— Осмотри парковку для служебного транспорта, Джинн, — вмешалась Диана, видимо, решив сменить тему. — Особенно ту часть, что примыкает к базе Нацгвардии.

Второй дрон, до этого облетавший взлетные полосы, изменил курс. На экране появилась служебная парковка, заставленная белыми фургонами и пикапами. И вот там, в стороне от основной массы машин, стояло то, что заставило мое сердце забиться чуть быстрее. Три военных 'Хамви', точно таких же, как наш, только без самодельного прицепа. Они стояли в ряд, будто готовились к выезду. Двери двух из них были открыты. Рядом лежали тела гвардейцев.

— Джинн, увеличь изображение. Второй автомобиль — скомандовал я, подавшись вперед. Мои пальцы сжали холодный металл винтовки.

Камера послушно приблизилась. И я увидел их. Металлические ящики, окрашенные в оливковый цвет. Короба с патронами для крупнокалиберного пулемета M2 Browning. Судя по всему, нетронутые. На крыше одного из 'Хамви' стоял пулемет, и лента, уходящая в короб, выглядела почти полной.

Это был джекпот.

— Бинго, — выдохнул я. — Кажется, наша проблема с боеприпасами на некоторое время решена.

— Анализирую, — тут же вставил Джинн. — Визуальное сканирование подтверждает наличие минимум трех стандартных коробов с лентами по сто патронов калибра .50 BMG в каждом. Вероятность сохранности боеприпасов — девяносто семь процентов.

Триста патронов. Триста чертовых патронов. После двух последних выстрелов, что остались у нас, это было целое состояние. Это была жизнь. Это была возможность говорить с этим миром на единственном понятном ему языке.

— Мы должны забрать их, — сказал я твердо, переводя взгляд с планшета на дорогу, ведущую к аэропорту. — Прямо сейчас.

— Это опасно, — возразил Максим. — Там может быть кто угодно. Мы не знаем, что происходит внутри зданий.

— А сидеть здесь и ждать у моря погоды — безопасно? — парировал я. — Те реликты, с которыми мы столкнулись в поселке, не испарились. Есть и другие. Без боеприпасов к основному оружию наш бронированный грузовик — просто большая и медленная мишень, хоть и твёрдая. Диана, что скажешь?

Она задумчиво смотрела на экран, где застыло изображение заветных ящиков.

— Александр прав. Риск оправдан. Нам не стоит двигаться дальше без боезапаса для пулемета. Нужно разработать план. Аккуратный и быстрый. Заехать, забрать короба и убраться оттуда до того, как нас заметят.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение последних часов сменяется холодным азартом. План был прост, как мычание. А простые планы в этом мире работали лучше всего. Перед нами лежал мертвый аэропорт, набитый трупами и ресурсами. И мы собирались взять то, что нам было нужно.

***

— Ну что, поехали за покупками? — Я захлопнул дверцу нашего 'Хамви'. — Распродажа в честь конца света. Все бесплатно.

Максим ничего не ответил, только бросил на меня тяжелый взгляд и сел на свое место. Диана уже сверялась с картой на планшете, ее лицо было непроницаемым, как у игрока в покер. Она была профи, и это успокаивало. В этом мире профессионализм ценился куда выше душевных качеств. Душевные качества здесь чаще всего приводили на тот свет.

Двигатель взревел, и наша бронированная коробка на колесах, тяжело переваливаясь, покатилась вниз по склону. Тишина, до этого казавшаяся абсолютной, взорвалась рокотом дизеля. Любой, кто был в радиусе километра, теперь знал, что мы здесь. Но выбора не было. Тащить на себе трехсоткилограммовый запас патронов — удовольствие сомнительное.

Баррикада из машин у въезда вблизи выглядела еще более удручающе, чем с холма. Развороченные полицейские 'форды', обугленный остов пожарной машины, пикап, в лобовое стекло которого кто-то разрядил весь магазин. И трупы. Подсохшие, почерневшие мумии в истлевшей форме и гражданских обносках. Когда мы подъехали ближе, в салон ворвался запах. Сладковатый, тошнотворный смрад тысяч разлагающихся тел, смешанный с гарью и запахом пролитого бензина. Это был запах смерти в промышленных масштабах.

— Черт, — выдохнула Диана, прикрывая нос рукавом куртки.

