Интеллект: 8.

Ловкость: 5.

Обтерев окровавленное лезвие перочинного ножа об остатки подола рубашки, я двинулся к правому рукаву развилки. Туда, где коридор уходил на второй ярус. Я шел абсолютно бесшумно, ступая с пятки на носок — второй уровень «Скрытности» работал безотказно, гася лишние звуки хлюпающей воды и треск мелкого мусора под кроссовками.

Вскоре запах тухлятины сменился ароматом жареного мяса и махорки. Я снова оказался у старой насосной каморы.

Спрятавшись в густой тени за полуразрушенным косяком железной двери, я осторожно заглянул внутрь. Всё было точно так же, как в моей прошлой, стертой из реальности жизни. Трое бандитов сидели вокруг железной коптильни, распивая мутную брагу.

Над их головами тускло светились маркеры: Головорез банды Крюка (Гвоздь). Уровень 6.

Налетчик. Уровень 5.

Карманник. Уровень 4.

В открытый бой с ними я бы не полез даже под дулом пистолета. Гвоздь с его тесаком разрубит меня пополам одним ударом, а налетчик просто пригвоздит арбалетным болтом к стене, прежде чем я успею скастовать «Шар огня».

Но мой мозг — мозг человека, привыкшего искать уязвимости в системах — работал холодно и расчетливо. Бандиты ждали своего подельника Хромого, который принесет рассеиватель чар только завтра. Им было скучно, они пили и расслаблялись, чувствуя себя полноправными хозяевами этого яруса. А это значило, что рано или поздно их группа разделится.

Ждать пришлось около получаса. От сидения на корточках в ледяной воде ноги начало сводить судорогой, но я терпел, контролируя дыхание.

Наконец, Карманник 4-го уровня пьяно рыгнул, тяжело поднялся с ящика и, пробормотав что-то про «отлить», пошатываясь, направился прямо к выходу из каморы, в боковой неосвещенный туннель.

«Идеально. Цель изолирована», — пульсировала мысль в голове.

Я бесшумно скользнул за ним в темноту, держа дистанцию в пару метров. Бандит остановился у стены, насвистывая пошлый мотивчик и возясь с завязками штанов.

Я не стал выдумывать сложных схем. Вскинув левую руку, я прицелился точно в затылок бандиту и скастовал «Льдинку». Но в последнее мгновение сместил прицел чуть ниже — в открытую шею.

Свист рассекаемого воздуха.

Навык «Льдинка» (Ур. 2): Базовый урон 2 + Модификатор Интеллекта (+1.6) = 3.6 ед.

Точное попадание в уязвимую зону (гортань)! КРИТИЧЕСКИЙ УДАР (x3)!

Нанесен урон: 10.8 ед.

Эффект «Обледенение» наложен.

Ледяная сосулька с влажным хрустом вонзилась Карманнику в шею. Он дернулся, попытался заорать, но из пробитой, замороженной гортани вырвался лишь жалкий сиплый бульк.

Не дав ему опомниться, я рванул вперед. В голове билась паническая мысль: «Что я делаю?!», но тело сработало на опережение. Прыжок оказался неестественно длинным и резким — я буквально перелетел эти разделявшие нас два метра. Руки сами, повинуясь какому-то вшитому на подкорку алгоритму, схватили бандита за лицо. Запрокинув его голову, я ударил правой.

Это не было выверенным движением спецназовца. Это был отчаянный, дикий тычок человека, перепуганного до смерти. Но мой короткий перочинный нож с хлюпаньем вошел точно под челюсть, снизу вверх, пробивая мягкие ткани и доставая до мозга.

Бандит забился в моих руках, захрипел, теплая кровь густым потоком хлынула мне на пальцы и манжеты рубашки. Я держал его, навалившись всем весом и жмурясь от ужаса, пока обмякающее тело не рухнуло на грязный пол коллектора.

Нанесен физический урон в уязвимую зону: 15 ед. (Критический урон).

Противник повержен: Карманник (Ур. 4).

Получено опыта: 20 ед. [20/90]

Я отшатнулся и привалился спиной к склизкой стене. Меня тут же вывернуло наизнанку. Спазмы скрутили желудок, перед глазами поплыли черные круги. Одно дело — бить тупых агрессивных крыс, и совсем другое — убить живого человека. Ощущать, как его горячая кровь заливает твои руки, как затихает сердце.

