Жаль. Идея Ворона не сработала, и нам всё же придётся участвовать в карательной операции. Тевтонцы плотной толпой ломанулись вперёд арабскими скакунами. Мы тоже не отставали, образовав на расстоянии десяти-пятнадцати метров вокруг атакующей группы безопасный периметр. Я и Фея по приказу командира шли последними.

Неожиданно Че Ён остановилась и начала снимать шлем. Я, понимая, что это не простая женская блажь, последовал её примеру.

— Ворон мне записку перед выходом предал. Тебе не получилось, — проговорила Фея, как только мы оба остались без головных уборов. — Нужно связаться с Анкирой и предупредить её о набеге. В той деревне точно есть Камень, и он не должен попасть к корпорантам.

— С удовольствием. Только не знаю, как это сделать, — ответил я.

— Ворон написал, что если ты ночью смог связаться с Анкирой, значит, у тебя всё должно получиться.

— Это не я, а она со мной на связь вышла.

— Неважно! Хватит трепаться! Времени мало, и нужно ещё догнать своих, пока нас не хватились!

Вздохнув, я закрыл глаза и расслабился, мысленно посылая планете призыв. Секунд десять ничего не происходило, а потом как ломом по голове ударило. Знакомое состояние распада личности пришло вместе с болью. Но я уже научился контролировать подобное. Моё сознание парило над землёй. Только вот никакого общения с Анкирой не намечалось. Планета была глуха ко всем моим призывам.

Внезапно я осознал, как моя бесплотная плоть понеслась в сторону деревни с Камнем. Вернее, это Камень начал притягивать меня. Во всего маху влетев в волшебный валун, я застрял в нём.

— Гость пришёл. Гость хочет говорить, — раздался в сознании голос.

— Ты Анкира? - спросил я на всякий случай.

— Я дитя Матери. Я говорю через её душу.

— Шаман? Отлично. Слушай сюда, старик. Скоро прибудут люди, чтобы забрать Камень и убить вас. Примерно двадцать минут до контакта… Ты понимаешь, сколько это по времени?

— Время бессмысленно считать. Время не имеет времени, - туманно ответил шаман. — Но я понял тебя, гость. Уходи.

И тут же я очнулся, лёжа на земле в своём обычном человеческом теле. Фея склонилась надо мной и с тревогой смотрела в глаза.

— Всё нормально, — успокоил я девушку. — Жить буду. Сообщение передал. Сколько уже в отключке?

— Секунд тридцать, не больше. Ты молодчина, Дима.

— Тогда помоги подняться, и пора догонять наших.

— Подожди пару секунд.

С этими словами Че Ён приблизила своё лицо и очень нежно поцеловала меня в губы. Я с удовольствием ответил ей. Жаль, что оба в броне. Так хотелось обнять девушку и прижать к себе. Почувствовать тепло её недосягаемого тела.

— Всё время на Эно-2 мечтала об этом. Еле сдерживалась, чтобы не затащить тебя в укромный уголок, — призналась Фея, резко отстранившись от меня.

— А я бы и не стал сопротивляться.

— Приятно слышать. Но на орбите нельзя. Опасно. Вставай. Нам действительно нужно догонять отряд.

— Кощей, Фея! Кощей, Фея! — как только мы надели шлемы, раздался в наушниках недовольный голос Ворона. — Ответьте! Кощей, Фея!

— На связи! — хором ответили мы.

— Почему молчите и отстали?

— Стадо кабанов появилось. Пришлось повозиться, — отчиталась лаон на правах старшей по званию. — Мы вас тоже не слышали. Видимо, помехи. Через две минуты займём штатное место в оцеплении.

— Минута! — прорычал Ворон.

— Есть! — опять хором ответили мы и рванули по следам отряда.

До деревни дошли без приключений. Кнехт тут же отдал приказ «Клыкам» занимать оборону и быть готовыми в случае нужды прийти на подмогу. Сам же со своими упырями лихо вбежал в деревню.

Через несколько минут я впервые почувствовал, насколько может быть опасен ментальный удар. Даже в двухстах метрах от деревни все мы дружно поплыли, мучимые страшными галлюцинациями, как последние нарики. Хорошо ещё, что подобный «приход» оказался скоротечен, и нас отпустило в течение минуты, а то бы нескоро восстановились.

