Глава 31

Неприятности действительно шли за нами по пятам, выслеживая нас с неумолимой яростью. Следующие два месяца всё племя непрерывно кочевало, пытаясь уйти от кайова. Каждый раз, когда мы разбивали новый лагерь, разведчики вновь сообщали, что вражеское племя неподалёку, поэтому мы снова снимались с места. Это становилось всё более утомительным, особенно теперь, когда мой живот с каждым днём рос вместе с ребёнком.

Но с наступлением января на равнины обрушились суровые морозы, и наше бесконечное «собраться и идти дальше» наконец прекратилось.

— Видишь яркие пятна по обе стороны от солнца? — спросил меня Земной Медведь, когда мы остановились напиться воды из родника.

Я прищурилась, глядя в небо.

— Вроде бы. Похоже на какие-то солнечные блики.

Земной Медведь с мудрым видом кивнул.

— Это солнце развело костры, чтобы согреть свои уши. Скоро придут сильные морозы.

Я плотнее запахнула тяжёлую меховую накидку, словно пытаясь защититься от пробирающего холода.

— А облака идут с севера. Они принесут метель. — Он присел у родника, зачерпнул ладонью ледяную воду и жадно выпил. — И ещё я заметил, что дятлы начали делить между собой гнёзда и деревья. Это плохой знак. Совсем скоро придёт самая суровая погода.

— Эти знания передаются у вас из поколения в поколение? — Я присела рядом с ним и тоже зачерпнула пригоршню ледяной родниковой воды.

— Мы внимательно наблюдаем за всем вокруг, — ответил Земной Медведь. — Холод — это дух, которого нужно уважать и к которому следует прислушиваться. Мы слушаем то, что он пытается нам сказать.

Он ненадолго замолчал, а затем на его лице появилась грустная улыбка.

— Правда, молодёжь не всегда обращает на это внимание, особенно когда влюбляется. Ничто не удержит их от встречи с тем, кто им дорог. Многие тайком убегали на свидание и оказывались в ловушке метели. Надеюсь, они извлекали из этого урок… если оставались в живых.

Он тяжело вздохнул.

— Когда я был намного моложе, один мой друг поступил именно так. Он и девушка, которую он любил, тайком выбрались ночью каждый из своего типи, чтобы побыть вдвоём. Старейшины предупреждали нас о приближении сильной бури. — Его карие глаза затуманились воспоминаниями. — Мы так и не нашли их. Снег повалил так быстро и так густо, что нам пришлось отступить. А когда мы наконец смогли выйти наружу, было уже слишком поздно.

— Мне очень жаль, — тихо сказала я, перестав пить воду.

— Спасибо. — Земной Медведь снова тяжело вздохнул, затем перевёл взгляд на меня. — Мы с отцом долго советовались. Из-за приближающейся метели Серое Перо решил, что мы разобьём лагерь на вершине той скалы. Оттуда мы сможем видеть окрестности, а нас самих будет трудно заметить. Туда мы сейчас и направляемся.

Он указал на высокий уступ прямо впереди. Затем обернулся к остальным соплеменникам, которые терпеливо ждали своей очереди напиться.

— А-хо! — громко крикнул он на языке сиу. — Напейтесь вдоволь. А потом поднимемся туда.

Все были заняты подготовкой лагеря, расположенного на высоком уступе с видом на бескрайние равнины, к приближающейся зимней буре. Мы с Романом уже обустроили своё типи, застелив его несколькими слоями толстых бизоньих шкур.

Мне снова нравилось делить ложе с Романом. И хотя мне не хватало наших вечерних разговоров с Эмили, её пригласили жить в типи Прыгающей Лани. Там Эмили составляла пожилой женщине компанию и впитывала всё, чему та могла научить её о целительстве.

Мы с Романом отправились собирать топливо для костра. Всё, что могло гореть, — конский навоз, сосновые шишки, старая хвоя и небольшие ветки — использовалось, чтобы каждый вечер разогревать яму с камнями. Раскалённые камни помогали пережить холод.

Когда мы с охапками дров возвращались в лагерь, Марселиус и Эмили стояли возле типи Прыгающей Лани, смеясь и флиртуя друг с другом.

