Захотелось взглянуть на этого счастливчика, но я попытался коней придержать. Когда эмоции зашкаливали сложно было дифференцировать, чьи это больше желания мои или зверя.

В ту минуту около универа мне казалось, что волк внутри готов зарычать, желая заполучить себе игрушку. Но стоп! Я горел желанием, чтобы человеческий облик побеждал, так какого дьявола?

Нет, с этим требовалось бороться, заменяя одно другим. И я боролся, меня хватило на пару часов ровно, пока я колотил в зале грушу.

Пот катился по спине, венка на виске пульсировала от напряжения. А я старался заглушить в себе глупые импульсы.

– Ты сегодня себя превзошёл, – Алекс появился рядом, прерывая мой спарринг.

– Лучше колотить грушу, чем живых людей.

– А есть претенденты? – усмехнулся друг.

– Да тут с утра появились. Идиоты какие-то! Приставали к девчонке.

– Симпатичной хоть? – засмеялся Алекс.

– Губу не раскатывай, – продемонстрировал я ему кулак, скидывая перчатку.

Глаза Алекса блестели от любопытства, друг улыбался спокойно, но меня снова будто током било от одного взгляда на него.

Нет, волку виднее. Он чувствовал неладное и пытался предотвратить это всеми силами. Однако, Алекс взрослый и слышать он меня не хотел.

А я не желал терять друга, а потом локти кусать, что не предпринял лишних попыток образумить того.

– У врача был?

– Ник, ну хорош. Заладил песню.

– Я от тебя не отстану!

– Лучше давай о девчонке. Знаешь ее? – попытался тему он вновь сменить.

– Нет, впервые встретил, как ни странно. Но ловить там нечего, – кивнул ему, догадываясь, что он собирался спросить.

– Отчего же?

– У нее парень есть!

– Тоже мне проблема! – махнул друг рукой. – Да они за тобой толпами бегают, готовые разорвать на части. Дело времени!

– Сомневаюсь. Не такая она! На свидание идти отказалась.

– И ты сдался? – фыркнул он.

Ну, вообще-то, кажется, да. Хотя это на меня непохоже. Но заставлять кого-то – это дикость.

Насильно мил не будешь! По-моему, так всегда любила мама говорить.

– А что предлагаешь? Последовать примеру тех упырей.

– Ну скатываться-то не надо. Подкати с другой стороны. Девчонки любят романтиков, – выдал Алекс истину.

Подкати! Ха, легко сказать. Да вот Лоранс эта не та штучка, с которой могло сработать. Однако, я все же последовал примеру и придумал сущую глупость. Самому аж тошно от нее стало.

Вернулся в универ, поймав долговязого бездельника в холле, а предварительно сложил из бумаги самолетик, написав послание. И уверен был на все сто, что в лучшем случае окажется моя записка в мусорном ведре.

Нет, с такой девушкой обычные вещи не сработали бы! Тут требовалось другое, а что – я недоумевал.

Алекс, между тем наблюдая со стороны за мной, только одобрительно кивал, наверняка ради поддержки, чтобы я просто не чувствовал себя неудачником.

– Почему мне так стыдно? – закатил я глаза, возвращаясь к нему.

– Потому что с тобой такое впервые, – принялся он хохотать. – Наш король универа влюбился.

– Ага, с первого взгляда! – отмахнулся я, обходя Алекса.

Тяжело было находиться рядом. Я задыхался, причем на физическом уровне уже.

Хоть за шкирку брать и тащить его в поликлинику.

– Покажешь ее потом?

– Нет!

– Почему? – возмутился приятель. – Боишься, клюнет на меня, да?

– Конечно! Знаешь, типа по имени Марк?

– Марк? – Алекс поскреб бровь. – Навскидку пару человек, возможно. Но какой тебе нужен?

– Думаю, старшекурсник!

– На дуэль вызовешь? – догнав, похлопал друг по спине.

– Ну, если нарвется, то, пожалуй. Сомневаешься, что смогу отправить того в нокаут?

– Боюсь, как бы тебе, Ник, боком не вышло. Неужели так Купидон пронзил сердце неприступной скалы?

– Ой, брось. Какой Купидон. Просто не люблю, когда трогают заведомо слабых.

