— Может, не будем ломиться через опасный участок? — предложил Чай. — Вызовем эвакуационную группу и уже в бронемашинах спокойно доедем.

— Нет, Ахмат, — отрицательно помотал головой командир. — Во-первых, не стоит подвергать вспомогательные отряды лишнему риску. Во-вторых, видок у нас больно свежий. А нужно, чтобы выглядели задолбавшимися. Так что придётся ещё немного поработать.

На подступах к барьеру нас атаковало различное зверьё. Правда, вяленько. Оставшегося боезапаса хватило, чтобы легко отбить неожиданные атаки. Ну а дальше началось самое сложное. Бешеным растениям было глубоко наплевать, являемся ли мы «гостями Матери» или нет. Закинув автомат на спину, пришлось активно орудовать плазменным мечом, расчищая себе путь к базе.

Эти пятьсот метров реально вымотали. Мало того, что пришлось работать на пределе своих возможностей, так ещё и чёртовы доспехи Чака сковывали движение. Честно говоря, если бы не поддержка Феи, то мог и остаться в негостеприимном лесу.

Но всё обошлось. Переступив через границу периметра, мы по инерции пробежали ещё сотню метров и повалились на искусственное покрытие базы. Немного отдышавшись, своим ходом пошли на дезинфекцию. Даже сквозь защитные фильтры доспеха я всё равно почувствовал вонь от едкого раствора. Ощущение лесной свежести напрочь вышибло из лёгких.

Дальше мы попали в лапы медиков. Часа три тупо просидели на карантине в наглухо задраенном отсеке, Но анализы показали, что никакой заразы ни в себе, ни на себе группа не принесла. Поэтому нас милостиво отпустили в казармы.

Тут же началось самое ненавистное для любого солдата — чистка оружия. И пусть в нём было нагара меньше, чем от пороховых патронов, но сложность конструкции автоматов и пистолетов заставила потратить почти час, чтобы отдраить каждую детальку и углубление.

Лишь когда Ворон лично убедился, что никто не сфилонил, мы наконец-то оказались в душе. Ну а потом, естественно, и в столовой. После рейда напал такой жорчик, что я умял не только стандартную порцию безвкусной бурды, но и ещё несколько раз добавку заказывал под непрекращающиеся подколки товарищей.

— Рядовой проглот Кащиев! — ржал Краплёный. — Держи марку позывного! Кожа да кости — вот истинный облик порядочного кощея. А с таким аппетитом скоро округлишься, и придётся тебя в Колобка переименовывать. И смерть твоя будет не в яйце, а в тесте!

— Чего ты привязался к парню? — поддержал его флегматичный Чай. — У Дмитрия на первом боевом выходе повышенное недержание случилось, вот он и пополняет организм на тот же вес, что в памперсе брони остался. А там, по всей видимости, почти весь Кощей оказался.

— Димочка, остановись, — вторила им Фея, невинно хлопая глазками. — Я пошутила, что от местных «деликатесов» член растёт. Извини! Больше так не буду!

Остальные тоже не остались в долгу и даже начали делать ставки, на какой тарелке я остановлюсь. Лишь только Ворон смотрел на меня и по-отечески улыбался, время от времени приговаривая:

— Кушай, дорогой. Кушай. Уж чего-чего, а для подчинённого я дерьма не пожалею.

Я же мёл как не в себя, время от времени отвлекаясь на то, чтобы жестами послать шутников по известному направлению или подойти к автоматической раздаче за очередной порцией питательной жижи.

Но самое странное, что не во время разведывательного рейда, а именно в этот момент вдруг почувствовал себя частью группы. Да, притираться нам ещё придётся — у всех характеры непростые, но мы уже не чужие. Мы, как и говорил шаман, Семья. Среди нас нет чужих. Только свои, объединённые общей тайной и желанием не превратиться в опасные игрушки в руках корпорантов.

Впервые после подписания контракта в земном госпитале с души свалился огромный груз. Я теперь не один. Не знаю ещё всего. Пока что слепым котёнком себя ощущаю, но всё это «жу-жу» неспроста. Видимо, у Ворона есть свой план. Есть гипотетический выход из поганой ситуации. И он как-то связан с Матерью Анкирой.

