Мэддокс

— Господи Иисусе, — пробормотал я, въезжая на подъездную дорожку, ведущую к поместью Армана. Вдоль всей улицы выстроились машины, по обе стороны от них было еще больше занятых мест. Я слышал, что он пригласил всех от Майами до Техаса, но не думал, что многие приедут на эту чертову вечеринку по случаю окончания колледжа. Не похоже, что эта девушка выходит замуж.

От этой мысли у меня снова появился ужасный привкус во рту.

В любом случае, какое мне будет дело, даже если это так? Я был ее телохранителем. И уверен, что буду им снова, когда это понадобится. Особенно учитывая недавние проблемы, с которыми столкнулся Арман. Конечно, я не был удивлен, что он настоял на том, чтобы Зои вернулась домой на все лето. Будет гораздо легче присматривать за ней, когда она живет с ним под одной крышей, а не за пару тысяч миль от него.

Он отправил меня на неделю в Нью-Йорк, опасаясь, что ее похитят или, что еще хуже, используют против него. Я позаботился о том, чтобы Зои не видела меня и ничего не слышала обо мне, оставаясь все это время ее тенью. Это было то, что я довел до совершенства, превратив в искусство — умение прятаться у всех на виду, когда это необходимо, считалось важным качеством в нашем мире организованной преступности.

Не имело значения, что корпорация работала в основном на законных основаниях. Значительная часть заработанных денег по-прежнему поступала от более прибыльных предприятий, которые никто не мог привлечь простым путем. Я был вынужден вернуться на соседнюю улицу, чтобы найти место для парковки в трех кварталах отсюда. Одного этого было достаточно, чтобы у меня испортилось настроение.

Припарковавшись, я взглянул на часы. Вечеринка началась больше часа назад. Остановка, чтобы переодеться, купить цветы и шампанское именно той марки, которую заслуживала эта драгоценная девушка, отняла у меня больше времени, чем я планировал. Блядь. Я терпеть не мог опаздывать куда бы то ни было.

Я был вынужден связаться с нашей бригадой уборщиков, чтобы разобраться с ситуацией в доме Джины, и отправить ее собирать вещи, вручив ей кругленькую сумму наличными. Я не беспокоюсь, что женщина откажется принять свою удачу. У нее было более чем достаточно средств, чтобы начать новую жизнь в другом городе. Но ее ненависть ко мне подпитывала ее, и мне нужно держать это в уме.

Я взял цветы и шампанское и, оглядев улицу, направился к дому. Безлунная, влажная ночь казалась более гнетущей, чем обычно, отсутствие шума, в том числе от обычных насекомых, казалось странным. Обычно в Новом Орлеане не было тихо даже в летние месяцы, особенно когда вечеринка была в самом разгаре.

Пока мое оружие оставалось в пиджаке, ведь было бы не лучшим тоном разгуливать по элитному району, размахивая пистолетом. От этой мысли на моем лице появилась ухмылка.

Когда я широкими шагами направился к дому, в груди у меня что-то сжалось. Причина не имела ничего общего с недавними беспорядками в организации, хотя всего за несколько дней до этого у меня состоялся короткий разговор с Арманом.

Я отказывался думать об этом, когда наконец добрался до подъездной дорожки. Прибывало все больше гостей, и у всех было праздничное настроение. Хотя я легко мог разглядеть солдат, окруживших дом, было очевидно, что им тоже было приказано оставаться в тени. Ничто не могло разогнать вечеринку быстрее, чем страх перед вооруженным человеком.

Подойдя к дому, я заметил Лэндри в костюме, который стоял у входной двери и небрежно курил сигарету. Когда я подошел, он остался на месте. Он был еще одним доверенным лицом Армана, человеком, который прошел путь от простого служаки до такого же звания лейтенанта, что и у меня. Однако у меня была своя выслуга лет, и мое звание считалось третьим по старшинству. Как будто бы Арман или Франсуа вот-вот бросят бразды правления.

— Что-нибудь происходит?

