Остальные наши были в своём обычном состоянии. Зато люди Кнехта еле выползли к ужину. Из-за такого их состояния даже встречу с начальником А-1, незнакомым мне Шахтёром, пришлось перенести на утро. Впрочем, лучше бы с ним вообще не встречался.

Некто орд Якобс в прошлой жизни был потомственным буром и занимался охраной алмазных копей в ЮАР. По словам Ворона очень жёсткий, склочный человек, не обременённый совестью. Зато хитрости и лизоблюдства ему не занимать. Именно благодаря этим качества и смог быстро дослужиться до местного «полулейтенантика». Чем неимоверно гордится и при каждой встрече не забывает подчеркнуть свой статус.

— Намаемся с ним, — вздохнул Чай. — Хуже начальника и не придумаешь. Ещё и «Айсберг» под боком. Кнехт с Шахтёром в приятельских отношениях, так что готовься, Кощей, к тому, что нас с тобой будут обслуживать по остаточному принципу. Кажется, намечается худшая смена в моей жизни.

Все опасения подтвердились уже на первом собрании. Орд Якобс внешне чем-то напоминал Кнехта. Такой же белёсый, с холодными глазами змеи на безэмоциональном лице. Для начала он устроил всем разнос. Вернее, нам. Ему, видите ли, не понравился порядок в нашем кубрике. И хотя перед уходом я не увидел там никакого бардака, но всё равно Шахтёр нашёл, к чему мелочно придраться и постоянно ставил в пример соседний кубрик, в котором обосновался «Айсберг».

Пришлось выслушать целую лекцию о том, насколько важна для солдата чистота и дисциплина. При этом орд Якобс ссылался на себя, как на пример идеального военнослужащего. Типа, лишь благодаря усердию и венику в руке смог стать незаменимым человеком для корпорации «Светлый мир». От такого я чуть было не заржал, но вовремя сдержался.

Дальше было ещё интереснее. При Туче — да хранят все боги этого святого человека! — мы сами разрабатывали планы тренировок и график жизни. Ворон подходил к каждому бойцу индивидуально. Но теперь нам предъявили целую «простыню» режима дня. Что мы должны делать в ней было расписано поминутно, до самого отбоя.

Особенно меня поразил тот пункт, что почти два часа мы обязаны ежедневно терять на пропагандистские ролики «Светлого мира». Не тренироваться, не отдыхать, а именно тупо пялится в экран. Я, конечно, с радостью бы подремал, делая вид, что смотрю подобную ахинею, но ведь после ролика ещё и на сотню вопросов по увиденному нужно ответить. Вот шакал! Всё продумал!

— Понравилось? — ехидно спросила меня Фея, как только Шахтёр выдохся и гордо покинул аудиторию.

— Прямо плачу от счастья, — грустно отшутился я. — Хорошо ещё, что про рейды этот «Держиморда» ничего не сказал.

— А вот хренушки тебе, Кощей. Командирам выдадут предписания, сколько и каких боеприпасов они имеют право брать в рейд. Во всяком случае, раньше Шахтёр всегда так поступал. И не просто будем грузиться патронами, а отчитываясь за каждый. Если будет перерасход, то на следующий рейд получим меньше на десять процентов. Господин Якобс очень рачительно относится к имуществу корпорации. Прямо как к своему.

— Чтоб его черти задрали! — искренне пожелал я Шахтёру. — Урезать группы⁈ Он сам хоть раз в рейды ходил⁈

— Нет, и не собирается, — встрял в разговор Ворон. — Ему больше нравится около кухни и начальства отираться незаменимым человеком. Но советую тебе «забить» на все эти заморочки. Живём, как жили. На нас, конечно, донос объёмный накатают, но не в первый раз. Я когда с Шахтёром познакомился, тут целый бунт устроил.

Он придурок, из-за перерасхода патронов хотел нас с половинным боезапасом в рейд отправить. Пришлось взять штурмом командный пункт и напрямую связаться с Эно-2, предупредив корпорантов, что группа не готова по вине начальника А-1, поэтому уходит в «творческий отпуск» до решения проблемы. Не знаю, в какую позу Шахтёра начальство поставило, только с тех пор он урезает лишь десять процентов. Правда, только на бумаге.

— Ого! — восхитился я таким подробностям. — Странно, что его вообще не разжаловали.

