— Проверь — узнаешь.

Я не стала проверять.

Нашла несколько книг: “Малые походные чары”, “Бытовая магия в условиях холода”, “Сохранение тепла без костра”, “Полевой сон и защита вещей от влаги”.

Тащила их к столу почти с благоговением.

Вот оно.

То, что мне нужно.

Если мы будем спать в горах, где холодно и идёт дождь, я не хочу дрожать всю ночь, мокнуть, голодать и ждать, пока кто-нибудь старший вспомнит, что я маленькая и могу замёрзнуть.

Нет.

Я подготовлюсь.

Я открыла первую книгу и начала читать.

Медленно, но уже уверенно.

Заклинание сухого плаща.

Заклинание тёплого спального места.

Чары сохранения жара в камне.

Малый пищевой подогрев.

Сигнальная нить вокруг лагеря.

Защита от сырости.

Некоторые заклинания были сложными. Слишком затратными по магии. Если я применю их в горах как написано, резерв может просесть быстро. Значит, нужно переделать.

Упростить.

Сделать экономнее.

Не красиво, не идеально — практично.

Я достала перо и начала переписывать формулы на отдельный лист. Рядом делала пометки:

Меньше силы. Больше времени.

Привязать к камню, не к себе.

Не греть воздух — греть ткань.

Сигнал не звуком, а дрожью в браслете.

Я работала долго.

Так долго, что за окнами библиотеки начал темнеть вечер.

Пальцы устали, глаза болели, но внутри впервые за весь день не было стыда.

Было дело.

Конкретное.

Понятное.

Я не могу стать сильнее за три дня.

Не могу догнать тех, кто тренировался с детства.

Не могу заставить Риана заткнуться навсегда.

Но я могу подготовиться умнее.

Могу взять то, что умею.

Бытовую магию. Упрямство. Голодный страх перед холодом и беспомощностью.

И превратить это в преимущество.

Когда библиотечный дух появился рядом, я даже не вздрогнула.

— Зал закрывается.

Я подняла голову.

— Уже?

— Уже час как.

Я виновато посмотрела на стопку книг.

— Можно я возьму их с собой?

Дух посмотрела на мои записи.

Потом на меня.

— Можно. Вернуть без следов еды, крови и демонических корней.

Я сразу подумала об алом дереве.

— Постараюсь.

— Это не обещание.

— Тогда обещаю.

Она кивнула и исчезла.

Я собрала книги, прижала их к груди и пошла обратно в боевую башню.

Коридоры были почти пустыми. За окнами темнело, на каменные стены ложился синий свет магических фонарей. Где-то вдалеке глухо ударил тренировочный снаряд, кто-то смеялся в столовой, пахло ужином и дождём.

У двери своей комнаты я остановилась.

Внутри, за тонкой деревянной створкой, ждало алое дерево. Моя странная опасная тайна. Моя проблема. Моя ответственность.

Я открыла дверь.

Дерево стояло у окна, цветы тихо светились в сумерках.

— Ну что, — сказала я, кладя книги на стол. — Похоже, мы едем в горы.

Листья шелестнули.

— Да, я тоже не в восторге.

Я села за стол, развернула лист с заклинаниями и снова взяла перо.

Усталость навалилась сразу: после тренировок, после унижения у списков, после библиотеки. Но вместе с ней пришло и спокойствие.

Не мягкое.

Боевой факультет вообще плохо сочетался с мягкостью.

Это было другое спокойствие — острое, собранное.

Решимость.

Я не знала, что ждёт нас в горах.

Холод.

Дождь.

Голод.

Магические существа.

Насмешки адептов.

Риан с его вечным “ты не справишься”.

Может быть, всё сразу.

Но я больше не собиралась идти туда как жертва.

Я коснулась пальцами первого заклинания и тихо сказала:

— Я еду туда. И всё будет нормально.

Потом подумала и добавила:

— Нет. Не нормально.

Я подняла глаза на алое дерево.

Красные цветы светились, как маленькие огни в темноте.

— Я еду туда и вернусь сильнее.

За окном ударил дождь.

Первые капли застучали по стеклу, будто кто-то невидимый начал отсчитывать время до практики.