Следующие сутки мы расслаблялись, практически ничего не делая. Лишь предоставили письменные отчёты по заданию. Слава богу, встроенные в доспехи видеокамеры за периметром базы быстро выходили из строя, поэтому узнать, как всё было на самом деле, корпоранты не могли.

От этого безделья, кажется, страдал один я. Было жуткое желание откровенно поговорить с Вороном. Еле сдерживался, чтобы лишнего не ляпнуть. Поэтому до изнеможения гонял себя на тренажёрах в спортивном зале.

— Правильно делаешь, — поняв моё состояние, поддержала Фея. — И для прокачки полезно, и голова забита.

— Тоже так мучилась? — поинтересовался я, лёжа пластом на кровати, от усталости не в состоянии нормально пошевелиться.

— Ещё как! Хотя чрезмерно любознательной никогда не была. Служба на земле приучила не лезть, куда не просят.

— Ну, слава богу. Я такой не один. Че Ён… Как ты покалечиться так круто умудрилась? Ведь Северная Корея, кажется, ни с кем активно не воюет.

— Извини, Дима. Военная тайна, — мягко проговорила Фея,- Мы хоть и не на Земле теперь, но я осталась верна присяге и подписанным документам о неразглашении. Так меня воспитали.

— Всё нормально. Скажи, а домой тебя не тянет?

— Тянет, — не стала она скрывать. — Но не потому, что там лучше. Просто такой модернизированный солдат очень бы пригодился моей стране. И представляешь, сколько в наших доспехах неизвестных на Земле технологий? С ними мы могли бы построить Великий Коммунизм на всей планете!

— Ты до сих пор в него веришь? — удивился я.

— Неважно, Кощей. Важно только то, что дорога домой для нас закрыта. Поэтому не стоит себя изводить глупыми мечтами. А ты… Ты бы полетел со мной на Землю?

— С тобой? — хохотнул я. — Да хоть на Марс!

— Я серьёзно.

— Не знаю. Стать вечным подопытным кроликом в секретных лабораториях меня как-то не прельщает. Разберут же всего по винтикам. Распотрошат не только протезы, но и импланты достанут. К тому же, сидеть дома, зная, что где-то есть сотни обитаемых миров — это… Как в тюрьме оказаться. Но и здесь тоже не мёдом намазано. Мы ведь реально дикари в резервации. Нас купили за «огненную воду» и стеклянные бусики, а теперь заставили их отрабатывать.

— Да, всё сложно, — вздохнула Че Ён. — Ладно. Отдыхай и больше в тренажёрку не суйся. Завтра, если технарям повезёт проверить беспилотниками южный маршрут, Ворон устроит разбор полётов. Но на нормальную картинку надежды мало. Из полусотни коптеров в лучшем случае парочка пришлёт десятисекундное, еле различимое из-за помех изображение. Дальше и камеры вырубаются, и сами коптеры в лесу падают.

Ну, а послезавтра, скорее всего, отправимся на очередное задание. Так что надо быть в форме. Предстоит много неожиданностей на плохо изученной территории. К тому же не стоит забывать, что разведывала её группа «Айсберг», а её информации полностью доверять нельзя…

Спасибо, Дмитрий, за интересный разговор. Ты мне нравишься. Не только как боевой товарищ. Меня эмоционально взволновал наш первый поцелуй после поединка. Такого раньше не было. Не могу его забыть, хотя ты и пошутил тогда. Надо будет потом повторить, но по-настоящему. Если ты, конечно, не против.

— А как иначе? Всеми протезами «за»! Ты же моя самочка! — отчего-то смутившись от такого неожиданного заявления, неловко отшутился я.

— К сожалению, не самка, а солдат. Биоробот… — серьёзно ответила Фея, пристально глядя мне в глаза. — Нормальной женщиной мне никогда не стать. Больше ничего предложить не могу, кроме невинного поцелуя… Так что тебе прямая дорога в бордель, как только на Эно-2 прибудем. Пошла спать. А то сейчас настроение испортится.

Странный разговор… Хотя здесь всё странное. Но неужели я Фее до такой степени приглянулся, раз она открытым текстом заявила, что не прочь лёгких домогательств с моей стороны? В принципе, будь она нормальной бабой, то я сам был бы рад. Уж больно симпатичная мордашка у Че Ён. Да и грудь, когда она остаётся в обтягивающей маечке, без лифчика, тоже явно неплоха.