— Положите её сюда, — сказала она на языке сиу.

Марселиус сделал, как она велела, и отступил назад.

— Я не могу здесь оставаться, — простонала я. — Я потеряю Романа. Он — моя жизнь! Разве вы не понимаете? Я не смогу без него жить!

— Охотящийся Волк, уходи, — сказала Прыгающая Лань. — Дальше мы справимся сами.

Марселиус молча вышел из типи, и его лицо казалось напряжённым и осунувшимся.

Окружённая заботой женщин, я провалилась в беспамятство, благодарная хотя бы за то, что больше не чувствовала мук собственного тела.

Что-то прохладное и влажное коснулось моих щёк и виска. Я нахмурилась, не открывая глаз и пытаясь понять, где нахожусь. Затем до меня донеслись приглушённые голоса Эмили и Прыгающей Лани.

— Она приходит в себя, — сказала Прыгающая Лань, прижимая влажную ткань к моим глазам и лбу. — Ты меня слышишь, дитя?

— Да, — ответила я, приподнимаясь на локтях. — Что случилось? Я помню только резкую боль… а потом очнулась уже здесь.

— Всё твоё тело покрыто тяжёлыми ранами. Мы с Эмили обработали их, наложили целебные припарки и обмыли тебя, — сказала Прыгающая Лань, внимательно глядя на меня.

Я опустила взгляд на своё тело. Одежды из оленьей кожи на мне больше не было. Я лежала обнажённая, укрытая мехами. От толстого слоя припарок, покрывавших кожу, исходил резкий, терпкий запах.

— Вот. Выпей. — Эмили поднесла к моим губам каменную чашу.

Я запрокинула голову, и она медленно стала вливать мне в рот свежую воду.

Она была божественной на вкус — словно жидкое золото. Я пила, пока чаша не опустела.

Эмили окунула её в большую корзину с водой и снова наполнила.

И я снова пила.

— Спасибо, Прыгающая Лань, — сказала я. — Спасибо, что позаботилась о моих ранах. Но, признаюсь, я удивлена. Когда мы уходили, вы все нас боялись.

Прыгающая Лань опустила голову.

— Наш вождь объяснил нам, что Тьма могла прийти в любой момент — независимо от того, были бы вы здесь или нет. У Танцующего Огня был свой демон, с которым ему приходилось бороться, но он был… он и сейчас остаётся горячо любимым членом нашей семьи. Мы приняли его демонов, а значит, должны принять и твоих. Такова общая судьба нашего племени. Вместо того чтобы отвергнуть тебя, Серое Перо велел нам принять тебя, если ты вернёшься. Возможно, именно ты сможешь уничтожить исчадий зла и защитить наше племя.

Я взяла её за руку, и она тепло сжала мои пальцы.

— К сожалению, Смеющаяся Дева погибла. Она была моей дочерью.

— О нет! — Глаза снова наполнились слезами. — Прыгающая Лань… Мне так, так жаль! Я бы никогда не пришла сюда, если бы знала, что Тьма последует за мной.

— Тсс, — тихо сказала Прыгающая Лань. — Что случилось, того уже не изменить. Мы проводили дух Смеющейся Девы к небесам, где она и дальше будет присматривать за мной.

Её глаза тоже заблестели от слёз.

— Тогда я обязана выздороветь, — твёрдо сказала я. — Я должна сосредоточиться на исцелении, чтобы снова сражаться.

Прыгающая Лань и Эмили переглянулись.

— Что? — спросила я. — О чём вы мне не говорите?

Эмили подвинулась ближе и крепко сжала мои руки.

— Ох, Оливия… Мы боимся, что какое-то время тебе нельзя сражаться.

Я мгновенно напряглась.

— Что значит — нельзя сражаться? Почему?

Эмили и Прыгающая Лань снова переглянулись.

— Скажите мне! Ненавижу секреты! Именно из-за секретов я получила все эти раны, — сказала я, обводя рукой своё тело и голову.

— Ты беременна, дитя, — мягко произнесла Прыгающая Лань, и на её губах появилась добрая улыбка.

Я застыла, словно она только что со всей силы ударила меня камнем по лбу.

— Я… Что?

— Ты ждёшь ребёнка, Оливия! — с восторгом воскликнула Эмили. — Разве это не замечательно?

— Какой, по-твоему, срок? — спросила я Прыгающую Лань.

