— Слышь, командир недоделанный! — не выдержал я. — Как твои уроды исполняют приказы, мы лично убедились во время захвата модуля! Поэтому Бисмарка из себя тут не строй!

— Во-во! — поддержал меня Краплёный. — А то мигом Сталинград вам всем устроим! Поэтому включайте генетическую память и сильно не отсвечивайте!

Вот тебе и «не поддались на провокацию»… Достаточно было малейшей искры, чтобы и мы, и тевтонцы моментально встали за спинами своих командиров в боевых стойках.

— Предлагаю компромисс, — неожиданно заявил Кнехт. — Хотите ли вы этого или нет, но старшим командование поставило именно меня. Рад ли я такому? Нет. Слишком много проблем с вашей анархией намечается. К тому же руководить группой почти в полтора раза больше, чем предписано правилами, очень сложно. Думаю, ситуация всем ясна. Поэтому предлагаю пока оставить в стороне разногласия и переименовать группу в «Зеро».

— Почему в «Зеро»? — поинтересовался я.

— Потому что мы не отряд, а сборище! Ноль! Нас просто нет! Лучше не укомплектованными на Анкире оказаться. Твой командир, как и все «Чёрные клыки», не вызывают у меня ни малейшего доверия. К тому же сводная группа — явление временное. Как только прибудет новое достойное «мясо», опять разойдёмся по своим кубрикам, делая вид, что друг друга не знаем.

— Принимается, — кивнул Ворон. — Что ещё хочешь предложить, чтобы не допустить массового побоища? А оно, уверен, рано или поздно случится. Уж слишком мы разные. В условиях Анкиры подобное приведёт к печальным последствиям. Да и на Эно-2 за такое накажут строго. Казнить всех, конечно, не казнят, но парочку и твоих, и моих ребят в назидание остальным уничтожат. Мы же с тобой лишимся званий.

Но плясать под твою дудку не собираюсь. У меня есть костяк отряда. Если изменить привычные нам правила игры, то он развалится. Потом, после того как разойдёмся кораблями в море, психологически придётся почти заново создавать «Чёрный клык». Уверен, что твой «Айсберг» тоже пострадает, живя по нашим правилам.

— Ты правильно говоришь, эрон Воронцов, — легко согласился Кнехт. — Нужны новые правила. Общие. Я уже думал над ними. Каждая из групп продолжает жить в автономном режиме. Тренируемся тоже отдельно, за исключением моментов, когда необходимо отработать общую тактику боя для групп. Времени для притирки у нас совсем не осталось — скоро смена. Так что успеем всего лишь несколько раз совместно пройти полосу препятствий. Бойцы «Айсберга» будут основной ударной силой, а «Клыки» — прикрытием. Координировать действия бойцов будем мы с тобой, но решающий голос остаётся за мной, как за официальным командиром.

Все разногласия между нашими людьми решаем тоже вместе. Любая драка наказывается сурово, не глядя на то, кто был её зачинщиком. У нас просто нет времени для разбирательств.

— Принимается, — коротко ответил Ворон. — Примерно такие же мысли и у меня в голове бродили. Рад, что хоть в этом у нас нет разногласий. Друзьями нам не стать, но так хоть не перестреляем друг друга на эмоциях. Поэтому предлагаю больше не затягивать со спорами, а идти на полосу препятствий. За такой короткий срок полигончик, конечно, не даст нам нормально отработать совместные действия, но хоть поймём принцип размещения групп.

— Именно, — нехотя раздвинул в улыбке губы Кнехт. — Теперь уже наш общий гард Манус завершил написание новой программы полосы препятствий. Через полчаса выдвигаемся на учения… Полчаса и плюс-минус пять минут. Заметьте, я даю допуск по времени, так как уверен, что минута в минуту вы не уложитесь из-за своей расхлябанности.

— Оценил. Но это лишнее. Во-первых, нам не ставили чётких сроков появления в новом кубрике. А во-вторых, на боевых заданиях мы считаем каждую секунду. Так что все допуски оставь для своих.

Закончив с «пропиской», мы быстро разложили свои вещи на койках, находящихся в противоположном углу от лежанок людей Кнехта. Потом прошли в новую оружейку и начали экипироваться.

