Алекс знал, что это ложь, как и всегда. Известие о звонке детектива Хокинса кого-то встревожило. Они надавили и выяснили, откуда Хокинс узнал о SEI, и это привело их к Алексу. Сейчас он был последним звеном в этой цепочке, и тот, кто был на другом конце, хотел убедиться, что он нервничает и растерян, прежде чем задавать вопросы.

Полицейский из военно-морского флота закрыл дверь, и Алекс услышал, как с другой стороны, щёлкнула задвижка. Комната представляла собой обычный ящик без каких-либо отверстий. Недавно в комнатах для допросов в Центральном управлении установили односторонние зеркала, чтобы можно было наблюдать за подозреваемыми до и даже во время допроса. Но в этой комнате ничего такого не было.

Алекс усмехнулся. На мгновение ему захотелось достать мел и ждать неизбежного допроса в комфорте своего хранилища, но тогда ему пришлось бы впустить в него любого, кто вошёл бы в дверь. Он не хотел, чтобы военные рылись в его книгах по рунам, в его припасах и в оружейном шкафу. Ему нужно было специальное хранилище с удобным креслом, несколькими книгами и бутылкой дешёвого алкоголя, ничего такого, по чему он бы скучал, если бы его лишили всего этого. Это была отличная идея, но, к сожалению, рунописцы могут иметь только одно хранилище за раз, так что, если бы он захотел обзавестись собственным мобильным "предбанником", ему пришлось бы отказаться от имеющегося хранилища, а на это он пойти не мог.

Закурив сигарету, Алекс сел на дальнем конце стола так, чтобы видеть дверь, и закинул ноги на стол. К тому времени, как дверь открылась, он успел выкурить три сигареты. В комнату вошел толстый мужчина в кителе военно-морского офицера, что-то читая в раскрытой папке. У него были светлые коротко стриженные волосы, большие водянистые глаза и круглое лицо.

— Александр Локерби, — прочитал он. — Уберите ноги со стола.

Алекс убрал ноги и сел, а мужчина занял его место.

— Тридцать три года, — продолжил он читать. — В двадцать восемь стал частным детективом, часто сотрудничаешь с полицией Нью-Йорка и стал любимцем таблоидов.

— А еще я Стрелец, — сказал Алекс. — На случай, если вам интересно.

Мужчина наконец поднял глаза на Алекса. Он казался мягким, возможно, из-за полноты, но взгляд у него был стальной.

— Вы забавный парень, мистер Локерби, — сказал он. — Но, как вы могли заметить, я не смеюсь. Видите ли, у вас сейчас большие проблемы, и только от меня зависит, окажетесь ли вы в камере предварительного заключения в качестве гостя военно-морского флота.

Алексу не улыбалось провести время в военно-морской тюрьме, но он не собирался позволять этому слащавому типу в форме запугивать себя.

— А кто вы такой? — спросил он, подперев подбородок рукой и изобразив на лице притворное любопытство.

— Я лейтенант-коммандер Вон, — ответил мужчина.

Алекс не знал, что это значит, но звучало важно.

— Я один из трех человек на Земле, кто слышал о SEI, — продолжил он. — Представьте себе мое удивление, когда сегодня мне позвонил один из моих офицеров и сообщил, что нью-йоркский детектив хочет узнать, что такое SEI. А потом я узнал, что детектив услышал об SEI от вас.

— О, я бы не удивился, — сказал Алекс, даже не пытаясь скрыть ухмылку. — Я из тех, кто знает много такого, чего не должен знать.

Вон сверкнул на него глазами, и Алекс забеспокоился, что, возможно, перегнул палку. Вон хотел получить ответы, а значит, не отпустит Алекса, пока не получит их, если только не решит, что Алекс тупиковая версия. В таком случае он либо вышвырнет Алекса, либо посадит его в камеру. В любом случае Алекс потеряет единственную зацепку, которая у него была о том, над чем работает доктор Бёрнхэм. Но если ему удастся немного надавить на Вона, заставить его разговориться, он может проговориться, а для этого нужно вывести его из равновесия.

— Что вам известно о "Тенистом дереве"? — спросил Вон.

Вопрос застал Алекса врасплох. Он не ожидал, что лейтенант-коммандер будет задавать прямые вопросы. Видимо, он играл с Алексом в ту же игру.

