Но один момент меня всё же заинтересовал.

— Ворон, — на следующий день после тренировки спросил я командира, — у нас в группе большая часть бойцов из России. Случайность или закономерность?

— Закономерность, Кощей. Специально так подбираются группы. Эмоционально земляки легко стыкуются между собой и задают тон остальным. Поэтому в «Айсберге» процентов семьдесят немцев и австрийцев, а в «Орлах» штатовцы рулят. Но полностью по землячествам отряды тоже не собирают, чтобы было меньше возможностей сговориться против корпорации. По первости был один такой бунт. Моджахеды попытались устроить очередную религиозную войнушку. Ликвидировали всех за несколько минут, но ошибок корпоранты не повторяют.

Неделя прошла тихо. Честно говоря, несмотря на постоянные серьёзные тренировки, я начинал потихонечку скучать. Монотонность казарменного бытия, без всплесков адреналина в крови, утомляла. Благо, свободного времени было не больше трёх часов перед отбоем, а то волком бы от тоски завыл. Остальные наши чувствовали себя не лучше.

Вызов посреди тренировки на диагностику протезов меня немного удивил. Но, оказавшись в медицинском отсеке, я увидел лагарда из СБ и сразу же всё понял.

— Как служба? — мягко поинтересовался майор, включив записывающее устройство.

— Стараемся, — туманно ответил я. — Но, кажется, мне есть, что вам доложить. Нашу группу пытались доукомплектовать новичками. Причём только один из них имел достаточные морально-физические кондиции. Остальным даже туалет охранять доверить нельзя. Очень похоже на провокацию. Извините, господин лагард, я не во всём разбираюсь, только если бы хотел ослабить боеспособность разведгруппы, то именно так и поступил.

— Хочешь сказать, Кащиев, что на Эно-2 заговор?

— Не хочу, но допускаю. Каждый претендент, по себе знаю, проходит определённые фильтры. Но тут они не сработали. Причём парно.

— Ты хороший солдат. Умный. И пусть ничего нового не сказал, но я оценил твоё усердие. Продолжай в том же духе… Скажи, почему бордель не посещаешь? — резко перевёл сбешник тему на меня. — По всем медицинским показателям в штанах у тебя всё хорошо.

— Брезгую.

— Врёшь.

— Хорошо, — вздохнул я, на ходу придумывая отмазку. — Уверен, вы знаете, что незадолго перед контактом с представителями корпорации меня бросила жена. Психологически я ещё не готов к любым отношениям с женщинами. Все тварями кажутся. Так что не только совокупляться, но даже смотреть в их сторону не хочется. Во всяком случае, пока.

— Убедительно. Но как же тогда лаон Че Ён? Вы с ней нашли общий язык.

— Исключение из правил. Она боец, а не баба. К тому же и физиологически, и психологически не может воспринимать меня как мужчину. Извините, господин лагард… Разрешите задать вам вопрос.

— Задавай, — последовал краткий ответ.

— Ворон… Эрон Воронцов взял надо мной персональное наставничество. Признаюсь честно, что не понимаю такого поступка, хотя и получил от эрона некое объяснение. Только в группе есть более сильные и опытные бойцы, готовые в ближайшем будущем занять место эрона. Здесь может крыться какой-нибудь подвох? На что мне стоит обратить внимание?

— Опять я доволен тобой, Кащиев. Далеко пойдёшь. Я же тебе говорил при первой встрече, что с нами можно получить не только дополнительные бонусы, но и продвижение по службе. Как видишь, своих слов я на ветер не бросаю. К тому же ваши с Воронцовым психотипы похожи. Правда, ты более покладистый, но это нам только на руку.

— А…

— Свободен, — прервал меня лагард, резко потеряв интерес к разговору. — Служи и помни, что у тебя теперь два хозяина.

Сразу после моей встречи с сбешником Ворон устроил ещё одну «игру в гляделки». На этот раз мысленно разговаривал почти один я. Вдалеке от Анкиры, как и предупреждал командир, его ментальные способности хоть и не исчезли, но прилично просели. Видно было, как он сильно напрягается, чтобы передать мне короткую мысль. На удивление, со мной ничего такого не было. Всё так же хорошо мог посылать и принимать ментальные сигналы. Поэтому и отдувался за двоих.

