Брат хмурится ещё сильнее. Недоволен моим вопросом.

- А у тебя, что, парень появился?

- Нет, - отвечаю, но с какой-то задержкой. – Нет.

- Привет, Гоша! – это Алиса, пробегая, заглядывает в экран и машет своему дяде, и шлёт воздушный поцелуй. – Привет!

- Привет, Алиса! – одаривает её улыбкой. А сам следом недовольно бурчит. – Ещё одна со своим Гошей…

- Мы сегодня в красивом месте были, я разрисовывала стену, помогала маме. Тётя меня отругала, а дядя спас.

- Какой такой дядя?

- Высо-о-окий, - тянет Алиса, - и добрый. Они с мамой долго разговаривали.

- Так-так-так…

Гоша смотрит на меня с ухмылочкой.

- Мне совсем не весело, - выдаю быстро. – Алиса стену испортила, - шепчу, когда дочь убегает. – А мне отдуваться пришлось.

- Отдуваться и с красивым дядей общаться, - подмигивает Гоша, довольный, что теперь я под прицелом вопросов, а не он.

Я пытаюсь задать какой-то вопрос, но брат перебивает.

- Ну так, что, насчёт доброго дяди? Кто он?

- Просто заказчик.

- Просто заказчик, - передразнивает брат. – Тебе бы пора начать устраивать личную жизнь. Отца для Алисы искать.

Тоже мне советчик нашёл. Девятнадцать лет, а всё туда же… Так и хочется сказать ему: наберись жизненного опыта и раздавай советы.

- Слушай, можно я сама разберусь? – огрызаюсь на него с резкой агрессией.

- Воу-воу… полегче! - вскрикивает брат, а потом с подозрением смотрит на меня. – Вера? Что-то случилось?

У нас с братом всегда были хорошие отношения, и настроение он моё даже на расстоянии семиста километров прекрасно улавливает.

- Ни-че-го, Гоша… то есть Гера. Абсолютно ничего.

- Ладно, - вздыхает. – Не хочешь, не говори.

- Вот именно: не хочу.

Ну не рассказывать же ему, что это отец Алисы. И тот самый мужчина, благодаря деньгам и связям которого он жив.

Мы ещё какое-то время разговариваем, потом Гоша быстро завершает разговор, и я остаюсь с каким-то неприятным послевкусием.

Брат всей истории не знает. Когда мы заключили сделку с Тимуром, Гоше было двенадцать, большую часть времени он проводил или дома, или в больницах. Проблемы с сердцем, срочная дорогостоящая операция, которая не требовала отлагательств, и туманное будущее – вот что он видел.

Мама как могла подбадривала его. Но в конце концов, ей пришлось уйти на полставки, чтобы ухаживать за Гошей, а я, с горем пополам заканчивающая третий курс университета, увязла в подработках, чтобы не просить денег на жизнь у матери и им помогать.

Поймал меня Лазарев не в самом лучшем состоянии. Практически в отчаянии. И воспользовался этим, склонив к фиктивному браку.

А я, слишком молодая и наивная, ещё не знала, во что я вляпалась.

Зато брат был спасён. Тогда – это единственное, что меня волновало.

А с Лазаревым я сделала большую ошибку. Напридумывала себе всякого и влюбилась. А он вышвырнул меня из своей жизни при первой же возможности. И денег в догонку дал даже больше, чем было оговорено условиями контракта.

У таких дельцов, как Лазарев, всё меряется и решается деньгами.

Вот такой он – прагматик и консерватор до мозга костей.

И мне не стоит об этом забывать, когда он снова нарисуется на моём пороге.

А он нарисуется… обязательно нарисуется.

Потому что есть Алиса. И он знает, о её существовании.

Вера

Когда на следующий день раздаётся звонок от сотрудницы Лазарева, я пребываю в полной уверенности, что это по поводу окрашивания испорченной стены, но её предложение несколько сбивает меня с ног.

- Куда, вы говорите, подъехать? – переспрашиваю недоверчиво.

- К нам в головной офис. Нам потребуются ваши услуги.

Ага, услуги ему мои потребуются. Как же… Ладно, сделаем вид, что поверила.

Я качаю головой, думая, что годы идут, а тактика не меняется.

Говорю ж, консерватор…

В прошлый раз он меня тоже в офис вызвал. И сделал своё феноменальное предложение насчёт фиктивного брака.