Я улыбнулась.

Пусть считают.

У меня тоже начался отсчёт.

После объявления о горной практике я уже не могла думать ни о чём другом.

Не о Риане с его белыми волосами и вечной ухмылкой. Не о списках успеваемости, где моё имя болталось в самом низу, как мокрая тряпка на ветру. Не о насмешках адептов. Даже не о том, что мастер Нокт наверняка будет смотреть на нас в горах с таким лицом, будто лично надеется, что половина курса там наконец-то поумнеет.

Горы.

Холод.

Дождь.

Сон на земле.

Никакой тёплой кровати.

Никакой столовой.

Никакой лекарской палаты под боком.

Я сидела в своей комнате за столом, заваленным книгами, свитками и листами с кривыми заметками, и понимала: если я пойду туда просто так, то погибну не от чудовища. И не от магического испытания.

А от собственной неподготовленности.

— Так, — сказала я вслух, потому что иначе мысли разбегались, как тараканы. — Еда. Тепло. Сон. Лекарства. Вода. Одежда. Защита от дождя.

Алое дерево у окна тихо шелестнуло листьями.

Я повернулась к нему.

— Да, тебя тоже беру. Не смотри так.

Красные цветы мерцали в сумерках, будто маленькие угли. После того как Лорган объяснил мне, что это не просто дьявольский плод, а королевский алый корень, я уже не могла относиться к нему как к обычному растению. Оно было живым. Слишком живым. Иногда мне казалось, что оно слушает каждое слово.

И иногда — понимает.

Я снова посмотрела на книги.

Для начала нужна была еда.

Но еду нужно не только взять. Её нужно сохранить. В горах мясо может испортиться, напитки — прокиснуть, а если будет жарко днём и холодно ночью, всё станет ещё хуже.

В книге по полевой бытовой магии я нашла описание охлаждающего ларца. Очень удобная вещь: кладёшь внутрь продукты, наносишь руну холода, подпитываешь кристалл — и всё сохраняется свежим несколько дней.

Проблема была в одном.

Это заклинание жрало магию как голодный дракон.

Для старших адептов, может, и нормально. Для меня — риск. Я ещё не умела тратить силу ровно. Если вложу слишком много, заморожу не только продукты, но и, возможно, половину комнаты. Если мало — всё протухнет.

— Значит, будем переделывать, — пробормотала я.

Нужно было не большое заклинание.

А маленькое.

Не ларец для каравана, а коробка для еды.

Компактная. Лёгкая. Чтобы держала холод, но не тянула резерв каждую минуту.

Я встала.

— Сначала коробки.

Спускаться на кухню ночью было, конечно, плохой идеей.

Но среди моих идей плохие давно чувствовали себя как дома.

Коридоры боевой башни были почти пустыми. Магические светильники горели тускло, под потолком тянулись длинные тени. Где-то вдалеке глухо хлопнула дверь, кто-то кашлянул, потом снова стало тихо.

Я шла осторожно, стараясь не шуметь.

Кухня Академии ночью пахла остывшим хлебом, пряностями, дымом и жареным мясом. В больших очагах ещё тлели угли. На столах стояли накрытые тканью корзины, бочки с овощами, кувшины, лотки с лепёшками.

И металлические коробки.

Идеальные.

Небольшие, прочные, с крышками.

— Простите, — прошептала я кухне. — Это во имя выживания.

Я взяла четыре коробки. Потом — мясо, лепёшки, фрукты, овощи, несколько маленьких кувшинов с напитками, свежие соки, ягодный компот и ещё пару сладких булочек, потому что моральный дух в горах тоже надо поддерживать.

Тащить всё это оказалось ужасно.

Я шла обратно к себе, сгибаясь под тяжестью, и уже на второй лестнице поняла, что если меня сейчас поймают, оправдываться будет трудно.

“Мастер, я не воровала, я стратегически распределяла запасы Академии в пользу слабого звена боевого факультета”.

Звучит убедительно.

Почти.

До комнаты я добралась вспотевшая, злая и с руками, которые готовы были отвалиться.

Поставила коробки на пол.