— Можешь поверить в этих двоих? — сказал Роман, остановившись у входа в наше типи, прежде чем пригнуться и войти внутрь.

Я вошла следом и опустила свою охапку в приготовленную кучу топлива.

— Похоже, у них всё становится серьёзно, — сказала я, аккуратно складывая шишки и ветки. — Эмили призналась мне, что они с Марселиусом собираются пожениться.

Брови Романа удивлённо поднялись.

— Правда? Как думаешь, мой брат действительно изменился и его тёмные времена остались позади?

Я уселась на шкуры, скрестив ноги, и похлопала ладонью по месту рядом с собой.

— Очень на это надеюсь.

— Одну минуту, — сказал Роман. — Я подготовлю костёр на ночь. Холодает, а я хочу, чтобы мои любимые были в тепле.

Он улыбнулся той самой улыбкой, которая проникала мне прямо в сердце, заставляя чувствовать себя в безопасности… хотя бы ненадолго.

Когда огонь разгорелся вокруг камней, Роман сел рядом, осторожно уложил меня на шкуры и сам лёг на бок возле меня, ласково поглаживая мой живот.

В последнее время он делал это постоянно, не переставая восхищаться новой жизнью, которую мы создали вместе.

Пусть обстоятельства были совсем не такими, какими мне хотелось бы их видеть, я ни на мгновение не сомневалась, что Роман станет замечательным отцом.

Лёжа рядом, плечом к плечу, мы вспоминали всё, что произошло за два месяца после нашей свадьбы. Всякий раз, встречая нового человека, другое племя, форпост или городок, мы спрашивали, не слышал ли кто-нибудь о кинжалах Солнца и Луны или о человеке по имени Джон Джеймс. Пока все наши поиски приводили лишь в тупик.

— Я начинаю думать, что мы никогда не найдём ни дневник, ни Джона Джеймса, ни хоть какую-нибудь зацепку, которая поможет нам отыскать кинжалы, — сказала я, поглаживая Романа по руке.

— Не теряй надежды, любимая, — тихо ответил он, выводя круги на моём животе поверх оленьей одежды.

— Стараюсь.

Я перевернулась на спину, подложила руки под голову и уставилась на струйки дыма, уходившие через отверстие в вершине типи.

— Но я уверена, что Бальтазар где-то там и охотится за нами. То, что мы его не видим, ещё не значит, что он не наблюдает за нами. Он появится тогда, когда мы меньше всего этого ожидаем.

По моему телу пробежала дрожь.

— Будем мы этого ждать или нет, — сказал Роман, опираясь головой на ладонь и поворачиваясь ко мне, — мы будем готовы.

— Правда? — Я тяжело вздохнула. — Я уже не знаю, сколько раз перечитала дневники Филипа. Мы проверили каждую зацепку, которую только смогли найти, и всё равно у нас ничего нет.

— Мы не должны сдаваться. — Роман провёл кончиками пальцев по моей щеке. — Перестань тревожиться.

Снаружи послышались шаги, а затем кто-то негромко поскрёб по пологу нашего типи.

— Вы там одеты? У меня новости, — донёсся голос Марселиуса.

— Новости? — Я мгновенно села. — Входи.

Марселиус вошёл внутрь.

— Наш голубок наконец-то вернулся к нам со своего дерева, — сказал Роман. — В последнее время тебя почти не видно.

Марселиус фыркнул, пропустив его слова мимо ушей.

— Только что прибыл разведчик с весьма любопытными новостями. Слухи о ваших поисках разошлись довольно широко, и он специально разыскал нас. Он утверждает, что знает кое-что о кинжалах Солнца и Луны.

— Да ты шутишь! Правда?

— Конечно, Оливия. Я решил зайти сюда только для того, чтобы соврать тебе. — Марселиус усмехнулся и скрестил руки на груди.

— По крайней мере, любовь не изменила твой характер, — заметила я. — Ты всё ещё умеешь быть засранцем.

— Я оставляю за собой право быть таким, каким считаю нужным, — невозмутимо ответил Марселиус. — Так вам нужны эти новости или нет?

— Конечно нужны! Рассказывай!

— Он сказал, что его знакомый из соседнего племени знает человека в ближайшем городе, который торгует редкими и необычными вещами.