Я опустил руку под стол, вдавил ноготь большого пальца в ладонь и держал, пока боль не вернула резкость.

Держись. Ещё немного.

Через полтора часа Крылов дочитал последний вопрос, выслушал ответ, поставил в листе последнюю точку, отложил ручку на подставку и закрыл книгу, придавив её сверху ладонью.

— Хорошо. Пошли.

Мы вышли в коридор. Дед сразу вскинулся, увидев меня.

— Как дела?

— Теория сдана. Идём на практику.

— Молодец. — Дед хлопнул меня по плечу и на секунду сжал его. — Держись.

Мы спустились по лестнице на первый этаж, прошли через холл и двинулись дальше вниз, в подвал.

Коридор внизу был узкий, освещённый через одну лампу под потолком. Пахло сыростью и чем-то химическим, кисловатым.

Крылов дошёл до двери в самом конце коридора, вытащил из кармана связку ключей, отпер замок и толкнул дверь внутрь.

— Лаборатория управы. Здесь проводятся все практические экзамены.

Мы вошли следом за ним.

Комната оказалась небольшой, но оборудованной как надо. Печь у дальней стены, широкий рабочий стол посередине, полки с колбами и ретортами вдоль окна, застеклённые шкафы с ингредиентами. Всё чистое и расставленное по местам.

Крылов притворил за нами дверь, подошёл к столу и положил на край свой блокнот.

— Задание простое. Сваришь эликсир на мой выбор. С полным объяснением каждого шага.

Он раскрыл блокнот, перелистнул несколько страниц и остановился на нужной.

— Противоядие от отравления беленой. На основе активированного угля и танина.

Я кивнул.

Это я умею. Это я умел ещё тогда, когда здешние аптекари пиявок ставили.

Я подошёл к шкафу, открыл створку и начал доставать ингредиенты, выставляя их на стол в порядке использования.

Активированный уголь — чёрный порошок в стеклянной банке с притёртой крышкой. Кора дуба, сушёная и ломкая, — источник танина. Бутыль дистиллированной воды.

Потом снял с полки медный котёл, поставил его на печь и налил воды до половины.

— Начинаю.

Я повернулся к Крылову так, чтобы он видел мои руки.

— Основа — дистиллированная вода. Нагреваю до восьмидесяти градусов, не доводя до кипения. Кипяток разрушит часть активных компонентов танина.

Крылов пристроил блокнот на краю стола, обмакнул перо в чернильницу и начал записывать.

Я разжёг печь, подождал, пока котёл прогреется, и опустил в воду термометр. Ртутный столбик пополз вверх — шестьдесят, семьдесят, семьдесят пять. На восьмидесяти я отодвинул котёл ближе к краю плиты, чтобы сбавить жар.

Потом взял кору дуба, наломал её мелко прямо над котлом и высыпал в воду.

— Кора дуба. Пятнадцать грамм на стакан воды. Нужно Вари десять минут при слабом нагреве. Танин вытягивается и связывает алкалоиды белены в нерастворимые соединения.

Крылов кивнул, не отрываясь от записей.

А потом комната поплыла.

Стены качнулись вбок, пол ушёл из-под ног, и я вцепился обеими руками в край стола, чтобы не сесть на пол прямо перед экзаменатором.

Побочки зелья давали еще сильнее.

— Травников? — Голос Крылова донёсся откуда-то издалека, будто через стену. — Ты в порядке?

— Да. — Я выпрямился, не отпуская столешницы. — Просто голова закружилась.

Я зажмурился, досчитал про себя до трёх и тряхнул головой. Потом открыл глаза.

Мир вернулся на место. Более-менее.

Я разжал пальцы, отпустил стол и вернулся к котлу.

Через десять минут я снял его с огня, поставил на железную подставку и процедил отвар через сложенную вдвое ткань в чистую колбу. Жидкость получилась тёмно-коричневая, с горьким дубильным запахом.

— Теперь активированный уголь.

Я снял с полки банку, отвинтил притёртую крышку и отмерил порошок на весах.

— Двадцать грамм. Размешиваю в горячем отваре. Уголь адсорбирует остатки яда, которые танин не связал.

