Шар был похож на огромную подвеску на кольце, совершенно затмевая саму Звезду. Хорк, похоже, был прав; интенсивность его серо-желтого свечения увеличивалась к неровному центру. И на самом деле это была не сфера, медленно осознала она; возможно, когда-то так оно и было, но теперь она вытянулась в форме капли, с тонким кончиком, прикрепленным к кольцу пуповиной из светящегося газа. Внешние слои звездного шара были туманными, неспокойными; Дюра могла видеть сквозь них темноту космоса.

- Это как сама звезда. Но...

- Но это выглядит неправильно. - Дюра поискала подходящее слово. - Это кажется... нездоровым.

- Да, - согласился он. - Это выглядит так, как будто из большой звезды вытягивают вещество и помещают в кольцо. - Он задумчиво взглянул на Дюру. - Возможно, Звезда каким-то образом извлекает плоть из большой звезды, чтобы создать кольцо. Возможно, планета, на которой мы находимся, построена из материала кольца.

Она вздрогнула. - Ты говоришь о Звезде как о живом существе. Как о глазной пиявке.

- Звездная пиявка. Что ж, возможно, это самое хорошее объяснение, какое мы когда-либо получим... - Он улыбнулся ей, его лицо было призрачным в свете кольца. - Давай. Я хочу попробовать последнюю настройку стрелки.

- О, Хорк... У тебя есть хоть какая-то способность испытывать благоговейный трепет?

- Нет. - Его улыбка стала шире сквозь бороду. - Думаю, это свойство выживания. Я называю это ментальной стойкостью. - Он повел ее обратно по внутренней комнате-порталу и лукаво посмотрел на нее. - Итак, мы увидели звезды. Важное событие. Что осталось?

- Поверни стрелку и узнай.

Он так и сделал.

Вселенная - из звезд и звездного света - взорвалась.

Дюра закричала.

 Звезды - все, кроме Звезды - исчезли, забрав с собой весь свет с неба. Звезда, с ее кольцом и огромным, истекающим кровью спутником, висела в пустом небе...

Нет, поняла она, это было не совсем так. Небо опоясывал бант - разноцветная лента, тонкая и совершенная, которая обвивала среду обитания ур-людей - и, как она увидела, проходила позади самой Звезды.

Это была лента, которая опоясывала Вселенную, и в ней содержался весь звездный свет.

Хорк возвышался перед ней, звездный луч добавлял бликов к серому освещению его лица. - Ну? - раздраженно спросил он. - Что теперь?

Она потерла лоб. - Каждая настройка этого устройства показывала нам больше того, что нас окружает - больше Вселенной. Это как если бы с наших глаз снимали последовательные слои, завесы.

- Верно. - Он поднял глаза на звездную ленту. - Так это, должно быть, правда? Последняя постановка, которая снимает все завесы? - Он покачал головой. - Но что это значит?

- Небо, которое мы видели раньше - звезды, разбросанные по небу - было для нас странным... даже удивительным. Но это выглядело естественно. Звезды были такими же, как наша Звезда, только гораздо дальше.

- Да, в то время как это кажется искаженным. И как получилось, что мы все еще можем видеть нашу Звезду? Почему ее свет тоже не размазан в этом абсурдном кольце?

Размазанный звездный свет... Да. Мне это нравится. Хорошо, это очень проницательно...

Дюра крутанулась в воздухе, пытаясь подавить крик. Голос, сухой и мягкий, исходивший из пустоты огромной комнаты позади нее, был совершенно ужасающим.

- Карен Макрей, - сказал Хорк, его голос был полон враждебности.

Набросок плеч и головы, выполненный из бледных цветных кубиков света, висел в воздухе на расстоянии вытянутой руки от них. Четкость изображения была хуже, чем в мантии - цвета размыты, движущиеся световые кубы больше. Карен Макрей открыла глаза, и снова Дюра испытала отвращение при виде мясистых шариков, уютно устроившихся в чашечках.

Хорк был прав; каким-то образом Карен Макрей проделала с ними весь путь из глубин Звезды в это отдаленное, суровое место в куске вещества сердцевины, прикрепленном к борту "Свиньи".

- Звездный свет размыт; да. И очень важно, чтобы вы понимали, почему он размыт, что с вами происходит. Стены этого места - не окна; у них есть вычислительная мощность - они фактически полуразумны, на самом деле - способны устранять доплеровские искажения...

