Я занес левую руку над утопленной панелью. Мозг уже приготовился к вспышке боли от мгновенного опустошения резерва, но всё пошло по другому сценарию.

Едва металл Длани коснулся панели, раздался тихий механический щелчок. Использовать ману не пришлось.

Шпильки на тыльной стороне перчатки, прочно удерживающие темный кристалл, плавно разъехались в стороны. Кристалл с тихим магнитным жужжанием выдвинулся вперед и идеально, до микрона, совпал со скрытой впадиной в центре высеченной шестеренки.

Системный протокол: Подтвержден приоритетный доступ.

Статус: Администратор.

Клац.

Глубокий, тяжелый металлический звук прокатился по коридору, отдавшись гулкой вибрацией в подошвах сапог.

Смертоносная лазерная сетка впереди даже не мигнула — она осталась активной, перекрывая основной коридор. Зато глухая стена справа от нас внезапно дрогнула. Монолитная металлическая плита бесшумно, без единого скрипа ушла в паз, открывая узкий боковой проход.

Я опустил взгляд. Пол в новом коридоре покрывал ровный, толстый слой серой пыли, похожий на нетронутый пепельный снег. Ни единого отпечатка кованых сапог, ни малейших следов Культа Крови. Этим путем не пользовался никто с момента консервации бункера.

Макс шумно выдохнул, глядя на открывшийся зев тайного прохода с почти религиозным трепетом.

— Культисты просто взламывали внешнюю оболочку или прыгали через ловушки, — прошептал он, переводя взгляд с моей перчатки на девственную пыль. — А у тебя, Артём, не отмычка. У тебя ключ хозяина.

— Как все совпало то, Макс. И перчатка нашлась недалеко, и катакомбы где ее использовать. Главное, что я сэкономил последние пятьдесят единиц маны, — я стряхнул с перчатки пыль. Кристалл послушно втянулся обратно, и шпильки со щелчком зафиксировали его на тыльной стороне ладони.

Я шагнул в скрытый коридор первым. Воздух здесь был еще более сухим и пыль сразу попала в легкие. Как только Валевский переступил порог следом за мной, тяжелая плита за спиной так же бесшумно задвинулась, отрезая нас от основного тоннеля и следов фанатиков.

Вдоль стен этого прохода тянулись толстые пучки прозрачных кабелей, внутри которых пульсировал слабый лазурный свет — словно энергокровеносная система комплекса. Мы шли по технической артерии базы.

— Если это административный маршрут, он должен вести прямо в сердце комплекса, минуя внешние кордоны, — Валевский оживился, его шаг стал чуть тверже. Надежда вернуться в свой мир к семье гнала его вперед не хуже любого стимулятора.

Время шло, погони не было, теперь мы двигались по прямой, не опасаясь нарваться на ловушки. Метров через триста коридор начал расширяться, а пульсация света в кабелях стала интенсивнее.

Впереди показались широкие двустворчатые двери из матового прозрачного материала. За ними угадывалось колоссальное помещение, залитое ярким светом, в центре которого медленно вращалась исполинская голографическая структура.

— Терминал, — выдохнул Макс, ускоряя шаг.

Матовые створки разъехались в стороны с тихим шипением уцелевшей пневматики, стоило мне лишь поднести к ним левую руку.

Мы шагнули внутрь, и у меня перехватило дыхание. Даже Максимиллиан, бывший бог в своем мире, замер на пороге, пораженно распахнув ввалившиеся глаза.

Зал был колоссален. Он напоминал исполинский планетарий, высеченный в черном стекле и металле. Но вместо звезд здесь вращалась Карта. Терминал Первых не был плоским экраном или банковским терминалом как в нашем мире — это была объемная, фрактальная сеть из миллиардов сияющих точек, висящая прямо в воздухе. Нити энергий сплетались в гроздья галактик, распадались на слои измерений и пульсировали всеми оттенками спектра.

Свет шел именно от этой голографической карты, а не от ламп, как я подумал ранее.

Некоторые сегменты этой сети сияли ослепительно ярко, другие были окутаны багровой дымкой, а целые «ветви» этого древа миров чернели безжизненным пеплом — следы Великого Раскола, о котором упоминал Валевский.

