— А я о чем!

Я приподнялась на локтях, Верт повернулся ко мне, и мы чуть не столкнулись лбами. К счастью, не столкнулись, но оказались очень близко друг к другу. Я на мгновение замерла, а потом подалась назад.

— Такого артефакта не существует, — произнес Верт, тяжело вздохнув и тоже отстраняясь.

— Я знаю, — прошептала я. — Знаю. Но мы его создадим! Сами!

Я проснулась на рассвете, раньше братьев, потому что еще ночью решила, что мне стоит вернуться на кровать до пробуждения Базиля с Адареном.

— Айрис, что ты делаешь? — поинтересовался мгновенно встрепенувшийся Вертейд, который спал на полу.

— Не хочу больше с ними пререкаться. Пусть считают, что я провела ночь в постели. Знаю, что тебе это не нравится, — предупредила я его возмущение, — но я смогу с этим справиться. Спасибо тебе!

— Не за что, учитывая, что ответственность за все происходящее целиком лежит на мне.

— Не целиком, — не согласилась я и кивнула на спящих братьев. Как ни странно, они больше не обнимали Айрис и раскинулись на кровати, каждый со своей стороны. Словно продолжали соперничество друг с другом даже во сне. — Адарен и Базиль могли не наседать на меня. По сути, ты не мог повлиять на их выбор.

Верт так сильно сжал челюсти, что на его лице заиграли желваки.

— Ты не веришь, что я способен тебя защитить, Айрис?

Я наклонила голову, глядя дракону в глаза, а затем коснулась пальцами его щеки.

— Нет, считаю, что у каждого из нас есть и должен быть выбор, и все мы его сделали или сделаем однажды. Я ни капли в тебе не сомневаюсь, Вертейд. Иначе не доверилась бы тебе.

Верт прикрыл глаза, наслаждаясь моим простым прикосновением словно самой желанной лаской, но в этот момент на кровати заворочался Адарен. Еще никогда я не ложилась в постель так быстро: через кушетку в изножье я на четвереньках заползла между братьями и притворилась спящей. Точнее, пришлось сделать глубокий вдох и такой же глубокий выдох, чтобы мой пульс перестал грохотать в ушах, а дыхание стало спокойным.

Через минуту или две Адарен действительно проснулся — я почувствовал легкое прикосновение к волосам, и скатился с матраса.

— Ты всю ночь спал на диване? — властно поинтересовался он у брата.

— Со своей истинной я буду делить постель лишь после свадьбы, — ответил Вертейд.

— Когда они у тебя будут, — прорычал Адарен. — Свадьба и истинная.

Веррес-старший ушел, а я отползла подальше от Базиля и как-то незаметно уснула. Когда же проснулась, никого рядом не было. В целом, план Верта работал — на протяжении нескольких недель все повторялось. Днем я оставалась с двумя или сразу тремя братьями, и никогда с кем-то одним. Если Верресам нужно было быть в академии, я отправлялась с ними, если нет — оставалась в особняке и изучала магинженерию или писала письма девочкам, а вечером мы с драконами собирались в спальне, и я, дождавшись, пока Базиль с Адареном уснут, перебиралась на диван. Надо отдать им должное, драконы меня больше не трогали, просто спали рядом. А еще Адарен больше не раздевался при мне полностью, что тоже не могло не радовать.

Как оказалось, мой план тоже работал: об этом мне рассказал Вертейд буквально за неделю до начала учебного года в академии. Все это время он работал над магическим артефактом, идею которого я ему подала и с которым помогала по возможности, насколько хватало моих знаний. Я не просто так проводила столько часов в библиотеке, выискивая энциклопедии или методички, которые могли упростить задачу. В итоге действительно подсказала парочку дельных моментов.

— Осталось только его протестировать на нескольких драконах или магах, создавших различные артефакты, чтобы откалибровать, — заявил Верт, — и в бой!

— Тебе нужно отдохнуть, — возразила я.

