— Ага, ну, сомневаюсь в этом, — сказал я, пытаясь разрядить обстановку. — Отдыхай и выздоравливай, Арман. Я не подведу тебя.

— Ты единственный, в ком я уверен.

Меня снова охватило чувство вины. Когда я вышел, то не удивился, увидев Франсуа, стоящего у двери своего брата. В том, как он смотрел на меня, было понимание, как будто этот человек мог видеть меня насквозь.

— Что он хотел сказать? — спросил он, когда прошло не менее десяти секунд.

— Он хочет, чтобы я отвез Зои на Сен-Барт.

Франсуа внимательно посмотрел на меня и кивнул несколько секунд спустя.

— У него есть свои причины. В том числе, он полностью доверяет тебе в том, что касается ее благополучия.

— Да, так он и сказал. Мне нужно уладить кое-какие дела, прежде чем мы уедем через несколько часов. К тому же, я хочу иметь возможность поговорить с вашим отцом. — Я начал отходить, пока он не заговорил, понизив голос, чтобы услышал только я.

— Мой брат доверяет тебе свою маленькую девочку, Мэддокс. Во всех отношениях. Я думаю, ты понимаешь, что это значит. Ты человек чести.

Чести? Я уже перешел черту, которую нельзя было снова переступить.

Его слова означали: «Держи свои гребаные руки подальше от нее». Именно это и должно было случиться.

Да поможет мне Бог.

***

Поскольку поместье Армана считалось местом преступления, его отец открыл всем доступ в свой дом, который будет считаться местом проведения операции, по крайней мере, до выяснения более подробной информации. По дому суетились служащие, готовя комнаты к приему большинства членов семьи в качестве гостей. Это была хорошая идея — запереть всех до тех пор, пока не станет известно больше о человеке, стоящем за нападением.

По крайней мере, некоторые из моих советов были приняты.

Жан-Батист все еще был грозным человеком, его правление в семье закончилось менее десяти лет назад. Однако, француз не ушел на покой окончательно, продолжая поддерживать обогащение Тибодо. Хотя он и состарился, его волосы почти полностью поседели, от него всегда исходила аура темной силы, как будто он мог раздавить человека лишь своими пальцами.

Но не сегодня.

Когда первые лучи рассвета пробились сквозь горизонт, он стоял у окна, глядя на все еще темное небо, и выглядел более болезненным, чем я помнил.

В госпитале оставалось полдюжины солдат, включая Лэндри, которым было приказано охранять Рэйвен и Армана ценой своей жизни. Делани ухаживала за Габриэлем, маленький мальчик наконец-то задремал после того, как десятки раз спрашивал о своем отце. Даже Эдми осталась в доме своего отца, поскольку Зейна все еще не было дома. Все залегли на дно до дальнейших распоряжений.

Хотя Луи выходил из своей операционной, чтобы узнать о состояние Армана, тот все еще не приехал со своей женой и детьми, чего потребовал его отец. Луи был братом, который не хотел иметь ничего общего с семейным бизнесом, но с годами все больше и больше втягивался в дела семьи. Вполне возможно, что любой член семьи может стать мишенью, когда обнаружится, что Зои увезли из города.

— Унылая компания, — проговорил Томас, наблюдая за моим появлением.

— Этого следовало ожидать, — ответил я.

Я взглянул на Франсуа, который, наконец, начал выказывать свою усталость. В комнате находились несколько наших доверенных солдат, которые не только ожидали приказов, но и были наготове в качестве охраны в случае необходимости. На мой взгляд, для этого уже слишком поздно.

— Что, блядь, нам известно? — рявкнул Жан-Батист, опрокидывая свой скотч. Не имело значения, какое было время суток, у всех в руках были алкогольные напитки. Вот что делает с человеком война, особенно если застать его врасплох, как нас.

— Я проверяю кое-какие свои старые контакты, — начал Томас. — Франсуа уже попросил меня отправиться в Техас. Я присмотрю за Девином Карлосом.

— На данный момент мы знаем недостаточно, чтобы начинать войну, — сказал Франсуа.

— Он прав, — добавил я. — На улицах нет никаких сплетен, никаких претензий на собственную вину.

— И никакого злорадства тоже, — добавил Франсуа, подняв брови и переведя взгляд с Томаса обратно на меня.