— Я знаю, что кто-то по имени адмирал Теннон платит доктору Леонарду Бёрнхэму за работу над ним, — сказал Алекс.

Вон сидел неподвижно, пока Алекс говорил, но его глаза слегка расширились. Он был удивлен.

— "Тенистое дерево", это сверхсекретный проект ВМС, — сказал он. — Даже просто знать о нем преступление. Я могу прямо сейчас арестовать вас как шпиона.

Алекс рассмеялся.

— Нет, не можете, — сказал он. Лицо Вона помрачнело, но Алекс поднял руку, прежде чем тот успел что-то сказать. — Во-первых, — сказал он. — Что бы ни представлял собой "Тенистое дерево", это не официальный проект ВМС. — Выражение лица Вона стало суровым, но Алекс не унимался — Потому что если бы это было так, Бёрнхэм не стал бы работать над ним у себя в гараже, а держал бы его здесь под усиленной охраной.

— Даже если ты прав, я все равно могу добиться твоего ареста.

Алекс спокойно посмотрел на него.

— Если бы ты мог предъявить мне хоть какое-то обвинение, ты бы арестовал меня еще до нашей встречи и использовал бы эти потенциальные обвинения, чтобы выбить из меня ответы.

Это заставило Вона замолчать. Он закрыл папку и уставился на Алекса. В его взгляде читалась неприкрытая злоба.

Пора перестать вести себя как придурок и пустить в ход все свое обаяние.

— Теперь, когда мы оба знаем, на чьей мы стороне, лейтенант-коммандер, может, вы зададите мне свои вопросы, а я задам свои?

Взгляд Вона не смягчился, и он долго смотрел на Алекса.

— Где матрос Тайлер Маккормик? — наконец спросил он.

Алекс покачал головой.

— Никогда о нем не слышал.

— Где доктор Бёрнхэм?

— Дома.

— Тогда почему я не могу дозвониться до него?

— Четыре дня назад на него напали, — объяснил Алекс. — Кто-то ударил его по голове.

— Он жив?

Алекс кивнул и рассказал, как Карен наняла его и нашла доктора Бёрнхэма в благотворительной столовой.

— Если он потерял память, — сказал Вон, глядя на Алекса с большим недоверием, — то откуда ты знаешь о SEI?

— Потому что я нашел чек в мастерской Бёрнхэма, — ответил Алекс. — Банковский чек от адмирала Теннона со счета с пометкой SEI. Поскольку адмиралы есть только в военно-морском флоте, отследить его было проще простого.

Вон пристально посмотрел на Алекса, словно пытаясь прочесть его мысли. Наконец он кивнул, встал и взял со стола папку.

— Ждите здесь, — сказал он.

— Эй, — возразил Алекс. — Разве вы не хотите узнать о двигателе Бёрнхэма?

Вон слишком поспешно поднял глаза.

— А что с двигателем?

— Сначала вы, — сказал Алекс. — Что такое SEI?

— Это секретная информация, — ответил Вон. Затем он развернулся и вышел, закрыв за собой дверь.

Алекс вздохнул. Попытка не пытка, но он так ничего и не добился. Хуже того, теперь, когда ВМС узнали о Бёрнхэме, они будут чинить ему препятствия. Алексу было все равно, чем Бёрнхэм занимался для ВМС, но он хотел выяснить, кто изувечил старика. Он хотел найти этих людей и привлечь их к ответственности за Карен и Леонарда.

У него все еще оставались кое-какие зацепки. Бумага со словом "полимер" могла что-то значить для бывших коллег Бёрнхэма по компании "Dow". Бёрнхэм много лет жил в своем доме, так что его старый офис наверняка где-то в городе. Алекс решил найти его, как только Вон и его прихвостни его отпустят.

Алекс выкурил еще одну сигарету, но Вон так и не вернулся. Возможно, он просто пытался выманить у Алекса информацию, но Алекс в этом сомневался. Они оба знали правила игры. Вон не мог поверить, что Алекса так просто запугать. Но был еще адмирал. Раз он подписал банковский чек доктора Бёрнхэма, то, скорее всего, именно он руководил этим SEI. Скорее всего, Вону придется отчитываться перед ним, прежде чем он сможет что-то сделать с Алексом. Если адмирал хоть чем-то похож на президента компании, то может пройти несколько часов, прежде чем Вон сможет с ним встретиться.