Теперь, видимо, не хочет выпускать из виду из-за Алисы.

Горькая улыбка скользит по губам. Что если он опять предложит нечто фиктивное. Ради ребёнка? Играть в семью. Теперь контракт будет не год, а на сколько? Три года? Пять лет? Десять? До совершеннолетия дочери? А спать друг с другом снова обязательно?

От последней мысли по телу почему-то пробегают мурашки.

Да, шесть лет воздержания не прошли зря.

Сначала мне было не до отношений. А после… после дальше поцелуев на свидании не шло. Все предложения продолжить я отклоняла. Потому что искры не было. На три года после родов все чувства и эмоции уснули. А потом… потом просто не нашлось мужчины, способного их пробудить.

Ещё не нашлось, - поправляю я себя. – Не Лазаревым единым, как говорится...

И в то же время в голове сидит пугающая в своей грандиозности мысль: а что только если им одним? Что если он первый и единственный? Что если?..

Мадам в трубке продолжает заливаться.

- Тимуру Аркадьевичу так понравилась ваша работа, он настаивает, чтобы холл оформляли именно вы.

- Правда, понравилась? – с сомнением переспрашиваю.

Неужели Тимур Аркадьевич уже успел оценить некоторое своеволие, которое я внесла в схему с двумя грузовиками?

- Очень! И, знаете, у нас новый офис, там есть, где развернуться. Мы можем сотрудничать с вами на долгосрочной основе. Может, при вашем желании, конечно, даже в штат взять.

- Даже в штат? – не скрываю иронии. – Какая потрясающая щедрость. А соцпакет предусмотрен? ДМС со стоматологией, например?

- Эм… конечно, это не будет проблемой. И подарки детям на праздники. И вообще у нас насыщенная корпоративная жизнь. Вы точно не будете разочарованы.

Я на секунду убираю телефон от уха и даже бросаю взгляд на дисплей, проверяя, точно ли это наяву.

Похоже, что да.

Обычно, устраиваясь на работу, ты рекламируешь себя, а тут сразу понятно, кто заинтересован больше.

- Знаете, мне надо время подумать.

Покусываю губу, думая, а на что ещё компанию Лазарева можно прогнуть, если я им вдруг так нужна? Чисто ради эксперимента…

- Конечно, когда вы сможете подойти, чтобы обговорить детали?

- Я вам перезвоню.

- Ну, может быть, назначим примерную дату?

- Перезвоню, - бросаю я и быстро кладу трубку. – Всего доброго, Наталья.

Что-то мне не нравится её прыть. Настораживает.

Телефон тут же взрывается новым звонком. Неужели снова она? Но нет. Это Ангелина. Моя подруга.

- Ты чего такая нервная? - спрашивает.

И ей в отличие от брата я вываливаю правду. Что снова встретилась с Лазаревым после стольких лет. И что он понял, конечно, понял, что Алиса от него.

- Да ну… и что думаешь делать?

- Не знаю, но вечно от Тимура бегать не получится, - говорю с сожалением. – Надо как-то будет договариваться.

- Смотри, не договорись опять до замужества. Фиктивного… Оно тебе не надо.

- Ну я уже и так остро не нуждаюсь в деньгах…

Ангелина знает всё про меня. Она моя личная жилетка. После того, как мамы не стало, плакаться стало некому. Да и с мамой, тянувшей огромный груз забот сначала о Гоше, потом обо мне с Алисой, особо не откровенничала. Она ведь всё через себя пропускала. Вот сердечко в итоге и не выдержало.

- Милая, а хочешь развеяться? – говорит Ангелина.

- Хочу, конечно.

- Приезжай. Я под Лугой на даче. Садись на электричку, а я там вас встречу. Проведём выходные у меня. Посплетничаем. Алиска с Дариком поиграет.

Дарик – это той терьер. Из-за маленькой квартиры я не могу позволить нам завести домашнее животное, так что Алиса отводит душу с питомцем Ангелины.

- Ну, я даже не знаю.

- Не ломайся, - смеётся Ангелина. – Лучше соглашайся.

- Вау, да ты поэт… рифмами заговорила.

- Я ещё и не так могу.

- Ладно, приеду, но только если Лазарев не позвонит и не скажет, что надо срочно ехать закрашивать стену, которую ему испортила Алиса.