— Прекрасно. Только пока я не улучшу корм, Астику порцию не давай.

— Само собой, — он кивнул.

— Ладно, я пойду, если понадоблюсь — позови.

— Хорошо, — отозвался парень.

Выйдя во двор, я прислонился к стене и, глубоко вдохнув тёплый воздух, вспомнил о Велгаре. Раз уж я могу ему помочь, не стоит откладывать обогащение корма маной разной концентрации в долгий ящик — зверь и так мучается тридцать два года…

Постояв ещё несколько минут, я оттолкнулся от стены и направился в погреб. Стоило начать спуск по стёртым ступеням, как прохлада коснулась кожи. Я приблизился к одной из ниш, где хранился необогащённый корм, взял пять шариков и присел на нижнюю ступеньку.

Работа началась знакомым порядком, однако на этот раз я решил влить не четырнадцать доз маны, а тринадцать. Не дожидаясь сопротивления, я отдёрнул руку и уплотнил энергию. Затем заполнил освободившееся пространство двенадцатью дозами, вновь сжал, и так до тех пор, пока в последнем сгустке не оказалась единица маны.

Когда я активировал восприятие и увидел тринадцать сгустков, святящихся разными оттенками от синего до нежно-голубого, перед глазами всплыло сообщение Системы:

[Объём энергии, содержащийся в продукте, эквивалентен: девяносто одной стандартной порции]

Над вторым шариком пришлось попотеть чуть меньше: я ограничился двенадцатью сгустками, получив эквивалент семидесяти восьми порций. Третий, с одиннадцатью, снизил количество энергии до шестидесяти шести. К этому моменту в руках появилась ноющая боль, будто я полдня махал тяжёлым топором.

Четвёртый шарик получил десять светящихся сгустков, что дало пятьдесят пять порций энергии, а пятый впитал девять — эквивалент сорока пяти стандартных доз.

Тщательно размяв затекшие кисти, я отнёс готовый корм в нишу со стопятикратной концентрацией маны и задумался.

Завтра обогащу ещё несколько шариков. Мало ли Велгару нельзя давать порцию даже с четырнадцатикратной концентрацией маны… Начну лечение с самой слабой дозы, затем постепенно буду повышать её — только так я смогу нащупать предел, когда магические каналы не повредятся. А если один из шариков всё-таки навредит ему?.. В таком случае мне понадобится ягодное зелье «Радужная слеза», оно как раз укрепляет каналы. Однако для него нужна дистиллированная вода, которой у меня не осталось… Хорошо, допустим, я сделаю зелье, но как влить его в разъярённого зверя? Может, пропитать им шарик с безопасным количеством маны? Отличный план, на этом и остановлюсь.

Я уже направился к нишам с обычным кормом, как вдруг остановился и вновь посмотрел на восемь порций для Велгара.

А по сути-то, это ведь маленькие орудия убийства. Достаточно дать один такой шарик зверю, не заражённому чужеродной маной до такой степи, как Велгар, и питомец сгорит изнутри. А виноватым окажется тот, кто его покормил. Или человек, который это продал…

— Ужас какой, — пробормотал я, отряхивая ладони. — Даже думать о подобном не хочу, моё дело — лечить.

На смену эмоциям пришла привычная работа. Очередные пятьдесят порций я обогащал каплей энергии без спешки, следя за резервом, а когда закончил, вполне бодренько поднялся и направился в лабораторию. Элиан все ещё колдовал над ступкой с пестиком в руках.

— Как продвигается? — спросил я с порога.

— Девяносто пять порций корма готовы, — отчитался парень, не поднимая головы. — К мясу B класса приступлю сразу, как доделаю.

— Молодец, — я улыбнулся. — Слушай, у меня есть ещё одна просьба.

Элиан поднял на меня вопросительный взгляд

— Сможешь сделать мёртвую воду?

— Конечно! — парень оживился, будто ему предложили не рутинную работу, а должность профессора в Академии. — С удовольствием! Я отлично помню весь процесс и готов хоть сейчас приступить!

— Было бы замечательно, спасибо, — с улыбкой произнёс я.

Следующие пять минут Элиан с энтузиазмом подготавливал куб к работе. Я задал ему несколько наводящих вопросов и, убедившись, что помощник все прекрасно помнил, немного понаблюдал за его действиями, а затем подошёл к нему поближе и произнёс:

— И ещё кое-что, — я понизил голос. — В погребе, в углу, на верхней нише, лежат восемь шариков — не трогай их.

