План начал обретать форму. Он всё ещё был рискованным, но теперь в нём появилась логика. Появилась достижимая промежуточная точка. Мы отложили идею о штурме NORAD в долгий ящик. Про запас.

На случай, если совсем сойдём с ума.

***

Смех — странная штука. Он как клапан для сброса давления. Пять минут назад мы были на грани отчаяния, глядя на этот безумный список радиодеталей, а теперь в воздухе висело что-то вроде облегчения. Идиотская шутка про штурм горы Шайенн сработала лучше любого мозгового штурма. Она выбила нас из колеи обреченности и заставила посмотреть на проблему под другим углом. Не тащить железо к себе, а идти к железу. Просто и гениально, как всё, что придумывают от безысходности.

— Ладно, шутки в сторону, — я прервал повисшую тишину. — Идея и правда не такая уж идиотская. Та, что про аэропорт. Но это меняет всю диспозицию. Наш склад — хорошая крепость, но он далеко. Каждый рейд туда и обратно — это риск нарваться на очередных веселых ребят с пулеметами. Если мы собираемся там работать, нам нужна передовая база. Рядом.

Диана кивнула, отставляя свою кружку. Её взгляд был собранным и деловым. Словно вчерашнего признания и не было.

— Ты прав. Более того, вывозить оборудование — это в любом случае крайний вариант. Саша, ты даже не представляешь, что такое антенное поле для спутниковой связи военного образца. Это не тарелку на крышу прикрутить. Это сложная, юстированная система. Кабели, волноводы, поворотные механизмы. Всё это весит тонны и требует точной настройки. Если мы начнем это разбирать, то, скорее всего, просто превратим в груду бесполезного металла. Проще подать питание на их резервный узел.

— Но мы бросаем укрепленное место, — вставил Максим, с тревогой глядя то на меня, то на Диану. — Здесь мы всё знаем. Каждый угол, каждый выход. А там…

— Укрепленное, но слепое и глухое, — отрезал я. — И далеко от цели. Это как пытаться взять город, сидя в тылу за сто километров. Нам нужно подобраться вплотную, окопаться, провести разведку и только потом действовать. Иначе нас сожрут по частям на этих вылазках.

Я говорил жестко. Может, даже слишком.

Но он должен был понять. Его гениальный мозг видел схемы и алгоритмы, а я видел траектории пуль и мертвые зоны для обстрела. Наш склад был хорош для обороны, но ужасен для нападения. Мы сидели в бетонной коробке, и каждый выход из неё был лотереей.

— К юго-западу от аэропорта, километрах в пяти, есть коттеджный поселок, — неожиданно сказала Диана, глядя куда-то в пространство. Видимо, она уже прокручивала в голове карту местности. — 'Игл-Крест' или что-то в этом роде. Он на возвышенности. Оттуда должен быть хороший обзор. И дома там капитальные, не картонные коробки. Если он пуст, это идеальное место для новой базы.

План обретал плоть.

Он переставал быть просто идеей и превращался в последовательность действий. И это мне нравилось. Максим повернулся к своему планшету, где мерцал интерфейс Джинна.

— Джинн, у тебя есть данные по этому району? Спутниковые снимки, карты?

— Анализирую… Да, — безэмоциональный голос ИИ заполнил тишину. — Коттеджный поселок 'Игл-Крест'. Семьдесят четыре дома. Застроен по принципу радиальных улиц, сходящихся к центральной площади с неработающим фонтаном. По моим данным, основанным на анализе тепловых сигнатур и отсутствии движения в течение последних недель, население покинуло его в первые сорок восемь часов после Удара. Вероятность встретить там организованные группы выживших — менее четырех процентов.

На его экране появились снимки с дронов. Аккуратные домики, пустые улицы, брошенные автомобили у гаражей. Мирная картина, от которой веяло смертью.

— Я выделил три оптимальных объекта для базирования, исходя из критериев безопасности, обзора и наличия потенциальных ресурсов, — продолжил Джинн, и на карте подсветились три дома.

— Жестянка еще и риелтором подрабатывает, — не удержался я от комментария. — Ну, давай, показывай свои 'оптимальные объекты'.