— Около трёх месяцев, — ответила она.

— Разве это не чудесно? — сказала Эмили, явно радуясь куда сильнее меня.

За все эти месяцы я ни разу не задумалась о том, что у меня прекратились месячные, решив, что тяжёлое путешествие просто сказалось на моём организме.

Нет. Это были совсем не те новости, которым я могла бы радоваться. Мы все находились в смертельной опасности, пока не найдём способ уничтожить Бальтазара. Но больше всего моё сердце разрывалось из-за Романа. Где он сейчас? Как мне его найти? И жив ли он вообще?

Пока Эмили радостно щебетала и делилась своим восторгом, я всё глубже погружалась в бездну отчаяния.

Во мне зарождается новая жизнь, но сама я оказалась в смертельной опасности, словно судьба решила собрать на мне все свои самые жестокие удары.

ОЛИВИЯ

Глава 28

Я сидела в типи Прыгающей Лани, покрытая целебными припарками, которые должны были залечить многочисленные раны. Но ничто не могло заглушить потрясение, которое я испытала, узнав, что беременна. Я. Конечно, когда-нибудь я всегда хотела стать матерью, но сейчас моя жизнь была слишком опасной, чтобы даже думать о том, чтобы привести ребёнка в этот мир.

Все мои прежние женские привычки, связанные с предотвращением нежелательной беременности, совершенно вылетели из головы. Я была слишком поглощена тем, чтобы приспособиться к разным эпохам, в которых оказывалась. Теперь же выбора у меня не было, если только не последовать примеру матери и не начать бить себя камнем по животу. Но я никогда бы так не поступила. Я никогда не смогла бы стать такой, как моя мать, и убить собственного ребёнка. Роман стал бы замечательным отцом, но опасность, окружавшая нас, была слишком велика.

Что мне теперь делать? Я едва могла осознать сам факт своей беременности. Как я смогу вырастить здорового ребёнка, если даже не знаю, где находится его отец, а за мной охотится демон?

Бальтазару не пришлось бы даже моргнуть, чтобы забрать моего ребёнка и убить его.

Я опустила ладони на бизонью шкуру под собой, тщетно пытаясь смириться с тем, что рассказала мне Прыгающая Лань.

— Ты совсем не выглядишь счастливой, — сказала Эмили, нахмурившись.

— Я люблю детей. Всегда мечтала о собственном ребёнке. Но сейчас я не могу радоваться. Ты сама знаешь, с какой опасностью мы столкнулись. За нами охотится демон, а отец этого малыша находится неизвестно где. — Я опустила взгляд на уже округлившийся живот, чувствуя странное предательство со стороны собственного тела.

— Оливия! Да разве ты не понимаешь? Этот прекрасный ребёнок появился благодаря любви, которую вы разделяете с Романом! Он должен был родиться. Любовь между тобой и Романом обязательно преодолеет всё! — Глаза Эмили сияли.

— Ты неисправимая оптимистка, Эмили. Хотела бы я разделять твой энтузиазм. — Я тяжело вздохнула и погладила живот.

Эмили ласково коснулась моей щеки, убирая выбившиеся пряди волос.

— Я знаю, что ты переживаешь за Романа. Но он сильный, Оливия! Мы с Марселиусом однажды разговаривали ночью, пока ты спала…

— Вы с Марселиусом разговаривали по ночам? — перебила её я. — Часто?

Эмили покраснела и отвела взгляд.

— Марселиус умеет быть добрым. В жизни ему пришлось через многое пройти, и я просто пытаюсь помочь ему стать лучше. Путешествие было долгим, и мы успели узнать друг друга поближе. Я ведь уже говорила тебе об этом. — Она снова посмотрела мне в глаза. — Мы просто разговаривали. Это помогало скоротать время.

Пока она говорила, её лицо буквально светилось, но я постаралась не придавать этому слишком большого значения.

— И что же вы с Марселиусом обсуждали такого, что связано с Романом? — спросила я.

— Я тоже переживала, Оливия. Марселиус уверял меня, что Роман — настоящий боец. Он пережил вещи куда страшнее и всё равно выжил, так что нет причин думать, что он не справится и с этим испытанием. К тому же… — её лицо просияло. — Разве не ты говорила, что Бальтазар пообещал сохранить ему жизнь? В его собственных интересах уберечь Романа. Этот дневник нужен ему не меньше, чем тебе.