— Мне бывшие арсенальные комнаты больше нравились, — тихо сказал я Ворону. — Там выбор был больше. Как бы не растащили всё, пока мы на смене.

— Не растащат, — поняв, что я имею в виду чип, успокоил меня командир. — Туча приглядит. Я с ним договорился.

Прямо гиря с души упала! Значит, орд Тучин уже осведомлён о фальшивых бланках документов и сделает всё, чтобы их сохранить. Как умудрился передать ему эту информацию Ворон, даже спрашивать не стал. Не то время и место.

Учения прошли туго. Два разноплановых, привыкших работать самостоятельно отряда постоянно перетягивали одеяло на себя. В первый проход мы даже не уложились в норматив! Зато появилась пища для размышлений. Потратив на совместную отработку тактики около двенадцати часов, с двадцатой попытки наконец-то разнесли полосу препятствий в пух и прах. Благо, все люди опытные и быстро схватывают информацию.

После короткого отдыха Ворон и Кнехт развели наши группы по разным помещениям, чтобы в спокойной обстановке и без лишних ушей донести до своих «политику партии и правительства».

— Почти молодцы, — похвалил нас командир. — На рожон не лезете и скандалов не устраиваете. Но не расслабляйтесь. Кнехт — мужик очень продуманный и отсутствием мозгов не страдает. Вон как быстро сориентировался в обстановке и разрулил намечающийся конфликт.

— Ты бы смог не хуже, — не забыл вставить своё слово Краплёный.

— Мог, Саня, — согласился Ворон. — Но если бы я предложил такое, то не факт, что не обошлось без торгов. Специально отдал инициативу Кнехту. Пусть это будет исключительно его решение. Только не надо думать, что нам всё простили. Скоро обязательно прилетит подстава. Причём такая, что не отмоемся. Скорее всего, не здесь, а на Анкире. Там нет вездесущего наблюдения и можно легко скрыть правду.

— Тогда нас будут подставлять на выходах за периметр, — добавил я. — А-1 ведь тоже прослушивается и просматривается. И странно, что за все наши крамольные мыслишки СБ до сих пор не закрыла всех.

— А кто воевать будет? — усмехнулась Фея. — К тому же корпоранты и так знают наше отношение к ним. Ну а тёрки между землянами? Слышал фразу: «Разделяй и властвуй»? Она сюда шикарно подходит.

— Че Ён права, — согласился командир. — Чем больше группы в пределах разумного конфликтуют между собой, тем меньше вероятность общего бунта. И пусть мы не собираемся ничего такого устраивать, только корпоранты хотят исключить любую возможность сговора.

Весь этот разговор Ворон затеял явно для наблюдателей из СБ. Пусть они знают, что мы боимся провокаций. И если вдруг они произойдут, то сегодняшнее видео компетентные люди изучат обязательно. Правда, и Кнехт может поступить подобным образом, представив нас исчадиями ада.

Ну и заодно командир лишний раз напомнил нам, чтобы не ляпнули лишнего. Остальное уже обсудим на выходах на Анкире. Хотя теперь совсем непонятно, как это сделаем. Пикники отменяются. Да и лишний раз шлем не снять под пристальными взглядами тевтонцев.

Оставшееся до смены время пролетело быстро и очень продуктивно. Нас гоняли, не давая времени даже на короткий сон. Благодаря имплантам и тонизирующим препаратам мы могли и дольше обходиться без отдыха. Так что никто не ныл. Тем более было обещано, что по прибытии на А-1 обязательно отоспимся перед первым рейдом.

Десантирование на планету произошло так же жёстко, как и в прошлый раз. Но перенёс его намного легче. То ли уже знал, что ожидает и заранее включил морально-волевые. То ли прокачка новыми имплантами прибавила сил, но после приземления страдал недолго. Хватило получаса, чтобы почувствовать себя «огурцом».

Ну а к вечеру совсем хорошо стало. Было ощущение, что после прибытия на Анкиру подключился к дополнительной батарейке. Энергия, несмотря на жуткое желание спать, просто переполняла каждую часть моего настоящего тела.

Заметил, что Ворон тоже расцвёл прямо на глазах. В последние дни на Эно-2 он ходил квёлый и раздражительный, словно старик. А тут помолодел лет на десять. Видимо, «Мать» Анкира даёт нам обоим свою подпитку.