Придя в себя, мы, согласно плану, кинулись на помощь штурмовой группе. Весь «Айсберг» красиво разлёгся, немного не дойдя до площади с Камнем. Аборигены же плотным строем стояли на месте и не шевелились.

— Собирают силы для следующего ментального удара, — сообщил нам многоопытный Ворон, снимая шлем. — После него у тевтонцев окончательно мозги выжжет, а мы ляжем на их места. Кощей. Раз ты тут уже засветился, то тебе и переговоры вести.

— Чего говорить-то? — озадачился я.

— Нам всем нужно уйти. Остальное по ходу дела сам решай.

В этот раз мне не пришлось ни медитировать, ни даже прикладывать руки к Камню. Выйдя на площадь с непокрытой головой, остановился и стал ждать шамана.

— Чёрные клыки — гости, но чёрным клыкам тут не место, - глядя мне в глаза, мысленно проговорил он.

— Мы уйдём, забрав людей из другого отряда, — ответил я.

— Нет, - неожиданно заартачился старик. — Они не гости. Им совсем не место на Матери.

— Знаю, шаман. Но если вы их убьёте сейчас, то вскоре к вам снова придут. И я могу не успеть предупредить.

— Знаю, чёрный клык. Но детей Матери невозможно убить. Мать даст нам новое перерождение и новый Путь в жизни.

— А Камню тоже даст? А молодняку, что ещё не обрёл связи с Матерью? - задал я провокационные вопросы.

— Понял тебя, чёрный клык. Забирай воров.

— Ещё мы подожжём несколько хижин на окраине.

— Зачем, чёрный клык?

— Нам нужно сделать так, чтобы воры решили, будто бы деревни больше нет. Вас надолго оставят в покое.

— Делай.

После этих слов шаман прервал контакт, развернулся и неторопливо пошёл к остальным аборигенам. Я же вернулся в отряд и быстро пересказал им разговор.

— А говорил, что не справишься! — довольно произнёс Ворон. — Всё сделал в лучшем виде! И хорошо про хижины придумал. Пусть тевтонцы думают, что мы не только их поганые жизни спасли, но и деревню под нож пустили.

— А я бы «Айсберг» прямо сейчас в ад на растопку отправил, — задумчиво проговорил Краплёный. — Баба с воза — кобыле легче.

— Кобыле легче, а проблем больше, — добавил командир к поговорке своё виденье мира. — Пока Кнехт со своими ублюдками нам нужен. К тому же для СБ будет подозрительно выглядеть гибель исключительно бойцов из «Айсберга».

В идеале на Эно-2 мы должны вернуться в полном составе. Не время ещё привлекать к себе пристальное внимание. Тевтонцы очнутся примерно через полчаса. Так что берите их тела и тащите подальше от деревни. Я же чуток задержусь.

— Зачем? — поинтересовался я.

— Поговорить с Матерью. Заодно попытаюсь у неё выяснить, что ты за чудо такое. Ведь не имеешь в себе ничего от Анкиры, но твой уровень взаимодействия с планетой ненамного слабее моего, — не стал скрывать Ворон. — Подобное меня сильно озадачивает. Наши опытные бойцы даже примерно не вышли на такой уровень. А тут новичок чуть ли не с первого рейда подключился к информационному полю. Всё. Действуйте. Я вас чуть позже догоню.

Взяв тела тевтонцев, мы подожгли несколько крайних хижин, отошли от деревни примерно на километр и стали ждать Ворона. Он вернулся как раз в тот момент, когда стали пробуждаться люди Кнехта. Примерно полчаса понадобилось им, чтобы немного прийти в себя, но всё равно бойцы из них были никакие. У многих сильное головокружение. И пусть сами идти в состоянии, только рассчитывать на них в случае нападения совсем не приходится.

— Принимаю командование на себя, — категорически заявил наш командир.

В ответ Кнехт что-то невразумительное промычал и кивнул. Видимо, даже в таком состоянии ему хватило мозгов понять, что сам он вне кондиций. Но Ворон на этом не остановился.

— Деревня уничтожена, — показал он рукой на далёкий дым от горящих хижин. — Камня в ней не было, но в планах ничего не меняем. Теперь наша задача живыми дойти до А-1. Кнехт, ты со своими очумевшими бойцами нам только мешать будешь.