— Поверьте мне, док, — сказал он Харлану, — мисс Кинкейд будет очень заинтересована в том, над чем работал доктор Бёрнхэм.

Харлан пожал плечами и указал на дверь в дальнем конце комнаты.

— Как скажете. Это прямо там.

— Зачем — и пошел вперед, но Алекс не последовал за ним. Внезапно он понял, что не может пошевелиться.

— Кажется, тебе доставляет извращенное удовольствие меня раздражать, Алекс, — процедила Сорша. Она встала перед ним, и он увидел, что ее бледно-голубые глаза буквально светятся. — Если ты тратишь мое время, то, уверяю тебя, я с превеликим удовольствием заставлю тебя поплатиться за свое поведение.

Она взмахнула рукой, и ее глаза перестали светиться. Через мгновение Алекс, задыхаясь, шагнул вперед. Он и не подозревал, что магия, которой она его одарила, перекрыла ему доступ воздуха. Сорша уже однажды проделывала с ним такое, и он вздрогнул от воспоминаний.

Сорша прошла мимо него, а Алекс сделал несколько глубоких вдохов. Мимо него с насмешливым видом прошел Редхорн, за ним, Мендес, которая не обратила на него внимания. Убедившись, что его сердце бьется в обычном ритме, а лицо не пылает, Алекс прошел через двустворчатую дверь в большой рабочий кабинет.

Харлан попросил своих людей освободить место в центре комнаты и поставил там металлический поднос на лабораторный табурет. К нагревательному элементу на дне подноса был подведен толстый электрический провод, а второй провод соединялся с металлической пластиной, которую удерживала проволочная подставка.

— Мне осталось только добавить Воду Генезиса, — сказал Харлан, беря тяжелую банку с розоватой жидкостью. Он наклонил ее и вылил немного жидкости на дно подноса, а остальное отставил в сторону.

— Что это? — пробормотала Сорша слева от него.

— Просто смотри, — прошептал Алекс в ответ.

Харлан включил нагревательный элемент, и через мгновение жидкость в подносе начала испаряться. Он рассказал, что доктор Бёрнхэм пытался создать полимеры, которым можно было бы придавать нужную форму с помощью электричества, и подробно описал химические реакции, от которых у Алекса разболелась голова.

Как только над подносом, на котором была подвешена металлическая пластина, образовался устойчивый поток пара, Харлан подсоединил к ней провод. Почти сразу же из крошечных отверстий в металлической пластине начали просачиваться длинные тонкие нити чего-то. Они были похожи на длинные женские волосы, развевающиеся на невидимом ветру.

Алекс наклонился к Сорше.

— Знакомо, да? — прошептал он.

Она ахнула, вспомнив, как эти туманные нити выглядели в окусе Алекса.

— Думаю, теперь мы знаем, что доктор Бёрнхэм создавал для военно-морского флота, — продолжил Алекс. — Генератор дымовой завесы.

Сорша постаралась не показать, что впечатлена.

— Значит ли это, что ты сможешь его найти? — спросила она, холодно глядя на него.

— Думаю, да, — ответил он. — Пока мы с разговариваем, Игги работает над модификацией моей руны поиска.

— Это очень хорошая новость.

Алекс пожал плечами и повернулся к Харлану.

— Ладно, док, можешь выключать.

— Лучше отойдите все подальше, — сказал доктор Тейлор, берясь за вилку, от которой работала металлическая пластина.

— Почему? — спросила Сорша, когда они с Алексом сделали два шага назад.

— Это плохая новость, — сказал Алекс.

Прежде чем Сорша успела спросить, что он имеет в виду, замысловатые пряди, похожие на волосы, вспыхнули, превратившись в настоящий огненный шар. На этот раз Алекс был готов к такому развитию событий, но всё равно вздрогнул. Агент Редхорн справа от него прикрыл лицо рукой, а агент Мендес споткнулась и упала на спину.

Единственной, кто не пошевелился, была Сорша. Она подняла руки ладонями вверх, а затем начала сжимать пальцы, начиная с мизинца и двигаясь к большому. Пламя затрепетало и погасло, оставив после себя лишь обугленные остатки эксперимента.

Она повернулась к Алексу, тряся руками, как будто они горели.

