Ох, хотела бы я так же свободно путешествовать… но увы, пока я не выйду замуж, мне это не светит. Женщина, путешествующая одна, утратит репутацию гораздо быстрее, чем женщина, застуканная в спальне с Норрисами и злым драконом, разделившимся на троих Верресов.

— Стало быть, вы считаете, что принимать помощь от мужчины — зазорно? — поинтересовался Базиль, когда экипаж тронулся.

— Нет, я считаю, что я имею право выбирать, от каких мужчин принимать помощь, и какую.

— И чем же я вам не угодил? — Я почувствовала исходящее от Базиля раздражение.

Наша с ними связь давала мне возможность чувствовать братьев Веррес чуточку больше, чем остальные, поэтому я незаметно ткнула Электру мыском туфли в ногу. Она сделала вид, что ничего не было.

— Вашими взглядами.

— Какими же?

— Которые вы озвучили на консультации.

Мы со Стеллой снова переглянулись. В моей жизни столько всего произошло, даже не считая подготовки к экзаменам и самих экзаменов — из-за которых я должна была нервничать гораздо сильнее, но благодаря сыпавшимся на меня как из рога изобилия другим стрессовым ситуациям я волновалась гораздо меньше, чем могла бы — что я уже даже не помнила, о чем они говорили на консультации.

А вот Базиль, как и Электра, оказывается, запомнил.

— Если вы о том, что женщины не должны принимать участие в спаррингах с мужчинами, то мое мнение не изменится никогда. Единственная ситуация, в который достойный мужчина уложит женщину на лопатки — это постель.

Стелла ойкнула и стала цвета ветреного заката. Я только моргнула, потому что Электру, кажется, выпад Базиля не смутил от слова совсем.

— Разумеется, потому что вы никогда не признаете, что достоинство мужчины не исчисляется уложенными на лопатки женщинами в постели. И что любая хорошо обученная женщина может уложить любого мужчину на лопатки в бою.

Теперь уже покраснела даже я, а Базиль нахмурился:

— Не думаю, что нам с вами стоит вести такие разговоры, леди Эджертон.

Электра хмыкнула:

— И в дисскусии тоже.

Глаза Базиля сверкнули фиолетовым пламенем.

— Для леди ваших лет вы невероятно беспардонны.

— Для джентльмена ваших лет вы невероятно зашорены.

— М-м-м-м… Базиль, — я коснулась локтя Верреса-среднего, переключая его внимание на себя. — Адарен же в курсе, что мы уехали, и куда?

— Что? Да, разумеется, — он отмахнулся, явно собираясь сказать Электре что-то еще. Потом, видимо, вспомнил, что сопровождает меня: — Айрис, не переживай. Я не отойду от тебя ни на шаг. С некоторых пор меня терзают сомнения, что общество некоторых леди будет для тебя полезно.

Стелла сглотнула, Электра мне подмигнула. И в ее глазах светилось: «Это мы еще посмотрим».

* Базиль Веррес *

Базиля откровенно расстраивало то, что Айрис всю неделю с того злосчастного вечера с ним не разговаривала. С ними со всеми, но братья его интересовали меньше истинной. Вернее так, плевал он на этих идиотов, которые умудрились разочаровать и опечалить золотко! Не сказать, что они были дружной семьей, и, наверное, избавься они от проклятия, предпочли бы отправиться в кругосветку в разные стороны, только чтобы парочку лет не видеть друг друга. Что было невозможно с общим драконом в анамнезе. Настолько разными они были. Странно, что вообще уживались друг с другом. Но Базиль не помнил, чтобы хоть раз настолько злился на братьев, и вообще не помнил такого, чтобы захотелось от них съехать и никогда больше с ними не встречаться.

Увы, теперь их связывало гораздо больше, чем общее проклятия и родственные узы. Теперь у них была общая невеста, которая в скором временем может стать женой. На вопрос Базиля:

— Как вы собираетесь ее делить? График посещения спальни Айрис создадите?