Элиан отвлёкся от дела, посмотрев на меня с искренним беспокойством:

— Испортились?

— Нет, они… Опасные, — я покачал головой.

— Хорошо, — очень серьёзно ответил Элиан. — Я на них даже смотреть не буду.

Я хлопнул его по плечу и произнёс:

— Ладно, я пойду, если что — зови.

Элиан кивнул, а я вышел из лаборатории и, направляясь в лавку, услышал громкий стук в дверь. Это ещё кто? Неужели пациент?

Я быстро пересёк двор, миновал кухню и, остановившись у входной двери лавки, спросил:

— Кто там?

— Мы за кормом! — отозвался бас. — Открыто у вас или как?

Отодвинув засов и распахнув створку, я увидел на пороге двух крепких мужчин в изрядно потрёпанной одежде добытчиков и мальчишку лет одиннадцати. У стоявшего впереди нос когда-то был сломан и сросся набок. В ухе второго покачивалась серьга в виде скрещённых клинков, а на среднем пальце мальца поблёскивало кольцо с оскаленной звериной пастью.

Мужчины уставились на меня и синхронно нахмурились.

— Так, — буркнул тот, что с кривым носом, и повернулся к товарищу. — В прошлый раз нас другой парнишка встречал.

— Ага, — подтвердил обладатель серьги. — Тощий такой, бледный.

Мужчины вновь уставились на меня, и первый без лишних предисловий спросил:

— Ты хозяин лавки?

— Да, — спокойно ответил я. — Эйден Моррис.

С лиц добытчиков мгновенно испарилась хмурость.

— Ну наконец-то! — первый расплылся в широкой улыбке и хлопнул себя по бедру. — А то мы уже два раза сюда стучались, и всё без толку. Парнишка только тараторил: «улучшенного корма нет, приходите позже».

— Он всё правильно делал, — заступился я за Элиана. — Я две недели провёл в Лесу.

— О как… Далеко забрался? — с явным интересом подался вперёд добытчик с серьгой.

— На Третий слой.

На пороге воцарилось молчание. Мужчины переглянулись, и в их глазах появилось такое уважение, какого не заслужишь никакими красивыми речами.

— Понятно, — уважительно кивнул он.

— Проходите, — я посторонился, приглашая гостей внутрь. — Какое количество порций вас интересует? И для кого покупаете: для хищных или травоядных зверей?

Переступив порог, мужчины принялись с любопытством осматриваться, а мальчишка сразу уставился на висящую доску с аккуратно выведенными мелом ценами.

— Пятнадцать штук для хищников, — ответил кривоносый.

— Хорошо. Подождите пару минут.

Я направился в погреб, где положил шарики в мешочек, и вернулся.

— Держите, — я протянул заказ мужчине со сломанным носом.

Он тут же вытащил одну порцию, понюхал и взвесил на ладони.

— Сколько с меня?

— Четыре серебряных и двадцать пять медных.

Он кивнул и, отсчитав монеты, положил их на мою ладонь.

— А правду говорят, что вы лучший целитель зверей в городе? — вдруг подал голос малец.

— Преувеличивают, — я улыбнулся. — Просто… неплохо знаю своё дело.

— Гляньте, какой скромный, — хмыкнул мужчина с серьгой.

— Да ты на его доску посмотри, — фыркнул кривоносый, ткнув пальцем в сторону цен. — Он за свою работу копейки берёт, считай, даром лечит. У меня возле дома за вправление лапы дерут в два раза больше, благо в Ассоциацию бесплатно можно обратиться.

Мальчишка переступил с ноги на ногу, опустил глаза и тихо спросил:

— А если… марок совсем нет?

Я посмотрел на него внимательнее. Кожанка на плече заштопана криво, но старательно — вряд ли мама зашивала, явно сам возился с иглой. Может, он сирота? Но тогда почему пришел с добытчиками?.. Хотя это не моё дело.

— Если зверю плохо — приноси, — сказал я. — В беде не оставлю.

Малец удивлённо моргнул, а затем быстро кивнул.

— Ну, бывай, целитель, — кривоносый спрятал мешочек за пазуху. — Спасибо за корм! Если зверям понравится, стану постоянным покупателем.