— Что это было? — спросила она.

— Соединение нестабильно, — вмешался Харлан. — Как только я отключил электрический ток, оно воспламенилось.

Сорша на мгновение задумалась над этой информацией, а затем схватила Алекса за руку удивительно сильной хваткой и оттащила его в сторону.

— Он говорит, что если отключить пропавшую машину Бёрнхэма, то туман...

— Сгорит, — кивнул Алекс — да. Готов поспорить, именно поэтому тот, кто его включил, до сих пор его не выключил.

Сорша снисходительно посмотрела на него.

— Если тот, кто украл устройство Бёрнхэма, знал о горящем тумане, зачем ему вообще было его включать?

— Не думаю, что он знал об этом, когда включал его, — сказал Алекс. — Помните, что пропали и записные книжки Бёрнхэма. Возможно, вор включил устройство, чтобы убедиться, что оно работает, а потом, пока оно разогревалось, просматривал записные книжки. К тому времени, когда он понял свою ошибку, было уже слишком поздно.

— То есть вы хотите сказать, что даже если мы найдем устройство, из-за которого появился туман, мы не сможем его выключить?

Алекс покачал головой и пожал плечами.

— Без памяти доктора Бёрнхэма и его записных книжек, нет, — сказал он.

Сорша скрестила руки на груди и прикусила нижнюю губу.

— А что, если подождать, пока пойдет дождь? — задумалась она. — Вспышка была яркой, но короткой.

Алекс указал на место, где Харлан убирал провода, оставшиеся после эксперимента.

— Доктор Тейлор говорит, что размер огненного шара будет зависеть от того, сколько нестабильного полимера доктора Бёрнхэма сгорит, — сказал он.

Глаза Сорши расширились.

— Насколько большой огненный шар может образоваться, если сгорит целый город?

— Не знаю, — признался Алекс, — но подумайте вот о чем. Большинство домов в городе сделаны из дерева. В половине города до сих пор деревянные тротуары, а у всех зданий, кроме нескольких небоскребов, деревянные крыши. Если туман загорится, он уничтожит весь город.

Сорша вздрогнула и кивнула.

— Это будет хуже, чем в Чикаго. — Она посмотрела на Алекса, и от былого раздражения не осталось и следа, его сменило беспокойство. — Что нам теперь делать?

— Возвращаемся на военно-морскую верфь и ещё раз поговорим с этим адмиралом, — ответил Алекс.

— А если он в этом замешан?

Алекс покачал головой.

— Теннон за всё платил, ему не нужно было посылать кого-то, чтобы тот оглушил доктора Бёрнхэма и украл машину.

— Разве что у него закончились деньги, — предположила Сорша.

— Нет, — решительно отверг эту идею Алекс. — Адмирал руководит гигантским государственным строительством, и если бы ему понадобились деньги, он бы легко нашёл их в своём бюджете.

Сорша приподняла бровь, но через мгновение пожала плечами и кивнула.

— Тогда зачем разговаривать с Тенноном, если он ни при чём?

— Шансов мало, но, может, у них есть копии записей Бёрнхэма или они хотя бы знают, как отключить машину.

— А если нет? — спросила Сорша.

Алекс пожал плечами.

— К тому времени Игги уже закончит модифицировать мою поисковую руну, — сказал Алекс. — Если с флотом ничего не выйдет, я воспользуюсь частью воды Генезиса, чтобы найти машину Бёрнхэма, и мы посмотрим, сможет ли доктор Тейлор или кто-то из других местных умников придумать, как безопасно её отключить.

— Если они смогут, что будет с туманом? — спросила Сорша.

— По словам доктора Тейлора, как только электрический ток от машины Бёрнхэма перестанет поступать, туман рассеется, — ответил Алекс.

— Если только он не спалит весь город.

— Или так, — согласился он.

— Ладно, — сказала Сорша, вернув себе начальственный тон. — Пойдём посмотрим, не хочет ли адмирал Теннон поговорить о своём секретном проекте.

Алекс фыркнул.

— Я хочу знать, почему они ничего не сказали раньше, — сказал он. — Они наверняка знали, что неестественный туман, окутавший город, дело рук генератора доктора Бёрнхэма.