— Просто куча народу собирается напиться, — проговорил он, делая еще одну затяжку. — И появились какие-то гребаные репортеры. Ублюдки.

О семье упоминали в новостях десятки раз, в последнее время больше из-за их благотворительной деятельности, а не из-за того, что раньше к ним относились как к родственникам дьявола. За последние годы произошло много изменений, большинство из которых были полезными как для семьи, так и для города. Однако нашлись и репортеры, которые хотели заработать свои пятнадцать минут славы, собрав компромат на семью. Я не позволю этому случиться.

— Проследи, чтобы никто из этих ублюдков не проник в дом.

— Не волнуйся. Тони осматривает территорию, чтобы убедиться, что все до единого уйдут. Ты же знаешь, какой он.

Тони Терачино начал работать на меня совсем недавно. Учитывая, что моя рабочая нагрузка возросла, а повышение до вице-президента по операционной деятельности чаще всего не позволяло мне бывать в поместье Армана, Арман поручил этому человеку оставаться рядом со мной. Хотя Тони заслуживал доверия, нам еще предстояло выработать свой ритм, у Тони были совершенно отличные от моих представления о системе подчинения. По крайней мере, в отношении предчувствия ему не было равных. Тони считался сановным (прим. высокопоставленный, занимающий высокое положение) человеком, знавшим свое дело — старый термин, который использовал дед Армана, и он передавался из поколения в поколение. Двое мужчин, которых я нанял, были людьми низкого ранга на тотемном столбе, что, по мнению Армана, было неприемлемо для того, чтобы быть моими главными помощниками.

С возрастом мой лучший друг стал все больше походить на своего отца, хотел он в это верить или нет. Он бы вызвал меня на драку, если бы узнал, что я вообще так думаю.

— Хорошо. Следи за тем, чтобы не происходило ничего необычного. Дай знать, если что-нибудь увидишь.

— Есть причины для беспокойства? — Лэндри поднял голову, внимательно изучая меня.

Я оглядел хорошо освещенную территорию, каждое дерево сверкало огоньками, что придавало им праздничный вид.

— Просто какое-то нехорошее предчувствие скручивает меня изнутри.

Так и было. Арман в последнее время вел себя странно, держал все в себе. Это было на него не похоже, ведь он делился со мной практически всем. К тому же, поговаривали о назревающих неприятностях, различные источники на улицах вели себя чертовски скрытно. Это не предвещало ничего хорошего для ведения бизнеса на любом уровне, законном или ином.

— Ну, блядь. Когда у тебя возникает это чувство, обычно стоит ждать какого-то взрыва. — Лэндри ухмыльнулся, хотя и был прав. Мой инстинкт почти никогда не подводил меня.

Посмеиваясь, я направился к крыльцу, задержавшись ровно настолько, чтобы отчитать его.

— Эти твари тебя убьют.

— Ага, возможно, если бы я прожил достаточно долго, чтобы увидеть, как это произойдет. Ты знал, что средняя продолжительность жизни влиятельного человека в мафиозной организации составляет сорок пять лет?

Я потер челюсть, размышляя над его заявлением. Он был мастером зачастую бесполезных фактов. Было бы здорово понаблюдать за ним в эпизоде «Джеопард» (прим. телеигра / викторина). У меня было предчувствие, что он бы справился.

— Подумай об этом с другой стороны. У тебя есть еще шесть лет, чтобы угробить свои легкие.

Он расхохотался, а я покачал головой. Через пару лет я достигну этого волшебного уровня. Хорошо, что я подготовил завещание. Я закатил глаза от этой жуткой мысли.

Как только я вошел в парадную дверь, появился Арман, как будто он почувствовал мое появление.

У него было веселое выражение лица, в одной руке он держал бокал.

— Ты опоздал. Сложности?

— Давай просто скажем, что с его девушкой было трудно.

— М-м-м… — он подошел ближе, взглянув на царапины, оставшиеся на моем лице. — Вижу. А ты умеешь обращаться с женщинами, друг мой.

— Ты превратился в настоящего комика.