Лекарь поднял руку.

— Стоп.

Я замолчала.

— Адептка Аяйвира, вы идёте на учебную практику, а не осаждать крепость.

— Но вдруг?

Он смотрел на меня долго.

Потом тяжело вздохнул.

— Вот именно из-за таких “вдруг” боевой факультет живёт дольше остальных.

Он собрал мне маленький лекарский набор: склянки, повязки, мази, обеззараживающий отвар, иглу с зачарованной нитью, порошок от яда, укрепляющий настой, обезболивающее и несколько тонких металлических инструментов, которые я старалась не рассматривать слишком внимательно.

— Использовать только если знаешь, что делаешь, — строго сказал он.

— А если не знаю?

— Тогда зови того, кто знает.

— А если никого рядом?

— Тогда молись и не делай резких движений.

Очень полезно.

Я поблагодарила, вернулась в комнату и уменьшила всё лекарство по отдельным мешочкам. Подписала.

Раны. Яд. Боль. Живот. Кровь. Ожоги.

Теперь нужен был хороший походный рюкзак.

Мешок не подходил. Мне нужны отделения. Чтобы еда отдельно, лекарства отдельно, одежда отдельно, палатка отдельно. И чтобы всё можно было быстро найти.

Я взяла ещё одно покрывало, старый ремень, куски плотной ткани и села за создание.

Представила до мелочей: широкие лямки, крепкая спинка, карманы сбоку, внутренние отделения, потайной отсек для денег и кристалла Лоргана.

Заклинание далось тяжело.

Я уже устала.

Сильно.

Резерв тянуло, голова гудела, глаза слипались. Но ткань всё-таки поднялась в воздух, сложилась, переплелась, сшилась сама тонкими магическими нитями.

На столе лежал рюкзак.

Настоящий.

Удобный.

С карманами.

Я осторожно тронула его.

— Красавец.

Теперь всё по местам.

Еда и напитки — в охлаждающий ларец и отдельный карман.

Тёплая еда — во вторую коробку.

Одежда, одеяло и шатёр — в нижний отдел.

Лекарства — в боковой карман, чтобы быстро достать.

Мыло, гребень, полотенце, травяной порошок для зубов, маленькая склянка масла для кожи — всё уменьшить и отдельно.

Я даже добавила маленький мешочек со сладостями.

Потому что если я умру в горах, пусть хотя бы не голодная и не грустная.

Потом переоделась.

Обычная академическая форма была неудобной. Я взяла тёмно-синие брюки и переделала их чарами плотности: ткань стала крепче, но не жёсткой. Рубаху сделала облегающей, но свободной в плечах. Добавила ремень с камнем тепла и прохлады.

Посмотрела в зеркало.

Передо мной стояла маленькая девчонка с короткими волосами, тёмно-синими брюками, походной рубахой, ремнём с магическим камнем и огромным упрямством в глазах.

Выглядела я не как благородная адептка.

Скорее как человек, который готовится к войне с погодой, голодом и собственной неудачливостью.

Отлично.

И тут взгляд упал на алое дерево.

Я замерла.

Оставить его?

Нельзя.

Вдруг оно без меня начнёт слабеть? Или кто-то попытается тронуть? Или архимаг снова решит, что лучше от него избавиться?

Нет.

Не оставлю.

Я подошла к горшку.

Красные цветы тихо мерцали. Листья повернулись ко мне.

— Милая, — сказала я осторожно, чувствуя себя немного глупо, — я могу тебя уменьшить и взять с собой?

Листья зашелестели.

Тихо.

Мягко.

Не знаю, был ли это ответ. Может, просто сквозняк.

Но мне очень хотелось верить, что она согласна.

— Будем считать, что да.

Я закрыла глаза и представила не горшок, а маленький кулон. Серебряную цепочку. В центре — крошечное алое дерево под прозрачной защитой, как живой знак. Не клетка. Не ловушка. Укрытие.

Прочла заклинание.

Сила потянулась из груди тонкой нитью. Дерево вспыхнуло красным светом, горшок растворился, листья сжались, цветы стали маленькими, как капли крови.

На моей ладони лежал кулон.

Серебряный.

Очень красивый.

Внутри прозрачного камня — крошечное алое дерево.

Живое.

Я надела цепочку на шею.