Выслушав о встречи с майором СБ, Ворон лишь молча кивнул, показывая, что я поступил правильно. Тем более, момент с донесением мы проговорили заранее, чтобы не только сделать вид активной стукаческой деятельности, но и реально натравить СБ на тех, кто до такой степени не любит «Чёрных клыков», что не гнушается чуть ли не в открытую присылать в группу некондицию.

Но Ворона больше всего волновало не это, а мой не уменьшающийся дар. На одной из гляделок он провёл со мной небольшой урок по своим ментальным способностям. Как считывает людей, как внушает некоторым со слабой психикой и силой воли свои мысли.

Занятненько выходит со слов Ворона. Оказывается, наш говнюк гард Тилус находится под мягким контролем. Правда, что-то путное в его голову вбивается в первые две недели после смены, но и это уже немало. А со мной, получается, можно будет контролировать гарда постоянно. Если, конечно, в достаточной мере освою этот нужный навык.

А я его уже почти освоил. На жёстких личностях, вроде лагарда из СБ, даже не пытался тренироваться. Такие персонажи плохо поддаются воздействию, к тому же слишком умны и могут почувствовать подвох. А вот на некоторых врачах и техниках опыты ставил. Причём раз от раза они были всё более успешными.

Благодаря этому уже обзавёлся парочкой дорогущих имплантов, предназначенных не для простого мяса, как рон Кащиев, а для офицерского состава. «Отчего-то» такая идея совместить импланты разных уровней пришла в голову начальника медицинского отсека, поэтому никто спорить не стал, а я значительно увеличил не только скорость восприятия, но и движения. Правда, за это поплатился свободным временем, которое почти полностью пришлось посвятить дополнительным тренировкам. Но оно того стоило.

К слову, корпоранты сами очень неохотно модернизировали собственные тушки, предпочитая оставаться «чистыми». Этот момент я тоже выяснил мимоходом. Оказывается, при вживлении имплантов присутствует маленький риск, что всё пойдёт не по плану. Тогда на выходе будет не улучшенное тело, а безвозвратный инвалид, которому ни одна регенерационная камера не поможет. Идёт вразнос вся нервная система. Частично, как в наших протезах, заменить её можно, а вот во всём теле пока ещё не научились.

Если учесть, что корпоранты очень ценят свои жизни, то понятно их желание не рисковать собой. Зато нами можно. «Мясо» никто никогда не жалеет. Да и нам, наёмникам, тоже себя жалеть не приходится. Мало того, что на Анкире сильные и быстрые дольше живут, так ещё и, в случае удачного побега, повышенные боевые навыки пригодятся.

Правда, я так и не понял, как Ворон собирается обойти опасность дистанционного подрыва протезов, но я ему верю. Уже верю. Впрочем, как и всем членам нашего отряда. Во время «турниров в гляделки» я, ставший новым чемпионом в этой детской забаве, считал эмоциональный фон каждого из бойцов. По просьбе Ворона никто не закрывал своё сознание, поэтому подобное было легко провернуть.

Остался вопрос, зачем он это делает. А если к этому приплюсовать тот факт, что командир усиленно знакомил меня со своими официальными обязанностями, то ответ напрашивался сам собой. Рона Кащиева готовят на командира группы. И делается это в ускоренном режиме. Странно… Но спрашивать Ворона бесполезно — темнила ещё тот.

Сигнал тревоги в одну из ночей заставил быстро вскочить с койки и за несколько секунд одеться. Остальные наши не отставали от меня, хотя у всех, включая командира, на лице было полнейшее изумление и непонимание происходящего. Но появившийся бледный и трясущийся от страха гард Тилус быстро ввёл в курс дела.

— Пиратское нападение на базу! — завопил он срывающимся голосом. — Неизвестные пробили внешнюю обшивку складских отсеков и штурмуют коридоры, ведущие к научно-исследовательской части Эно-2. Всем срочно вооружиться и следовать за мной! Брать только лёгкое вооружение. Никаких гранат и прочих взрывающихся вещей, а то всю базу разнесёте!