал. Я это чувствовал. Инстинкты взяли верх, и мой язык просто развязался.

Хотя, похоже, ей это понравилось.

Даже очень.

Дерьмо, как и мне.

Но теперь позволить Морган прикасаться ко мне? Это совершенно новый этап. Новый страх, с которым нужно столкнуться: как заставить свой мозг перестать сравнивать? Перестать возвращаться к Тейлор, к тому, что мы делали вместе, к тому, как она это делала?

— Эй. — Голос Морган звучит мягко, с придыханием. — Ной?

— Да. — Я стою лицом к стеклу, борясь с самим собой.

Я хочу этого. Я хочу, чтобы мне было хорошо. Хочу ее прикосновений. Хочу выкинуть все из головы. Хочу быть здесь и сейчас. Здесь, с Морган.

Она надавливает мне на плечи, мягко заставляя обернуться. Я поворачиваюсь на месте, прижимаюсь спиной к стеклу – оно обжигающе холодное, и от этого шока по телу пробегает дрожь.

Дрожь сменяется чем-то другим, когда я вижу выражение ее глаз – в них вспыхивает возбуждение, жгучая потребность. Неприкрытое женское восхищение. Сексуальное пресыщение – ленивое, раскаленное добела удовлетворение хорошо ублаженной женщины.

И, блядь, как же это сексуально.

— Эй, — выдыхает она. — Вернулся ко мне?

Я киваю.

— Да. Прости, я…

Она обнажена – в какой-то момент она сняла стринги, и мой взгляд опускается к ее киске. Морган краснеет, прижимается ко мне. Касается моих губ кончиками пальцев, призывая к молчанию.

— Оставь извинения при себе, Ной. Они мне не нужны. Чувствуй то, что чувствуешь… просто раздели это со мной. Хорошо?

— Я пытаюсь быть здесь и сейчас. Тут столько всего происходит. — Я стучу себя по виску. — И я просто хочу отпустить все это и быть здесь с тобой. Ты великолепна, и мне повезло, что я встретил тебя и могу разделить с тобой все это.

Она улыбается, кончики ее пальцев играют с моей нижней губой, оттягивают, поддразнивают. Ее грудь мягко и упруго прижимается к моей, соски – твердые маленькие горошины, ее живот мягко касается моего.

— Ной?

— Да?

— Я тоже чувствую себя счастливой. То, как ты заставляешь меня себя чувствовать? — Она качает головой, ее глаза широко раскрыты и полны эмоций. — Я так не кончала… никогда. Мне кажется, я должна тебя отблагодарить. — Когда я открываю рот, чтобы ответить, Морган снова заставляет меня замолчать своими пальцами. — Но вместо того чтобы говорить спасибо, я бы предпочла тебе это показать.

— Только не делай того, чего не хочешь. Я ничего не жду. Я делал это не ради услуги за услугу. Я делал это, потому что сам так хотел.

Морган тянет мои джинсы, цепляясь пальцами за задние карманы и стягивая их вниз.

— И не буду. Можешь мне поверить, Ной. Я никогда, ни за что не сделаю с тобой ничего такого и не позволю тебе делать со мной то, чего не хочу. Уверяю.

Я позволяю джинсам упасть на лодыжки, наступаю на штанины и высвобождаю ноги. Глаза Морган не отрываются от моих, пока она ведет пальцами вниз по моей груди и прессу, останавливаясь на талии. Затем она опускает взгляд – на ее лице расплывается легкая, застенчивая, но нетерпеливая ухмылка при виде бугра в моих боксерах – очертания моего члена весьма очевидны, головка застряла в эластичном поясе и почти высовывается наружу.

Дышать тяжело, а сердце бешено колотится в груди. Я уже очень, очень давно так ни перед чем не нервничал.

Я тяжело сглатываю, беру ее лицо в ладони, притягиваю к себе и завладеваю ее ртом – она тихо стонет, когда я целую ее, а затем впивается ногтями мне в бока, шумно выдыхая мне в губы, когда поцелуй разрывается.

Эти ногти скользят вниз. Цепляются за резинку. Поддевают ее, тянут вниз; сантиметр за сантиметром мой член обнажается. Он пульсирует, когда меня обдает прохладным воздухом, и я не могу не напрячься, мышцы сокращаются; мой член дергается, когда я сжимаюсь всем телом. Мое белье падает на пол, и я впервые за долгое время стою голым перед женщиной. Перед новой женщиной впервые за десятилетия – я даже не помню, с кем был до Тейлор.

Тихий смешок возвращает меня в реальность, и я снова фокусируюсь на Морган. Я моргаю, глядя на нее – она смотрит на меня снизу вверх, прикусывая губу в усмешке.

— Ого, Ной. — Ее взгляд поднимается к моему. — Ты огромный.

Я сглатываю.

— Я…

Она берет мое лицо в ладони и целует меня, быстро касаясь губами, а затем отстраняется, чтобы прошептать: — Тебе не обязательно ничего говорить. Ты можешь говорить что угодно, только не думай, будто я требую от тебя слов.

Я прижимаюсь лбом к ее лбу, а она опускает голову, чтобы еще немного рассмотреть меня, снова хихикая.

— Прошло много времени, и в моей жизни была немного мужчин, но… — Она снова прикусывает губу, отстраняется, чтобы посмотреть на меня, и улыбается – застенчиво, нетерпеливо, возбужденно, нервно. — У тебя очень большой и очень красивый пенис, Ной.

Я усмехаюсь.

— Я… эммм… спасибо?

Насчет красивого – это что-то новенькое, но мне нравится.

Ничто так не заставляет вас чувствовать себя трехметровым гигантом, как сексуальная голая женщина, говорящая, что вы щедро одарены природой.

Мое сердце колотится, и я весь дрожу. В животе все сжимается, когда она проводит руками по моей груди, животу, талии. Ее рука скользит ниже, обхватывает мою ягодицу, а потом она снова хихикает, впиваясь ногтями в кожу.

— Полагаю, я еще и без ума от твоей задницы, — шепчет Морган, поглаживая мои ягодицы и сжимая их.

Я не знаю, что сказать, никак не могу подобрать слова.

Ее губы касаются моих.

— Тише, Ной. Я все понимаю. Поверь мне. Просто… — Она облизывает губы и проводит руками вниз по моим бедрам, вверх по тазовым костям, ее ладони скользят в считаных сантиметрах от моего твердого, ноющего, подрагивающего, пульсирующего члена. — Я не дразню тебя. Просто набираюсь смелости.

— Морган, я знаю, что ты меня не дразнишь. Но если тебе нужно набираться смелости…

Ее губы впиваются в мои, язык проникает в мой рот. Я стону от жара и желания, разливающихся по телу от ее страстного поцелуя, и сжимаю в ладонях ее упругую маленькую попку. Она шипит от прикосновения, и в этом звуке слышится всепоглощающее возбуждение.

А затем она обхватывает рукой мой член.