Кулон лёг на грудь тёплым пятном.

И сразу стало спокойнее.

Будто кто-то маленький и опасный теперь был со мной.

— Ну всё, — прошептала я. — Теперь мы точно вместе.

Я надела походную шапочку, закинула рюкзак на плечи.

Тяжёлый?

Нет.

Благодаря уменьшительным чарам — терпимо. Даже удобно.

Я оглядела комнату.

Кровать.

Стол, заваленный черновиками.

Книги.

Пустое место, где раньше появлялись Рей и Крей.

Окно, у которого стояло дерево.

Теперь подоконник был пуст.

Почему-то от этого стало немного грустно.

Будто я действительно уходила не просто на практику, а на что-то большее.

Я проверила ещё раз: еда, вода, лекарства, одежда, укрытие, ремень, кристалл Лоргана, деньги, перо, маленькая книга бытовых чар.

Всё.

Теперь — завтрак.

Потом построение.

Потом горы.

Я открыла дверь и вышла в коридор.

Боевой корпус уже просыпался. Где-то гремели шаги, кто-то ругался, кто-то смеялся. В воздухе пахло холодным камнем, железом и утренним дымом. За окнами начинало сереть небо.

Я больше не собиралась возвращаться в комнату перед выходом.

Поем — и сразу в новое приключение.

Если, конечно, не умру там.

Я остановилась на лестнице, поправила лямку рюкзака и коснулась кулона на груди.

Алое дерево отозвалось едва заметным теплом.

Страшно было.

Очень.

Но под страхом жила другая мысль.

Я подготовилась.

Сама.

Без слуг.

Без Лоргана.

Без чужой руки, которая всё сделает за меня.

И если горы решат меня сломать, им придётся постараться.

Потому что я шла туда уже не той девочкой, которая когда-то проснулась в лесу и ничего не понимала.

Я шла туда с едой, чарами, лекарствами, алым деревом на груди и упрямством, которое, кажется, уже стало моим главным видом магии.

Я шла в столовую с сумкой через плечо и уже на середине коридора поняла: так не пойдёт.

Сумка тянула вниз, ремень впивался в плечо, а внутри что-то глухо звякало при каждом шаге. Да, я уменьшила половину вещей, зачаровала коробки, собрала еду, лекарства, одежду, укрытие и даже собственное алое дерево превратила в кулон, но всё равно ощущение было такое, будто я тащу с собой маленькую лавку, кухню, лечебницу и половину спальни.

— Нет, — пробормотала я, останавливаясь у окна. — Так я до гор не дойду. Умру прямо у ворот Академии. Позорно. Зато подготовленная.

В коридоре боевой башни было ещё полутемно. По стенам горели слабые магические светильники, камень хранил ночной холод, где-то внизу уже слышались первые шаги адептов. До построения оставалось немного времени, но я решила рискнуть.

Сняла сумку, поставила на подоконник и раскрыла ладонь над тканью.

— Так… маленькая. Удобная. Чтобы всегда была при мне. Чтобы ничего не потерялось.

Я закрыла глаза и представила не сумку, а браслет. Широкий, тёмный, кожаный, с маленькой металлической застёжкой и скрытым внутренним пространством. Как походный тайник, только на руке.

Прочла уменьшительное заклинание, добавила руну привязки и задержала дыхание.

Сумка дрогнула.

Сжалась.

Ремень свернулся, ткань сложилась, металлические застёжки вспыхнули тонкой синей линией — и через несколько мгновений на подоконнике лежал браслет.

Я осторожно взяла его.

Лёгкий.

Красивый.

Внутри — всё моё добро.

— Вот теперь я действительно молодец.

Алый кулон на груди едва заметно потеплел, будто дерево соглашалось.

Я надела браслет на левую руку и уже собралась идти дальше, когда меня ударила новая мысль.

Готовая еда.

Я застыла посреди коридора.

— Чёрт.

Я взяла мясо, лепёшки, фрукты, овощи, напитки. Всё правильно. Всё полезно. Всё умно.

Но супы? Каши? Тушёную картошку? Горячую готовую еду?

Если мы будем месяц вдали от Академии, то одними сухими лепёшками и кусками мяса я долго не протяну. Точнее, протяну, но буду страдать. А я уже слишком много страдала за последние месяцы, чтобы добровольно лишать себя каши.