Хорк зарычал и махнул вперед. - Говори прямо, черт бы тебя побрал.

Размытая голова медленно повернулась. - Доплеровское искажение. Синее смещение. Вы - мы - невероятно быстро перемещаемся в пространстве. Почти так же быстро, как сам свет. Вы видите? И так далее...

- И таким образом, мы опережаем звездный свет, - сказал Хорк. - ...Думаю, я понимаю. Но почему мы все еще видим саму Звезду и ее систему колец с гигантским компаньоном?

Колонистка, казалось, уходила в свою собственную наполовину сформировавшуюся голову; мясистые штуковины в ее наглазниках скользили вокруг, как независимые животные.

Дюра изо всех сил пыталась ответить Хорку. - Потому что Звезда путешествует с нами. И именно поэтому мы все еще можем видеть ее свет. - Она с сомнением посмотрела на него. - В этом есть смысл?

Хорк зарычал. - Эта колонистка и ее болтовня о загадках... Все в порядке. Давай предположим, что ты права. В конце концов, у нас нет лучшего объяснения. Давай предположим, что мы и Звезда путешествуем в пространстве со скоростью света. Почему? Откуда мы пришли? И куда мы направляемся?

Ответа от Карен Макрей не последовало. Световые кубики ползали по ее лицу, как пиявки.

Хорк и Дюра уставились друг на друга, как будто искали ответы на раздраженных лицах друг друга.

Они еще раз огляделись, пытаясь разобраться в искаженном небе. Дюра чувствовала себя маленькой, хрупкой, беспомощной в этом ансамбле несущихся миров. В размытом свете вокруг них была симметрия, и после некоторого спора они решили, что пункт их отправления и назначения должен находиться на полюсах воображаемого шара вокруг них, шара, экватор которого был отмечен звездным лучом.

Хорк потянулся к устройству со стрелками. - Хорошо. Тогда давай посмотрим, сможем ли мы увидеть, что там лежит... - Он установил указатель в предпоследнее положение.

Звезды покинули разрушающуюся звездную арку и вернулись в свои разбросанные по небу дома.

Хорк махнул в сторону одного из воображаемых полюсов, вглядываясь в космос сквозь массивные облачные устройства ур-людей. Для Дюры, которая оставалась ближе к Карен Макрей, он выглядел игрушкой, пятнышком, плавающим на фоне расплывчатых необъятностей ур-людей.

- Здесь ничего нет, - сказал он наконец разочарованно. - Просто безымянное скопление звезд.

- Тогда это, должно быть, в другом конце зала. Другой полюс. Двинемся.

Она подождала, пока он вернется. Затем, взявшись за руки, они поплыли в направлении полета Звезды.

...И там, на полюсе неба, было что-то: что-то на фоне звезд, что-то огромное - хотя и уменьшенное расстоянием - и четко очерченное.

Карен Макрей что-то говорила. Шелестящие слова эхом разносились по огромной тишине зала.

Дюра и Хорк поспешили назад и прижались лицами к помутневшим губам колонистки. - Что это? - потребовала Дюра почти в отчаянии. - Ты не попробуешь еще раз? Что ты нам говоришь?

...Кольцо. Вы видите это? У меня здесь так мало вычислительной мощности... сложно... кольцо...

Дюра отвернулась и посмотрела на артефакт; и страх, порожденный детскими сказками, старыми, искаженными легендами, нахлынул на нее.

 Машина отъехала.

Адда ухватился за импровизированный дверной косяк палаты и втянул воздух в легкие. Он оглядел небо. Панорама, теперь мрачная и темно-желтая, становилась все меньше и меньше похожей на безопасный, упорядоченный ландшафт пространства мантии, в котором он состарился: вихревые линии были прерывистыми фрагментами вращающихся петель, пытающихся перестроиться, а лучи звездолома продолжали неестественно вертикально рассекать воздух и проникать в сердцевину.

Каким бы усталым он ни был, что-то шевельнулось на краю его сознания. Казалось, стало темнее, чем раньше. Почему так должно быть? Он вытолкнул себя из палаты и устало махнул рукой в небо. Позади него обшивка представляла собой бесконечную деревянную стену, которая закрывала половину неба. Она была ограничена огромными анкерными лентами и испещрена сотнями грубых порезов; замедляющаяся струйка машин и людей все еще стекала с раскрытых стен и рассеивалась в пустоте воздуха. Обшивка была темной, пугающей...