Я смотрел на свои трясущиеся, перепачканные красным пальцы, судорожно глотая ртом затхлый воздух подземелья, и не верил. Я, сисадмин, который тяжелее сервера в стойку ничего не поднимал, только что убил человека. Прыгнул, как дикая кошка, и ударил с точностью матерого мясника. Как?!

Взгляд скользнул по недавнему системному логу.

Ловкость: 5.

До меня вдруг дошел весь ужас этой цифры. Система не просто меняла статистику в интерфейсе. Она меняла меня. Мои мышцы, мои рефлексы, мою моторику. Мое тело двигалось быстрее и точнее, чем я успевал испугаться или обдумать действие. Цифровой интерфейс переписывал мою биологию, подстраивая физическую оболочку под сухие системные требования.

Система мигнула, предлагая собрать добычу, отвлекая от панических мыслей. Я с трудом сглотнул, подавляя остатки тошноты, и мысленно подтвердил действие.

Получена добыча:

1. Медные фларки — 18 шт.

2. Кинжал из плохой стали (Урон: 3–5).

3. Отмычка Карманника (Ур. 1).

Я брезгливо вытер руки о куртку мертвеца. В ладони материализовался тяжелый, грубо выкованный, но острый кинжал. Это было уже настоящее оружие, а не рабочий инструмент для зачистки проводов.

Один готов. Осталось двое.

Я посмотрел в сторону насосной каморы, откуда доносился пьяный бас Гвоздя. Меня всё еще потрясывало, но пришло холодное осознание: я должен принять эти правила. Если я хочу выжить, если хочу вытащить Валевского и не сдохнуть на столе у Вивисектора, мне придется позволить Системе сделать из меня убийцу.

План был безумным в своей простоте: использовать механику «агро» из любой MMORPG. Спровоцировать одних мобов на других, а самому проскользнуть мимо, пока они будут выяснять отношения. Вот только в игре ты сидишь в удобном кресле с кружкой чая, а здесь любая ошибка означала встречу с разделочным тесаком Вивисектора.

Я убрал окровавленный перочинник в карман и крепко перехватил трофейный кинжал. Лезвие было тяжелым, баланс — ни к черту, но это внушало хоть какую-то уверенность.

Бесшумно, стараясь слиться со стеной, я вернулся к насосной каморе. Оставшиеся двое бандитов уже начали проявлять нетерпение.

— Куда этот ушлепок провалился? — рыкнул Гвоздь, с лязгом вгоняя свой тесак в деревянный ящик. — Утонул в стоке, что ли?

— Да ну его, — отмахнулся арбалетчик, подкидывая на ладони пару монет. — Наверняка опять заблевал угол и дрыхнет. Пошли проверим, заодно отольем.

«Пора. Сейчас или никогда».

Я отступил на несколько шагов назад, к началу той самой винтовой лестницы из черного камня, что вела на нижний ярус — к тайнику и лаборатории культа. Нащупал под ногой увесистый обломок ржавой трубы, поднял его и, размахнувшись, изо всех сил швырнул вниз по ступеням.

ДЗЯНЬ! БРЯК! КЛОЦ!

Звук падающего железа в мертвой тишине подземелья раздался оглушительно. Эхо многократно усилило грохот, унося его вглубь черных коридоров.

Голоса в каморе мгновенно стихли.

— Ты слышал? — напряженно сипнул арбалетчик.

— С нижнего яруса. Оттуда, где тайник! — прорычал Гвоздь. В его голосе зазвучала откровенная паника жадного до чужого золота ублюдка. — Если какие-то крысы культистские добрались до нашего сундука… За мной, быстро!

Из каморы выхлестнул свет факела. Я метнулся к стене и вжался в неглубокую нишу в паре метров от лестницы. Это был старый, наполовину обвалившийся водосток. Острые края выкрошившегося кирпича больно впились мне в спину, заставляя неестественно изогнуться. С потолка прямо за шиворот закапала ледяная, пахнущая ржавчиной и плесенью вода, но я замер, стараясь даже не дышать.

«Скрытность» была пассивным навыком. Ее нельзя было «активировать» усилием воли, как боевую магию. Она срабатывала сама, когда Система фиксировала правильные условия среды: темноту, тишину и неподвижность. И сейчас, когда я буквально врос в холодную грязную кладку, интерфейс мигнул спасительным зеленым текстом:

Условия соблюдены. Пассивный навык «Скрытность» (Ур. 2) активен. Вероятность визуального и шумового обнаружения снижена.