Мне тоже хотелось в бой. Я почти месяц жила тем, чтобы найти того, кто проклял Верресов и благодаря кому я не знаю, кто мои истинный. Но только совсем слепая могла не заметить, что бессонные ночи и полные работы над обличающим артефактом дни отразились на Вертейде не лучшим образом. На лбу и вокруг рта дракона залегли глубокие складки, под глазами появились синяки, и даже красные густые некогда блестящие волосы потускнели. Не говоря уже о том, что он начал забывать, что мы с ним что-то обсуждали, чаще становился рассеянным.

— Не время, — отмахнулся Верт. — Если ты боишься, что я что-то напортачу…

— Я боюсь, но не этого, — перебила я его, — а того, что ты выжмешь себя досуха. Тебе нужен перерыв, Вертейд. Давай я следующую ночь покараулю, а ты поспишь.

— Я не могу, — возмутился он. — Ты девушка и моя истинная.

— Так уж твоя? — Я вздернула бровь. — А что будем делать, если выяснится, что я истинная Адарена или Базиля?

Дракон поперхнулся воздухом и зло уставился на меня:

— Тебе бы этого хотелось, Айрис? Чтобы твоим истинным стал Адарен? Тебя для этого нужен обличающий артефакт?

Стало обидно. Прямо обидно-обидно. Потому что я тоже не высыпалась и, вообще-то, о нем заботилась!

— Да, конечно, — хмыкнула я, — я только и делаю, что занимаюсь артефактом, чтобы воссоединиться с ректором! А то Базиль слишком много места на кровати занимает! Может, мы не тот артефакт создаем, Вертейд? И нужно создавать тот, который избавит меня от истинности?

— А ты бы хотела? — почти прорычал он. — Избавиться от истинности?

— Без вариантов! — прошипела я. — С удовольствием избавилась бы от всех вас. Выбирать любимого нужно сердцем, а не какими-то глупыми драконьими инстинктами! Неспокойной ночи!

С этими словами я легла на диван и повернулась к нему спиной. Что за невыносимый дракон! Заботишься о нем, а он…

— А если я выбрал? — раздалось так близко, что я едва не подпрыгнула.

— Что ты там выбрал? — пробормотала я.

— Я выбрал тебя, Айрис. Поэтому не собираюсь спать, пока не освобожу тебя от драконьих уз.

— Ага, это в тебе дракон говорит.

— Нет, — ответили мне, — и я тебе докажу.

Я хотела сказать, что мне его доказательства не нужны, но прикусила язык. В конце концов, мы вообще непонятно что делим. Если артефакт не заработает или не сработает, я все равно не узнаю, кто мой истинный. Смогу ли я тогда быть с Верессами, жить с ними так, как сейчас? Или убедить их, что я способна выбрать истинного самостоятельно?

Самым главным вопросом было: кого из них я на самом деле хочу видеть своим мужем?

* Адарен Веррес *

Базиль ночами дрых, а Адарен слушал воркование двух голубков. Чем дольше он его слушал, тем сильнее хотелось повозить брата мордой по паркету, но… нельзя. Потому что если он выдаст себя, эти двое со своим энтузиазмом влипнут в такие неприятности, от которых их не спасет даже фамилия Веррес.

Раньше ему претила сама мысль о том, чтобы подслушивать, но после того, что Верт и Айрис провернули за его спиной (и это даже не любовный интерес, если бы!), приходилось действовать непривычными методами. Потому что практически сразу после того, как он узнал о случившемся, к нему приехал герцог Эджертон, который был в ярости.

— Моя внучка всегда была своенравной, — с порога начал он, — но то, что она сотворила с вашей невестой… они выступали вдвоем против его высочества! Еще и чуть не обвинили его Всевышний знает в чем!

Оказалось, Айрис что-то сболтнула принцу, принц пришел с претензиями к Эджертонам, герцог устроил Электре взбучку, и та сообщила, что действовала в интересах расследования. Они еще и Электру сюда втянули! И принца. Почти. И ладно бы Айрис, она девушка, ей простительно, но Вертейд! Вертейд, который с рождения воспитывался в семье драконов-аристократов, Вертейд, который был ее старше на целых шесть лет! Это же полностью зрелый мужчина! А по факту — малыш, как его звал Базиль, когда хотел позлить. Только малыш по мозгам! Как он вообще мог такое отчудить?