– Ну, давай проучим! – пожал он плечами.

Неплохое предложение, кстати.

В тот миг я почему-то не думал, что мимолетное желание поставить на место недоумка, может, вылиться в большие проблемы.

Ну, максимум он настучит родителям, а те полиции. Но разве это беда? Отец по голове, конечно, и не погладил бы, но это все поправимо.

Только вот тогда мне было по колено все моря. Я видел перед собой образ длинноволосой красавицы и все остальное казалось мелочью. Туман застилал глаза, я действовал больше на инстинктах, не руководствовался разумом, допуская один из главных промахов или, наоборот, шел к своей мечте.

Знал, что не придет. Испугается, решит, что я озабоченный маньяк, но все равно… Пошел!

И ждал, как безумный, наматывая круги недалеко, все поглядывал на небольшой островок, где в назначенный час должна была появиться Лоранс.

Только вместо моего миража возникла другая фигура. И волк внутри ощетинился, потому что сейчас он смог почувствовать врага… того, кого не распознал толком утром на алее универа.

Глава 9

Я совсем не знала этого Ника, не была с ним толком знакома и видела в тот день впервые. По-моему, вполне логичным было отказать в свидании. Не потому что он был противен мне или не в моем вкусе, причина в другом – страх. За открытой улыбкой могла прятаться жестокая душа. Он мог вполне оказаться таким же мерзавцем, как и Марк, а вся его отвага – показухой.

Ни одна девушка не мечтала, чтобы ей разбили сердце и ранили душу. Я была в их числе. Что-то подсказывало внутри – поддамся, клюну на его очарование или мягкий тембр голоса, и не оберусь проблем. Мне и без Ника хватало своих вдоволь.

Тяжелое чувство понимания, что моя жизнь менялась, что больше, как раньше, уже никогда не будет, давило.

Домой я возвращалась с тяжелым сердцем. Это сложно было объяснить даже самой себе, но грусть проникала в мои клетки, с каждым вдохом делая меня похожей на жалкого слизняка.

Над крышей особняка кружили вороны. Не знаю, отчего это привлекло мое внимание, заставляя остановиться и приняться рассматривать птиц. Было в этом и нечто завораживающее одновременно и пугающее.

Птицы черными тенями метались под серым куполом неба, словно пытались спрятаться в этой вышине, но не получалось.

Взгляд был прикован к ним, и чем больше наблюдала, тем сильнее подползала тревога гремучей змеей.

В этот момент и дом показался чужим и холодным, словно внутри не наше семейное гнездо, а глухой колодец. Мурашки пробежали по спине, но я поспешила тряхнуть головой, желая прогнать эту ощущения и вдохнуть в себя побольше света.

Честно говоря, ранее не замечала за собой подобной впечатлительности, считая, что с фантазией у меня тоже небогато. Но в какой-то момент случился этот перелом, наверное, переезд способствовал, оттого я и спала плохо по ночам, и темный лес тянул магнитом к себе, будто обещая открыть страшную тайну.

Пока я держалась. Во многом и потому, что душа у меня была заячья. Была…

– Надин! – голос отца будто бы отражался от стен нашего дома, как гром перед дождем, – дальше тянуть уже нельзя. Я и так отсрочил, насколько мог этот день.

– Я знаю, – мама говорила хоть и тихо, но мне внезапно показалось, что мой слух снова обострился, иначе не могла объяснить, как слышу едва ли нее шепот. – Но, Леон, если есть возможность отодвинуть это, я готова рискнуть.

– Детьми? – воскликнул отец. – Ты готова рискнуть нами всеми ради нее?

Он не называл имен, но мне почему-то казалось, что речь шла обо мне именно. И так сердце сжалось, словно меня ударили наотмашь.

– Она тоже наш ребенок, – мама была несгибаема, не хотела уступать, готова была спорить с папой.

И я молила про себя, чтобы они вновь не поссорились. Это было непривычно и страшно.

– Ты знаешь правду. К чему сейчас давить на жалость, Надин! – шипел папа наверху. – Мы оба знали, чем все закончится. Время, увы, на месте не стоит. И срок принятия подошел.

– Мы же потеряем ее, Леон! Навсегда, – мама шмыгнула носом.