— Невероятно… — прошептал Макс. Он отпустил мое плечо, на которое облокотился вновь как мы вошли в зал, и, прихрамывая, как завороженный, подошел к центральному управляющему пульту — массивному усеченному конусу из того же черного металла, стоящему прямо под центром голограммы. — Архитектура Мультивселенной. Прямо перед нами.

— Это…это жутко великолепно — я обошел голограмму по кругу, но не увидел панели управления. Тут были только стены и голограмма. На ее прозрачной, овальной поверхности не было ни кнопок, ни рычагов — однако, поднеся перчатку к визуалу, камень засветился синим. — Что мне делать?

— Перчатка. Активируй кристалл, — голос Макса дрожал от напряжения. — У меня нет системных прав. У тебя, благодаря Длани — есть. Как только ты дашь питание и доступ, я смогу взаимодействовать с проекцией.

Я положил левую руку на панель. Кристалл на тыльной стороне ладони снова выехал вперед и засветился еще ярче. Лучи потянулись из камня, казалось, ко всем планетам мультивселенной.

По руке пробежала легкая вибрация. Воздух в зале загудел.

Системное уведомление: Подключение к Терминалу Навигации Первых. Уровень доступа: Администратор. Синхронизация с интерфейсом пользователя… Завершено.

Голограмма Мультивселенной вспыхнула ярче, сжалась, а затем раскрылась веером прозрачных системных окон, зависших над консолью. Текст в них состоял из незнакомых рун, моего интеллекта не хватало чтобы понимать суть.

— Работает! — Макс оперся руками о край консоли. Его исхудалые пальцы погрузились прямо в голографические окна, и руны начали стремительно меняться. Ученый внутри него полностью подавил физическую немощь. — Так, смотрим… Иномирье — это изолированный карман. Карантинная зона. Чтобы найти Землю, мне нужно отмотать метрику назад, до Раскола. Назови любые константы своего мира!

— Третья планета от солнца, — начал вспоминать я школьный курс астрономии, пока Макс судорожно смахивал целые пласты измерений. — Один спутник. Континент Евразия, Уральские горы… Город Челябинск. Год… две тысячи девятнадцатый!

— Технологический мир. Магия отсутствует, жесткие физические законы, — бормотал Макс, и его руки порхали над консолью, вычленяя нужные сектора. Голограмма Мультивселенной над нами завертелась с бешеной скоростью. — Ищу Изначальную Землю… Кластер Альфа-ноль.

Огромный сияющий ком вселенных расступился, и в центре зала повисла проекция крошечной, тусклой синей точки, опутанной густой сетью блокирующих алгоритмов.

— Вот она! — торжествующе выдохнул Валевский. — Изначальный мир. Координаты заблокированы для физического перемещения обычными методами, но твой навык игнорирует системные запреты. Качаю!

В этот момент перед моими глазами всплыло долгожданное окно:

Внимание! Получен пакет пространственных координат. Точка назначения: Изначальная Земля (Кластер Альфа-0, Сектор Евразия). Навык «Портал в иное измерение» готов к использованию.

Сердце пропустило удар. Всё. Билет домой лежал у меня в кармане. Челябинск, диван, горячий чай и никаких больше тварей с пилами. Я собирался активировать навык прямо сейчас, однако..

Макс не отступал от пульта. Оставив координаты Земли загружаться в мой интерфейс, он с лихорадочным блеском в глазах начал вводить новые переменные.

— Макс? Что ты ищешь? — я напрягся, не убирая руку с проекции.

— Мой дом… — прохрипел он, глотая слезы. — Артём, ты обещал. У меня там жены, дети… Они думают, что я мертв. Магический мир, пантеон Кималя Соренто… Давай, давай же, ну!

Голограмма снова дернулась. На этот раз из тьмы выплыла двойная звездная система с изумрудной планетой.

Макс издал звук, похожий на всхлип, и обессиленно осел на пол, привалившись спиной к консоли.

— Нашел… Сохрани их, Артём. Умоляю. Сохрани координаты в свой интерфейс. У меня его нет, я не смогу их удержать в памяти.