Мы все были на взводе, Жан-Батист — даже больше, чем обычно.

Родоначальник повернулся к своему второму сыну, бросив взгляд в мою сторону.

— Каким образом вы пробовали это выяснить?

— Мы взламываем все вражеские операции, о существовании которых нам известно, — резко возразил Франсуа. Ему не нравилось, когда к нему относились так, будто он не способен руководить делом.

— Я связываюсь со всеми старыми знакомыми в ФБР, — добавил Томас.

Я глубоко вздохнул и направился к другому ряду окон в огромном офисе.

— Что скажешь, Мэддокс? Я хочу услышать твои мысли о том, кто за этим стоит.

Жан-Батист должен знать меня достаточно хорошо, чтобы понимать, что я говорю то, что думаю. Особенно, когда меня спрашивают.

— Думаю, нам нужно составить список всех потенциальных врагов, в том числе и за то время, когда вы были лидером семейной организации. Это нападение определенно было совершено из мести. Нам нужно как можно скорее сузить этот круг, чтобы предотвратить еще более серьезную атаку. — Христос. Я произнес это так, словно мы уже были втянуты в войну. — И это должно произойти быстро. Нам нужно определить, кто больше всего выиграет от разрушения семьи. — Я не стал поворачиваться в сторону главы рода. Он знал, что я не приму «нет» в качестве ответа.

— Это займет много времени, — заметил Франсуа то, о чем я уже знал.

— Будет разумно, если мы начнем с максимально точной информации. Ты прекрасно понимаешь это, Франсуа. Именно этого хотел бы Арман.

— Он прав, — согласился Томас.

— Чего он хочет, так это защиты своей дочери, — возразил Франсуа, его гнев возрастал.

— Мы не будем препираться, — прошипел Жан-Батист. — Мэддокс прав. У нас достаточно опытных солдат, чтобы отслеживать местонахождение наших врагов. Я предоставлю все, что у меня есть, включая файлы из моего офиса. Томас, проследи, чтобы Девин был под полным контролем. Техас стал жизненно важным для наших целей.

— Не волнуйся. Так и сделаю.

Я почувствовал, что Томас был удивлен отношением этого человека так же, как и я.

Всегда считалось, что Жан-Батист вел то, что можно было бы с любовью назвать «маленькой черной книжечкой» о каждом враге. Казалось, он всегда знал, куда нанести удар в случае необходимости, от их методов ведения операций до известных укрытий.

— Хорошо, — сказал я властным тоном. — Я проверю различные связи, которые у нас есть по всему миру. На данный момент мы не можем никого исключать. Кроме того, я думаю, что еще одним разумным решением будет проверить прошлое Зои. У нее могут быть неизвестные враги, учитывая годы, которые она прожила в Нью-Йорке. — На этот раз я повернулся к Франсуа.

Его глаза широко раскрылись, на лице появилась ухмылка.

— Вот теперь ты стал вице-президентом, Мэддокс. Увлекательная и очень хорошая идея. Почему бы тебе не поручить Тони проверить всех, кто был близок к ней?

Это будет прекрасным использованием времени этого мужчины. Я кивнул, переводя взгляд на своего солдата. Мои мысли вернулись к тому времени, которое я провел в Нью-Йорке. Кроме того пьяницы, я не видел никаких свидетельств того, что с Зои, ее друзьями или однокурсниками было бы что-то не так. Но это не значит, что я ничего не упустил. Если она была целью, то, скорее всего, ее передвижения отслеживались в течение некоторого времени.

— Буду рад, — сказал Тони. — Хочешь, чтобы я отправился в Нью-Йорк?

— Нет, если только мы не решим, что это необходимо. Организуй операции здесь, — велел я ему. — Тем не менее, проверь известные синдикаты в Нью-Йорке. На всякий случай.

— Это не Нью-йоркские группировки, — отрезал Жан-Батист.

— Мы ничего не исключаем, Папаша. — Франсуа одобрительно кивнул в мою сторону, в то время как его отец тихо зашипел, возмущенный тем, что его авторитет был подорван. Франсуа знал, что я не позволю пропустить ни единого камня. Ни при каких обстоятельствах. Он был рядом со мной слишком долго.