Копейки. Забудем. Родные. Я хмыкнул, забрал свои незамысловатые покупки и вышел обратно на мороз.

Дома наспех заварил лапшу, перекусил и решил разобраться в своих «завихрениях» более подробно.

Повертев глазами так, что показалось, будто они вылезут из орбит, я наконец заметил в правом верхнем углу крошечный значок шестеренки. Дизайн был до боли банальным. Сфокусировав на ней взгляд, я мысленно «кликнул», и система выдала новое окно:

Interface. Ver. 2.1.184.004

Обновлений нет.

Доступ к настройкам ограничен.

Вкладки «Помощь», «О программе», «Навыки», «Характеристики» — все они были серыми, неактивными. При любой попытке их открыть вылезала раздражающая надпись красным цветом:

Доступ ограничен. Выполните изначальное задание для получения доступа.

Это полный абзац. Ни мануала, ни техподдержки.

Отчаявшись, я запустил комп и полез в интернет. Разумеется, поисковики не выдали ничего похожего на «интерфейс в голове, таймер смерти, как отключить». Решив, что раз подробностей по заданию нет, придется пока жить обычной жизнью. В конце концов, в запасе есть еще три дня.

В этот день ничего необычного не произошло. Смотрел телевизор, листал технические форумы, немного поиграл на гитаре, чтобы успокоить нервы, принес еще воды с колонки и переделал всякое по мелочи.

Ну а пока тянется эта обыденность, вы, наверное, подумали: а где все? Друзья, семья?

Живу я один. С женой мы развелись на почве постоянных криков и ругани — просто не сошлись характерами, и оба от этого устали. Отец давно перебрался за рубеж и живет своей жизнью. Мама с младшей сестрой переехали в другой город, у них там свои заботы, так что видимся и созваниваемся мы нечасто. Да и привык я уже как-то к одиночеству, зато есть кот — Пушок, которому плевать на мои уровни, лишь бы кормили вовремя. По диплому я переводчик, однако с пяти лет на «ты» с электроникой, поэтому пошел работать в сферу IT: устанавливаю системы, поднимаю сети, ремонтирую железо.

Именно поэтому происходящее казалось мне не столько чудом, сколько чьим-то безумным, высокотехнологичным экспериментом. Экспериментом, в котором я стал бета-тестером.

5 февраля 2019 года.

08:00. Вчерашний день прошел на редкость скучно, спать я лег рано, поэтому и проснулся без особых проблем — пора было собираться на работу. Потянулся в кровати, разминая затекшие мышцы, встал, умылся и натянул привычную одежду. До остановки мне предстояло топать целых полтора километра — эдакая обязательная утренняя зарядка. Мой обычный маршрут пролегал вдоль железнодорожных путей, мимо старого торгового центра.

Только начав сворачивать на протоптанную дорожку вдоль рельсов, я услышал гудок проезжающего поезда, а следом — пронзительный девичий крик. Сердце екнуло. Я ускорился и побежал на звук: вдруг нужна помощь?

Но было уже поздно.

Многотонная масса металла, помноженная на огромную скорость электрички, не оставила девушке ни единого шанса. Останки разбросало на десятки метров вокруг, а поезд начал экстренно тормозить с противным, режущим уши скрежетом, высекая снопы искр из-под стальных колес.

Меня вырвало. Долго и мучительно, до спазмов, организм избавлялся от утреннего молока и вчерашней лапши. Такого первобытного ужаса я в жизни не испытывал. Ноги жертвы лежали прямо на путях, руки отбросило на обочину метрах в сорока от меня. Я просто не мог сдержать рвотные позывы, содрогаясь от увиденного.

08:44. Полиция, скорая помощь и сотрудники железной дороги опрашивали машиниста, пассажиров и меня — как случайного свидетеля. Оказалось, что погибшую звали Анна Линк, ей было всего двадцать три года. Вернуть ее было уже нельзя. После долгих и тягостных расспросов меня все же отпустили на работу.

09:26. День не задался окончательно. Как только открылись двери офисного лифта, я на полном ходу влетел в нашу сотрудницу. Как назло, в руках у нее был полный стаканчик с горячим кофе. В итоге — злой, расстроенный, с мокрым и липким пятном на рубашке, я вошел в контору и рухнул за свое рабочее место, чтобы проверить почту и новые заявки на ремонт.