Адарен и Веррес одновременно яростно сверкнули глазами. Потому что драконы в принципе ни с кем ничем не делились, не говоря уже об истинной. Да и стоило только представить, что нежной кожи Айрис коснется холодный Адарен или занудный Вертейд, самому Базилю хотелось рвать и метать.

Нет, идея воспользоваться правом крови была идиотской. Они так поубивают друг друга раньше, чем с этим справится проклятие. Может, в этом и была цель того, кто подбросил артефакт Верресам? В любом случае, еще никогда у них не было такого сильного стимула снять проклятие и обрести собственных драконов, как с появление Айрис.

В общем, параллельно с работой Базиль размышлял, как еще отвоевать истинную у братьев, когда в его кабинет пожаловала сама муза всех его мыслей. Предложение Айрис было по меньшей мере неожиданным, ведь до этого момента не без помощи Адарена и Вертейда золотко успешно его избегала. Тут же сама, первой, пришла. К нему.

Базиль даже пообещал себе, что станет вести себя прилично и не попытается украсть поцелуй истинной в экипаже. Они с братьями достаточно ее напугали, теперь приходится восстанавливать ее доверие по крупицам. Базиль решил доказать Айрис, что лучше истинного ей не найти!

К тому же, он не собирался допускать ошибку Вертейда и спускать с нее глаз.

Но в экипаже они оказались не одни, а с ее новыми подругами. И ладно бы Стелла, она хоть и была тихоней, но благодаря необычной внешности, казалась миленькой. Правда недостаточно миленькой, чтобы перебить его интерес к истинной. Базиль вообще с удивлением понял, что с тех пор, как в его жизни появилась Айрис, он вообще перестал смотреть в сторону других женщин. Даже отправил в отставку всех своих фавориток. Их было несколько, потому что у него были драконьи аппетиты в постели.

Присутствие Стеллы раздражало среднего Верреса исключительно в точки зрения того, что он не мог остаться с истинной и невестой наедине, но была еще одна девушка.

Электра Эджертон являлась полной противоположностью Айрис. Она думала иначе, задавала неуместные вопросы, общалась так, словно бросала вызов всем и каждому, вела себя по-мужски, недопустимо для леди. Да что там! Недопустимо для любой женщины в принципе!

Как они доехали до герцогского фамильного поместья в черте Арманбурга, принадлежащего деду Эджертон, и Базиль смог сдержаться и не придушить драконессу, уму непостижимо. Адарен бы им гордился, а Айрис девица нравилась. Только чему она могла научить его истинную? Как положить дракона на лопатки?

Леди-выскочка!

У нее даже имя подходящее — Электра. Если Айрис их золото, то Эджертон — янтарь. Правда, ничейный.

— Айрис, — Базиль потянул невесту за локоть, когда они вышли из экипажа аккурат у подножья двух лестниц, полумесяцами уводящих к парадному входу белоснежного особняка герцога Эджертона, крыши с высокими пиками которого поблескивали на солнце. Ничего необычного, парк, который он пересекли, будет поинтереснее. — На пару минут.

Золотко, с восхищением взирающая на герцогскую махину и цветущие клумбы, оглянулась на подружек, а затем все-таки вложила руку в его раскрытую ладонь. Когда они отошли на достаточное расстояние, от экипажа и явно заинтересованных девиц, Базиль озвучил ей свои опасения.

— Золотко, мы то, что нас окружает, и те, кто нас окружают. Ты уверена, что общество леди Эджертон — это то, что тебе нужно?

Улыбка Айрис растаяла, она сжала губы в тонкую линию.

— Мне она нравится.

— Чем? — опешил Базиль. Он вообще не мог представить, кому может понравиться эта беспардонная, лишенная манер девица. Ее же все терпели исключительно из-за знатного происхождения и семейного влияния.

— Смелостью. Бесстрашием. Уверенностью в себе. Тем, что Электра говорит, что думает. Ни перед кем не пасует.

— И никого не уважает, — прорычал Базиль.

— Почему же никого? — хмыкнула Айрис. — Только тех, кого действительно есть за что уважать.

Среднему Верресу захотелось заскрежетать зубами или обернуться драконом и по-настоящему напугать Эджертон. Увы, последний вариант был ему недоступен.