Посветлевшее было лицо девушки, мгновенно потемнело.

–Снова? Что значит снова?

Интересно, она своего буйного муженька потом потреплет по холке или просто словами пропесочит?

–Изначально вашего мужа посадили на пятнадцать суток, но недавно, продлили из-за нападения на стражу и буйного поведения. Будь он поспокойней, глядишь вы бы уже были на пути домой. Но что тут поделаешь, как говорится, каждый сам творец своей судьбы.

Василиса прикрыла глаза, и положив подбородок на сложенные ладони замерла. После чего выдала тягучий протяженный звук. Нечто среднее между мычанием и стоном. Кто бы мог подумать, что Василиса Микулишна из сказок, способна на столь современные реакции?! Я бы точно нет.

–… - пробормотали нечто неразборчиво из крепости отрицания.

–Наглость не всегда уместна, высокомерие не всегда к месту. Ваш муж возгордился. Не просите скостить ему срок, я и так в силу праздника заменил плети на простое заключение. Если проигнорирую его действия, меня своё же боярство не поймет.

В ответ мне что-то согласно пробурчали. Мгновение и она уже вновь смотрит мне прямо в глаза.

–Великий Князь, вы сказали, что какие-то шансы есть. Про… что вы имели ввиду?

–Насколько мне известно, вы дочь славного богатыря Микулы Селяновича. Моё предложение просто, устройте нам встречу, и я закрою глаза на дальнейшие его высе… кхм, не буду добавлять ему срок за плохое поведение. Просто плохое поведение.

И видя вопросительный взгляд, пояснил.

–Попытка побега, убийство стражи или нечто подобное.

–Приемлемо. – кивнув своим мыслям Василиса. – Я попрошу батюшку встретиться с вами.

Смотря в след уходящей воительнице меня не покидала мысль: а зачем мне оно? Ну вот действительно, что может дать мне эта встреча? Нет совершенно никаких гарантий на положительный исход. С другой стороны, лишним тоже не будет. Опять же, мне оно ничего не стоит. Но…

–Муж и жена одна сатана. – поделился глубокой мыслью с окружающими.

Росомахе было на всё плевать, стоило Василисе покинуть нас, как она свернулась калачиком и заснула. Илья же с Синеглазкой переглянулись, после чего Муромец заговорил.

–Вы слишком драматизируете князь. Мне она не показалась столь уж плохой.

–Ты прав. – наклон вперёд, потом назад. Больно. Похоже шея затекла. – Она всего лишь сыграла со мной в рыбака и рыбку, хитростью и обманом пытаясь добиться своей цели. Просто милашка.

–Ну коль с такой стороны посмотреть. – немного смутился богатырь. – Тогда почему ты согласился, княже?

–Выгода. – поднявшись со своего места разминаю шею. – Банальная выгода. Есть шанс, что её батюшка будет более благожелательным. Для государства будет выгодно установить хорошие отношения с ним. Если он такой каким мне его описывали, даже не откажись он быть воином, оставшись пахарем. Выгода будет колоссальной.

–Я начну сбор информации о Пахаре. – обронила Синеглазка.

–Только осторожно. Нельзя чтобы тебя заметили.

Уносясь прочь от Киева и Руси Матушки наш взор устремляется к далеким берегам Альбиона. В замке Камелот, праведного, по его мнению, короля Утера ощущалась напряженная атмосфера. Прошла уже пара месяцев с ультиматума Нимуэй. Два месяца как известия о судьбе его самоуверенного и глупого сына довлела над Утером.

–Что печалит тебя король? – с иронией спросила Нимуэй появившись за спиной короля в его покоях.

Резко развернувшись, мужчина уставился улыбающуюся колдунью, стоявшую посреди его покоев с таким видом, будто-то всегда там была. Втянув воздух сквозь зубы, Утер со злостью и долей плохо спрятанного страха заговорил.

–Ты долго не появлялась. Я уже начала надеяться, что боги смилостивились над нами наказав тебя за злодеяния!

–Осторожней. – предупреждающе произнесла колдунья. – Я уже порядком утомилась потакать твоему лицемерию. Мне вновь стоит напомнить, что твой обожаемый наследник находится в руках у моего господина? И он не любит наглости, равно как и глупости. Мне тут одна птичка напела, что на континенте один из королей франков решил в своей глупости, напасть на Империю моего господина. Его судьба незавидна. Его благородных рыцарей пленили, а глупца решением всеобщего суда казнили как обычного преступника. Ты же не хочешь проверить что станет с твоим сыном продолжи потакать своей глупости и высокомерию?

