Восемнадцать лет — это странный возраст. Возраст, когда кажется, что весь мир — одна большая декорация к твоему личному фильму, а ты — главная героиня, которой вот-вот вручат «Оскар» за лучшую женскую роль. В тот год экранизировали «Шайбу в сердце» — книгу, которую я зачитала до дыр. Я знала каждую строчку, каждую эмоцию героев, могла цитировать диалоги с любого места, но Николас Гарсия, сыгравший Роланда, оживил его так, что у меня перехватывало дыхание. Он не играл — он был им. В его взгляде была та самая боль и надежда, которые я представляла, читая роман.

Лизка, моя подруга, еще не знала, что я не удержалась и посмотрела фильм без нее. Хотя, думаю, вместе с ней я бы не смогла сдержать свои эмоции при просмотре так, как это получилось в одиночестве. В пустой квартире, с чашкой остывшего чая, я могла позволить себе плакать в голос и смеяться над всеми его шутками.

В порыве, который сейчас кажется мне наивным и отчаянным, я написала ему. Не на студию, не агенту, а в социальную сеть, где он иногда выкладывал селфи с дурацкой, обезоруживающей улыбкой. Я написала о том, как его взгляд спас меня в трудный момент, как его голос стал саундтреком к моим бессонным ночам. Я не просила автографа или встречи. Я просто благодарила за то, что он вернул мне веру в героев. И нажала «отправить».

Ответа не последовало. Ни через день, ни через месяц. Сообщение повисло в пустоте, как забытая записка в бутылке. Каждый день я проверяла уведомления, с замиранием сердца открывая приложение. И уже совсем отчаявшись, когда надежда превратилась в глухую тоску, я закрыла тот аккаунт и постаралась забыть.

— Анька, перестань так себя загонять! — Лиза старалась успокоить меня. Мы сидели на кухне ее маленькой квартиры, заваленной учебниками и эскизами одежды. — Каждый день без настроения. Где моя самая любимая веселушка этого серого города?

— Лиз, я понимаю, что чересчур много думаю об этом, но я так надеялась получить от него ответ. Просто знак. Хоть что-то.

— Ань, послушай. Не стоит расстраиваться из-за этого. Он всемирно известный актер, после выхода фильма у него миллионы поклонниц. Я думаю, ему писала не только ты одна. Твое сообщение могло попросту затеряться среди тысяч других. Ну или может он такой козел, что не отвечает своим фанаткам.

— Думаю, ты права. Пора уже об этом забыть, — я слабо улыбнулась, и Лиза тут же оживилась:

— Вот и отлично! Пойдем в кино? Как раз вышел тот дурацкий ромком, который мы хотели посмотреть. С попкорном, слезами и обязательными цитатами наизусть!

Я кивнула, чувствуя, как тяжесть в груди немного отступает. Может, она и правда права?

Лос-Анджелес. Месяц спустя .

Вечерний бар на Сансет-Стрип гудел привычной жизнью. В одном из темных углов расположилась компания друзей — шумная и расслабленная после долгого дня на съемочной площадке.

— Трейси, как проходит подготовка к новому фильму? — спросил её брюнет испанского происхождения Адам Сандерс, лениво помешивая лед в стакане с Macallan.

— Ребят, это просто ужас! — Возмущалась Трейси Купер, театрально закатывая глаза. Ее рыжие волосы вспыхивали в свете ламп. — С понедельника начинаются читки! А режиссер до сих пор не закончил кастинг. Я уже думаю отказаться от этой роли, терпеть не могу всю эту безответственность!

— Трейси, не стоит так горячиться, — строго сказал Адам. — У всех бывают трудности. Может, и у Кроули они тоже возникли с подбором актерского состава. Дилан вообще, насколько я знаю, не ходит на читки. До сих пор не понимаю, как его не поперли со всех проектов.

Дилан — блондин с холодными изумрудными глазами — перевел свой взгляд с двух улыбающихся ему девушек у стойки бара на свою компанию.

— Просто я знаю, как успеть все и сразу и быть от этого в плюсе, — с самодовольной ухмылкой ответил он.