— Хотелось бы. Но корпорация очень любит экономных. А в смены орда Якобса база потребляет меньше всего запасов, при этом оставаясь в боеспособном состоянии. И всем плевать, как мы тут выживаем. Главное, что выполняем поставленную задачу. Так что, Кощей, путь к славе и погонам лежит не через героические поступки, а через всё это дерьмо. Не зря же почти все генералы с брюшком и упитанными щёчками. Боевых среди них единицы, зато «правильных шаркунов» немерено.

На этом обсуждение начальства закончим. Сейчас Кнехт проведёт летучку, на которой обсудим первый совместный выход. Попрошу слушать внимательно и анализировать каждое слово.

Эрон Краузе, несмотря на всю мою нелюбовь к нему, действительно оказался профессионалом. Свой план донёс чётко и без лишних отступлений.

— Квадрат девять юго-восточного направления, — начал он, включив карту на стене. — «Орлы » доложили, что именно в этой деревне может быть Камень. Территория в округе зачищена четыре дня назад, но всё равно проверить её не мешает.

— Зачем? — моментально встрял Ворон. — Даже если в разгромленных поселениях снова появились маугли, то их количество минимально. Стоит учитывать, что нас теперь намного больше. Не будет ли разумным сразу же отправится за Камнем? Один отряд атакует деревню, а второй прикрывает с тыла.

— Хорошая мысль, эрон Воронцов. Так мы сэкономим время нахождения за периметром плацдарма. Но группа «Зеро» ещё не работала в настоящих анкирийских джунглях. Нам необходимо почувствовать их. Привыкнуть к тому, что воюем не так, как обычно. Поэтому мелкие стычки с маугли или местными тварями пойдут всем на пользу. К тому же «Орлы» по какой-то причине не ликвидировали вот этот небольшой населённый пункт. Глупо оставлять противника за спиной.

— По отчётам «Орлов» там находится детский сад. Раз разведгруппа от него отступила, значит, деревушка находится под серьёзной охраной воинов маугли. Они за нами не пойдут, а останутся на своём боевом посту. При атаке на них где гарантия, что в деревню с предполагаемым Камнем не передадут информацию о нашей группе? Не хочется попасть под заранее подготовленный ментальный удар шамана маугли. Да и наше огнестрельное оружие к этому времени уже перестанет работать.

При внезапном появлении мы сможем обойтись минимальным риском. Если не найдём Камень, тогда можно и в детский сад наведаться на обратной дороге. Если же обнаружим искомое, тогда все прилегающие квадраты со всеми их хижинами и тварями выжжет орбитальная артиллерия. Зачем размениваться на всякую ерунду, когда её могут сделать за нас другие?

Было видно, что Кнехту доводы Ворона не очень понравились. Видимо, ему хотелось устроить небольшое развлечение с очередной горящей деревней и трупами в ней. Но наш командир явно заранее подготовился к подобному спору. Так что крыть Кнехту было нечем. Если только своей командирской должностью.

— Хорошо. Доводы убедительные. Идём сразу за Камнем. Дальше действуем по обстановке, — нехотя проговорил он после минутного раздумья. — И заметь, эрон Воронцов, я держу своё слово, прислушиваясь к твоему мнению. Надеюсь, что не только я так поступлю, если снова возникнут разногласия. На этом считаю постановку задачи оконченной. Всем разойтись и заняться делами согласно предоставленному ордом Якобсом графику.

— В этот выход они нас точно не тронут, — после собрания заявил Ворон, устроивший небольшую групповую пробежку, во время которой могли пообщаться без камер. — На смене ещё три недели куковать, так что раньше времени ослаблять себя Кнехту невыгодно. А вот последний или предпоследний рейд перед отправкой на Эно-2, я уверен, будет с сюрпризом. Так что пока ведём себя ниже травы и тише воды.

— То есть штурмовать деревню с Камнем нам всё же придётся? — спросил я.

— Мы стоим в прикрытии. Штурмом займётся «Айсберг».

— Ты, командир, так говоришь, будто бы мы ни при чём будем. На самом же деле любое участие в уничтожении деревни, по моим меркам, считается преступлением. Это не агрессивных охотников «на ноль умножать», а устраивать резню среди мирных жителей. К тому же, что будем делать на обратном пути, если вдруг Камень найдём? А если не найдём? Пойдём весёлой толпой уничтожать детский сад? Дерьмом это всё воняет. Причём самым вонючим. Я на такие двойные стандарты свою совесть подписать не могу.