Я высыпал порошок в колбу и размешал стеклянной палочкой круговыми движениями, пока чёрное не разошлось равномерно.

— Даю остыть до комнатной температуры.

Я отставил колбу на дальний край стола, подальше от печи, и вытер руки о фартук.

— Готово. Противоядие от белены. Принимать по столовой ложке каждые полчаса, до исчезновения симптомов.

Крылов поднялся со стула и подошёл к столу. Взял колбу в руки, наклонил и посмотрел на просвет, как оседает. Потом поднёс к носу и понюхал. Обмакнул мизинец, тронул языком и поморщился.

Он поставил колбу обратно на стол.

— Правильно. Состав верный, последовательность верная, дозировка адекватная.

Крылов помолчал, вытирая палец платком.

— Но есть вопрос.

— Какой?

— Ты объяснил химию. Но не объяснил магию. — Крылов посмотрел на меня. — Твои эликсиры содержат магическую составляющую. Покажи, как ты её вплетаешь. Алхимик высшей квалификации обязан владеть магией.

Если нету. Тогда только подмастерья светит. А лицензия подмастерья не даёт права на самостоятельную работу.

С одной стороны, это правильно. Вдруг подмастерье кого-то отравит. Ну, в этом мире медицина и так не сильно развита.

Я взял с полки чистую колбу, налил воды на треть, потом достал из шкафа банку с сушёной валерианой. Надо отсыпать немного и растереть между пальцами.

— Простейшее успокоительное в создании.

Крылов кивнул и начал внимательно следить за моими руками.

Пускай смотрит, как делаются настоящие эликсиры.

Я обхватил колбу обеими ладонями, закрыл глаза и сфокусировался.

Мир вокруг размылся, краски выцвели, и передо мной проступило то, что скрыто от обычного взгляда.

Валериана давала зелёные нити они висели в воде обрывками и не держались друг за друга.

Я потянулся к ним вниманием и начал сводить вместе. Осторожно, по одной, как рассыпанные волокна в жгут.

Нити пошли навстречу. Утолщались и собирались в структуру.

Вода приняла их и стала проводником.

В висках закололо. Зрение на такой жрёт силы вдвое. А после утреннего инцидента еще меньше силы остались.

Увидел, что эликсир засветился. Все готово.

Я разжал ладони, открыл глаза и отключил зрение.

Тут в голове комната качнулась и встала на место.

Крылову взял поднял на уровень глаз и повернул к лампе. Покрутил в пальцах, наблюдая, как свечение расходится по стенкам.

— Вот это да.

Крылов выдохнул и посмотрел на меня поверх очков — уже совсем не так, как смотрел с утра.

— Ты действительно видишь магию. И направляешь её. Это редчайший дар. Я такое второй раз в жизни наблюдаю.

— Экзамен сдан. Полностью.

Я выдохнул. Облегчение накрыло волной.

«Получилось. Чёрт возьми, получилось».

Крылов достал из портфеля бланк лицензии. Начал заполнять.

— Ярило Сергеевич Травников. Квалификация — мастер-алхимик. Право на производство и продажу алхимических препаратов всех категорий.

Он писал минуты три. Потом поставил печать, подпись.

— Поздравляю. Ты официально сдал экзамен.

Я взял лицензию. Вот этот мир интересный, есть технологии а пишут чернилами.

Дед ждал в коридоре у окна и нервно расхаживал от стены к стене. Увидев нас, он остановился на середине шага.

— Ну?

Я молча протянул ему лицензию.

Дед взял её, поднёс ближе к окну и прочитал от первой строки до последней, шевеля губами. Потом лицо у него расплылось в улыбке.

— Молодец, мальчик. Я знал, что справишься.

Крылов кивнул нам на прощание, подхватил портфель и пошёл по коридору к лестнице. Помощники двинулись следом, замыкающий тащил ящик с инструментами.

Мы остались в коридоре вдвоём.

Дед свернул лицензию, спрятал её во внутренний карман и хлопнул меня по плечу.

— Пойдём домой. Ты как мертвец выглядишь.

— Чувствую себя примерно так же.

За окном светило солнце, его яркие лучи пробивались сквозь полумрак коридоров и слепили глаза. Люди спешили по своим делам, а на площади оживленно торговали с лотков.