10:01. Хоть в чем-то повезло: шефа на месте не оказалось. Видимо, как всегда по вторникам, задерживался на совещании у руководства. Быстро проверив рабочий календарь в MS Outlook, я снял со стены ключи от служебного «Гольфа». На сегодня у меня висело четыре вызова по ремонту железа и переустановке Windows — пора было браться за дело.

10:44. — На текущий момент на улице Горького очень длинная пробка, Андрюша, — бодро вещал из динамиков женский голос. — Да, вижу девять баллов, Марин! А чтобы вы, дорогие радиослушатели, не скучали в дороге, мы ставим для вас песню группы AC/DC — «Highway to Hell»!

— Да вы просто издеваетесь! Прямо саундтрек из «Пункта назначения», — пробормотал я вслух, нервно барабаня пальцами по оплетке руля.

Вот уже двадцать минут я наглухо стоял в пробке, а до первого клиента оставалось ехать еще километра четыре.

11:04. Наконец-то загорелся зеленый свет, и я выкатился на перекресток вслед за вереницей машин. Думаю, у многих водителей бывали ситуации, когда красный сигнал застает прямо на середине дороги? Вот и я встрял точно так же.

Только мне катастрофически не повезло: я оказался заперт прямо на трамвайных путях. Водитель встречного трамвая то ли отвлекся, то ли просто не заметил мой крошечный «Гольф». Удар был страшным. Меня вместе с машиной вытолкнуло на встречные пути, прямо под второй многотонный вагон. Два трамвая сошлись, сжимая мой хлипкий автомобиль в стальные тиски и ломая кости в кровавое месиво…

Глава 2.1. День Х (Дубль два)

5 февраля 2019 года.

08:00. Я с криком распахнул глаза и рывком сел на кровати, жадно хватая ртом воздух. Грудь тяжело вздымалась, по лицу катился холодный пот. Я ощупал себя — цел. Никаких переломанных ребер, никакой крови.

Вчерашний день прошел скучно, спать я лег рано, а сегодня… сегодня мне пора на работу.

Я потянулся, недоуменно разминая мышцы. Встал, умылся, оделся. Меня не покидало стойкое, липкое чувство дежавю. Показалось, что где-то я все это уже видел. Лишь пожав плечами, я вышел на улицу и поплелся на остановку. Все те же полтора километра, тот же утренний морозец, тот же маршрут вдоль железнодорожных путей мимо торгового центра.

Только начав сворачивать на дорожку вдоль рельсов, я увидел проезжающий поезд и услышал девичий крик.

И тут меня прошибло холодным потом. Я понял. Я это уже видел! Прямо сейчас бедную девушку разорвет на куски!

Я рванул с места так, что в груди обожгло, а в боку закололо от нехватки кислорода. Девушка. Одна на путях. Ботинок застрял в стрелочном переводе — видимо, ногу намертво зажало, когда машинист переключил линию.

Я успевал. Я бежал что есть мочи, расстояние стремительно сокращалось. Но судьба, видимо, решила иначе: шнурок на моих старых зимних сапогах предательски развязался. Я наступил на него, потерял равновесие и с размаху шлепнулся носом в ледяную крошку прямо у ног обреченной девушки…

5 февраля 2019 года

Меня разбудил голос мамы. Моя мамочка — строгий педагог с двадцатишестилетним стажем и высшей категорией, поэтому командные нотки в ее голосе просыпаются раньше нее самой.

— Аня, давай вставай, проспала уже на десять минут! Я в школу, а ты не забудь постирать и поесть приготовить. Я к часу приду, потом на дополнительные занятия еще бежать. Ань, ты слышишь? — доносилось с кухни.

— Да, мам. Сварить поесть, постирать одежду. Все ясно.

Хлопнула входная дверь. Я, соскочив с кровати, сладко потянулась и, критично оглядев свою фигуру в зеркале, принялась выбирать одежду. «Что бы сегодня надеть? Хм, может, это платье? Да не, еще не лето. Надену джинсы и блузку, надо же еще в магазин за продуктами сходить».