— Объект Альфа. Двухэтажный дом на северной окраине. Имеет каменный забор, что обеспечивает дополнительную защиту. Недостаток: ограниченный обзор южного направления. Объект Бета. Дом в центре поселка, рядом с площадью. Преимущество: центральное положение. Недостаток: уязвим с нескольких направлений. И Объект Гамма.

На экране увеличилось изображение дома на самой высокой точке поселка, на краю холма. Он был немного на отшибе.

— Объект Гамма. Одноэтажный, но с большой площадью. Построен из камня и дерева. Главное преимущество: панорамный обзор на триста шестьдесят градусов, включая прямой визуальный контроль над дорогой к аэропорту. На крыше видны солнечные панели, их состояние неизвестно. Есть высокий каменный дымоход, что говорит о наличии камина. Это потенциальный источник тепла. Я рекомендую его.

Диана и Максим молча смотрели на экран. Я же смотрел не на картинку, а на тактическую схему. Дом на холме. Контроль над подходами. Один главный въезд в поселок, который оттуда виден как на ладони. Минимум соседей, от которых можно ждать сюрпризов. Отличная позиция для снайпера. То есть для Дианы.

— Мне нравится Гамма, — сказал я. — Солнечные панели — это бонус. Если они работают, у нас будет немного халявной энергии для Джинна и раций. Камин — это тепло без дыма от генератора, который слышно за километр. И главное — позиция. Мы увидим любого, кто сунется в поселок, задолго до того, как он увидит нас.

— Согласна, — кивнула Диана. — Это лучший вариант. Если дом не окажется ловушкой. И я буду использовать карабин этой китаянки, Линды. Оптику только найти для него хорошую.

— Любой дом может оказаться ловушкой, — буркнул я. — Но этот, по крайней мере, дает нам преимущество. Значит, решено. Собираемся. Нужно взять всё самое необходимое. Боеприпасы, еду, воду, медикаменты. И твой ящик, Макс. И генератор. Прицепим к 'Хамви' тот прицеп, что стоит у соседнего склада.

Максим кивнул, его лицо было серьезным. Тревога никуда не делась, но теперь в его глазах была решимость. Он понимал, что это не прихоть, а необходимость. Мы снова двигались. Снова меняли укрытие в поисках чего-то лучшего, более безопасного. Только теперь мы двигались не 'от', а 'к'. К цели.

Новый дом. Надолго ли? В этом мире 'надолго' — это до следующей перестрелки. Я посмотрел на Диану, которая уже составляла список вещей, которые нужно забрать. На Максима, который ставил Джинну задачу по прокладке маршрута. И впервые за долгое время почувствовал что-то похожее на единство. Мы были командой. Странной, собранной из осколков рухнувшего мира, но командой. И это давало шанс. Пускай и небольшой.

***

Утро началось с грохота и ругани. Данилов, с лицом мрачнее тучи, руководил погрузкой. Захваченный HMMWV, армейский уродец цвета пустыни, теперь тащил за собой гражданский прицеп, найденный Джинном в одном из брошенных дворов промзоны. В этот прицеп, как в Ноев ковчег, летело всё, что Александр считал жизненно необходимым, и всё, что Максим считал незаменимым оборудованием. Две эти категории пересекались крайне редко. Диана молча, с какой-то отстраненной эффективностью, укладывала ящики с провизией и укладки аптечек, двигаясь плавно и экономно, словно каждый лишний жест отнимал у неё частичку души.

— Макс, твой хлам занимает половину прицепа! — прорычал Данилов, пиная ногой контейнер с какими-то платами и проводами. — Мы на войну едем, а не на выставку достижений народного хозяйства.

— Этот 'хлам', Алекс, — невозмутимо отозвался Максим, аккуратно укладывая рядом с контейнером кейс с Джинном, — наша единственная надежда на связь. Или ты предпочитаешь разводить сигнальные костры?

Александр сплюнул на пыльную землю.

— Предпочитаю иметь больше патронов, чем микросхем.

— Вероятность отражения атаки при помощи микросхемы близка к нулю, — вклинился бесстрастный голос Джинна из планшета. — Но вероятность выживания группы при наличии тактической информации, полученной через эти микросхемы, увеличивается на 47%. Твой выбор.