— Да брось! Просто ты знаешь, как трахнуть всех кого нужно задобрить! — смеясь и колко бросила еще одна подруга — стилист Хлоя Коулман.

— Дорогая, чтобы сниматься в кино, мне не обязательно кого-то тащить в постель. Мне нужен лишь мой талант и харизма! — Подмигнув Хлое, Дин допил из своего стакана виски и пружинистой походкой отправился к девушкам у бара.

— Как всегда в своем репертуаре! Кое-как собираемся, чтобы провести время вместе, а Дилан как обычно сваливает на потрахушки! — злилась Трейси.

— Да брось ты! Как будто ты не знаешь нашего Дилана!

— Ладно, забудем об этом придурке. Николас? Почему ты молчишь? Николас? Ты меня слышишь?

В это время Николас Гарсия просматривал страницу девушки из России, которая написала ему сообщение, зацепившее его за душу. Оно было не похоже на остальные: без криков восторга, без просьб о фото, без фанатичного восхищения. Просто теплые, искренние слова о его работе.

— Ах да... Я здесь... — не отрывая взгляда от экрана телефона и перечитывая строчки на кириллице, он даже перевел их через переводчик, Николас ответил друзьям.

— Что с тобой? Почему весь вечер сидишь в телефоне?

— Перечитываю почту... И одно сообщение меня заинтересовало.

— И что же это за сообщение? — Хлоя перегнулась через столик с любопытством кошки.

— Молодая девушка... Как я понял, из России. Пишет о том, что герой моей недавней работы был таким, каким она себе и представляла.

— Да брось! — фыркнула Трейси. — Каждая вторая девчонка в мире влюбилась в твой торс после просмотра фильма!

— В том-то и дело... Она не пишет как влюбленная девчонка-фанатка. Она восхищается не моей внешностью или «торсом», а моей работой. Она поняла персонажа так же глубоко, как я сам пытался его понять на площадке.

В баре повисла тишина. Даже Дилан на секунду отвлекся от своих барышень.

— Значит... ты должен ей ответить! — воскликнула Хлоя первой нарушив молчание.

— Ник, поблагодари ее! Видимо, она по достоинству оценила твою работу.

Друзья смотрели на него с ожиданием.

— Думаю... что так и поступлю.

Пока компания продолжала свою беседу за бокальчиком виски, Трейси все еще ворчала про кастинг, а Дилан активно «окучивал» двух моделей у бара и судя по всему успешно, Николас думал о том, что же написать девушке из далекой России так, чтобы не показаться банальным или высокомерным.

Он набрал текст на английском языке:

«Анна,

Спасибо за Вашу оценку моего творчества. Хотел бы с Вами продолжить общение».

Он перечитал сообщение еще раз и нажал «отправить». В этот момент где-то за тысячи километров от Лос-Анджелеса на телефон одной восемнадцатилетней девушки пришло сообщение, но она его уже не получила…

Глава 2

Глава 2

Телефон на столе завибрировал. Коротко, едва слышно, словно робкая попытка привлечь к себе внимание. Анна, сидевшая над учебником по истории, даже не подняла головы. В последнее время ее телефон жил своей жизнью: бесконечные уведомления из групповых чатов, спам о скидках в магазинах и автоматические рассылки от сервисов, на которые она когда-то подписалась и давно забыла. «Наверное, опять реклама», — мелькнула мысль и тут же растворилась. Она вернулась к строкам о реформах Петра I, но буквы расплывались перед глазами. Мысли снова ускользали в прошлое, к тому самому вечеру, когда она отправила сообщение в пустоту. Прошел месяц. Целый месяц ожидания и тихой, саднящей надежды. Анна не заходила на тот аккаунт каждый день — это было бы слишком больно. Она заходила туда каждую свободную минуту. Проверяла папку «Входящие», «Спам», даже «Корзину», словно письмо могло материализоваться из ниоткуда. Но ответа не было. Тишина была оглушительной.

— Ты меня вообще слушаешь? — голос Лизы вырвал ее из оцепенения. Анна вздрогнула и посмотрела на подругу. Лизка стояла в дверях комнаты, скрестив руки на груди, и смотрела на неё с той самой смесью сочувствия и лёгкого раздражения.