Максим закашлялся, его лицо приобрело нездоровый зеленоватый оттенок. Даже я, повидавший всякое, почувствовал, как к горлу подкатывает желчь.

— Настоятельно рекомендую использовать средства индивидуальной защиты органов дыхания, — сказал в гарнитуре голос Джинна.

— Гениально, — прохрипел я. — Где я тебе их возьму? Противогазы в прицепе, но пока мы их достанем…

— Необязательно. Пожарный автомобиль, входящий в состав баррикады, модель 'Pierce Velocity'. В боковых отсеках должны находиться дыхательные аппараты со сжатым воздухом для спасателей. Вероятность их сохранности — восемьдесят два процента. Кислородные маски с баллонами.

Я посмотрел на Диану. Она поняла без слов. Кивнула, взяла свою винтовку и приготовилась.

— Я прикрою. Максим, не высовывайся.

Я выскользнул из машины, и вонь ударила с новой силой, забивая легкие. Мир вокруг казался нереальным. Мертвая тишина, нарушаемая лишь гудением нашего двигателя, и этот всепроникающий запах. Я добрался до пожарной машины, стараясь не смотреть на застывшую в кабине фигуру. Дернул за ручку бокового отсека, и дверца со скрежетом поддалась.

Джинн не ошибся. Внутри, в специальных креплениях, висели четыре дыхательных аппарата. Я схватил два, еще два оставил Диане, которая уже бежала ко мне. Через минуту мы вернулись в 'Хамви', таща за собой добычу. Надеть маски было делом техники. Шипение воздуха, поступающего из баллона, отрезало меня от внешнего мира. Сладковатый привкус кислорода после удушливой вони показался манной небесной. Мир сузился до пространства за стеклом маски и приглушенного звука собственного дыхания.

— Теперь за работу, — мой голос прозвучал глухо. — Максим, остаешься за рулем. Медленно толкай вон тот синий седан. Нам нужен проход шириной в три метра.

Максим, уже в маске, молча кивнул. 'Хамви' медленно тронулся. Стальной бампер уперся в бок полицейской машины. Раздался чудовищный скрежет рвущегося металла. Автомобиль нехотя подался в сторону, царапая асфальт. Мы повторили маневр еще дважды, расталкивая искореженные останки цивилизации. Проход был готов. Грязный, узкий, но достаточный.

— Отлично. Теперь к нашей главной цели. Джинн, веди, — скомандовал я, и мы двинулись вглубь территории аэропорта. Проехали мимо главного терминала, этого стеклянного мавзолея, набитого мертвецами. Зрелище было апокалиптическим. Даже через стекло маски казалось, что воздух здесь сгустился от горя и безумия.

Служебная парковка оказалась в стороне, за грузовым терминалом. И вот они, три 'Хамви' Национальной гвардии. Все как на картинке с дрона. Два с открытыми дверями, рядом тела. Мы остановились в десяти метрах.

— Диана, останься у пулемета. Макс, со мной. Быстро, — бросил я и выпрыгнул наружу.

Мы подбежали ко второму 'Хамви'. Ящики. Оливково-зеленые, с желтыми трафаретными надписями. Я подцепил один. Тяжелый. Килограммов тридцать, если не больше. Хороший, правильный вес.

— Хватай второй, — скомандовал я Максиму.

Он, не говоря ни слова, ухватился за ручки. Его явно мутило от всего происходящего, но он держался. Мы перетащили три ящика в наш 'Хамви' и сгрузили их на пол. Триста патронов. Целое состояние. Я почувствовал, как по спине пробежали мурашки азарта. Это была не просто амуниция. Это был наш страховой полис.

— Готово, — выдохнул я, снимая маску. Дышать было все еще мерзко, но терпимо.

Я запрыгнул на крышу и открыл крышку пулеметного короба. Последние два патрона одиноко висели на конце ленты. Я выдернул ее и отбросил в сторону. Затем вскрыл один из ящиков. Внутри, аккуратно уложенная змейкой, лежала новенькая лента. Медные гильзы и стальные сердечники тускло поблескивали. Я подхватил конец ленты и с лязгом вставил его в приемник пулемета. Протянул, щелкнул затвором. Все. Орудие было заряжено и готово к бою.

— Вот теперь можно и поговорить, — пробормотал я, похлопав по холодному стволу 'Браунинга'. — Ещё бы помнить, сколько патронов остается в ленте.