За время своей речи жрица старой религии приблизилась к королю, пока тот изображал из себя статую. Прекрасно осознавая его положение и что более важно, внутреннее состояние Нимуэй прикоснулась к лицу правителя своей ладонью. Прикосновение магической иллюзии ощущались как легкий ветерок. И может быть небольшое покалывание от мизерного напряжения вложенной в магический конструкт энергии. Ну то чтобы сам король хоть что-то мыслил в магии чтобы осознать и восхититься уровнем мастерства продемонстрированном в данном жесте. Гораздо сильнее его мысли сейчас занимал тягучий страх, что разливался по его венам прямиком из груди. Сдавленные слова, произнесенные через силу, единственное на что хватило его королевской гордости.

–Я великий король. – с трудом произнес он. – И ты не смеешь мне уг…

–Ты король, соглашусь. – буднично перебила его жрица. – Король – да, великий? Конечно же нет. Ты местечковый правитель небольшого клочка земли, число подданных которого не насчитывает и четверти миллиона человек. Мой же господин правит огромной страной, в которой живут миллионы человек. У него одна конная гвардия вдвое больше, чем у тебя когда-либо было воинов. Ты не просто незначительный, ты для него словно комар. И поверь мне дорогой Утер, ценность твоего сына для него состоит лишь в нашем договоре. Нарушишь его, доблестному принцу Артуру конец. Возможно, он даже отправит тебе его тело. А может и нет.

Поджав губы, мужчина молча смотрел на женщину не зная, что сказать на эту отповедь. Если хоть часть из сказанного правда, их силы не сопоставимы. К счастью, ему и не пришлось отвечать. Нимуэй заговорила сама.

–Как бы мне не было приятно с тобой общаться. – едко произнесла жрица. – Меня волнует выполнение твоей части заключенной договоренности. Время идёт. Скоро наступить крайний срок.

–Подготовка продолжается. – совладав с собой Утер наконец вернув себе твердость голоса. – Темницы ломятся от вашего колдовского сброда.

–Следи за своими словами. – кратко предостерегла Нимуэй. – Продолжай.

Раздраженный угрозами король подошел к столу и налив себе в кубок вина, осушил тот.

–Что ты от меня хочешь?! – резко произнес Утер. – Всех, кто был уличен в колдовстве вместо казни отправляется в темницы. Так же мы собрали все что можно отнести к магии со всего королевства! Артефакты доставляются даже со окрестных земель. Эта затея уже стоила мне десятка воинов. Дракон… - после чего резко замолчал.

–Что дракон? – ухватилась за оговорку женщина. – Говори Утер.

–Заключенный дракон отказывается меня слушать! – отрезал мужчина. – Тварь сожгла четырех моих людей. Отказалась даже выслушать меня!

–Интересно, позже я хочу встретиться с ним. – улыбнулась Нимуэй. – Но пока расскажи мне про проделанную работу…

–Подожди. – подняв руку прервал её Утер. – Я хочу спросить. Насчёт моей воспитанницы, Морганы. Что ты планируешь сделать с ней? Какую судьбу ей уготовила? Скажи и я лично проведу тебя к темнице дракона!

Внимательно посмотрев на него, жрица наконец произнесла:

–Судьба Морганы в руках моего господина. Её жизнь и жизнь Артура гарантия выполнения тобой соглашения. Она отправится вместе с выкупом, после чего заменить твоего сына в роли заложника.

Оглядев напряженного Утера, Нимуэй про себя заметила, что все-таки он мог испытывать вину за фактическую продажу своей тайной дочери. Это даже было в какой-то степени жестоко. Заставлять отца продавать свою дочь, ради возвращения наследника сына из плена. Будь кто другой на его месте и в сердце Нимуэй неминуемо появились бы ростки вины и сожаления. Однако перед ней стоял Утер Пендрагон. Человек, день чьей смерти станет для неё вечным праздником, бывший друг и предатель. Его чувства были не просто последним что её волнует. Нет, горечь, сожаление и вина, испытываемая им лишь, радовали жрицу. Сильно радовали.