— Сегодня к нам приходили двое полицейских, — сказал сосед Борис, муж арестованной Александры. — Мы, мол, кое-что забыли у вас в прошлый раз во время обыска. А что именно забыли — не говорят. Ползали под кроватями, в каждый угол заглянули. Да вы скажите, что ищете, может, я знаю. Неа, молчат. Так и ушли ни с чем. Лица растерянные, вы бы видели.

— А что искали-то?

— Да табельное оружие. В прошлый раз дети вытащили сразу у двоих и спрятали. Ну а что они хотели? Тут у нас ОПГ, мать семейства в тюрьме. Послезавтра суд…

— Шансы есть — сказал Марат.

— Марат, там всё уже решено. Её намерены посадить надолго. Это не телесуд, не торги, это государственный закрытый суд. И, боюсь, она никогда уже не выйдет, если не вытащить прямо из зала суда.

— Я не могу ничего обещать. Там будут наши. Запланирована прямая трансляция. Всё зависит от людей.

— Люди… ты же понимаешь, если бы люди были качественно получше, мы не оказались бы в этой ситуации.

— Единственное, что могу сказать, сделаем всё возможное, будем ориентироваться по ситуации. А сюда пришлём охрану.

Изначально Борис надеялся на адвокатов. Хотя тут и ослу понятно — не помогут. Александра известна всей стране, женский доктор, общественница. И всё это против неё. Реальная оппозиция невидимая. А та, что видимая — тупая. Да и не оппозиция вовсе, потому что на зарплате у власти, она намеренно такая непривлекательная, чтобы выгодно оттенять заказчика. Население запуганное, договариваться не с кем. Вся надежда на неви. Если захотят, могут элементарно силой её оттуда вытащить. Но вот вопрос: что потом? Спецназ будет штурмовать дом? Травить детей собаками? Деваться-то некуда. Тут после громкого ареста был наплыв журналистов и прочей швали. Весь посёлок загадили. Бросали на участок пузырьки с зелёнкой, ожидая попасть в детей. Приехала неви-полиция, отдубасила этих уродов, разукрасила в их любимый зелёный. Борис переживал, что те бросятся жаловаться. Но нет, неизвестно, что ещё с ними сделали неви, но всё затихло, больше не появлялись. Может, ребята придумают что-то… Неопределённость не давала покоя.

В завершение вечера, когда почти все разошлись, Марат попросил отца поехать с ним в Италию вызволять Лео. Марк очень обрадовался. Понятно, что это не совсем то путешествие, о котором он мечтал, правильнее это назвать командировкой, но отличная возможность увидеть много интересного и новую машину заодно обкатать. Главное, договориться с мамой.

— Да ты что, конечно, отпустит! Даже не вздумай рассматривать кого-то другого!

Мария не возражала. Ей тоже очень хотелось в Венецию, но она там была в юности, ещё до замужества. Пусть Марк увидит своими глазами. Вдруг другой возможности не будет...

Полуночный звонок по невифону. Селин:

"Марат, завтра нужно сопроводить эколога на опасный объект. Машина от штаба, будь на месте в 10".

* * *

Утром отец отвёз Марата и других детей в город. И ещё дважды переспросил, точно ли насчёт Венеции, чтобы можно было начать мечтать и собираться в поездку.

Тем самым экологом оказалась Майя. Оказалось, не просто оказалась.

– Я просила мне дать тебя, – она застенчиво улыбнулась и отвела глаза.

– Селин так добра!

– Хотела поблагодарить за туфли, маме подошли.

– А тебе?

– И мне, но куда же их носить? Будет свободное время, наряжусь, надену изумительные лаковые лодочки и пришлю тебе фото в интерьере.

– С нетерпением буду ждать!

– Кстати, нам сегодня придётся работать в обуви. Вот, мне выдали наши размеры, – Майя показала на грязно-бежевые слипоны, максимально неброские, их шьют сами неви. – Там такое специфическое местечко, надо поберечь ноги.

У Майи по волосам ползла божья коровка. Маленькая предательница, вот так внимательный крот и заметит…

– С плотиной беда. Тут одна надежда на чудо, что не будет этим летом продолжительных ливней. Мало того, что нагрузка рассчитана неверно, построили некачественно, с кучей нарушений, экономили на материалах, так ещё и проект потеряли. В общем, всё, как они любят, преступная халатность. Мы готовы выполнить полный комплекс работ, показываем дефекты: вот, вот и вот. Но нужно посмотреть документацию. Мне кажется, управляющий этим идиотским сооружением даже не понимает о чём речь. Обслуживание нулевое, инженеров у них нет – под видом главного инженера числится чья-то родственница без образования, архитектора в глаза не видели. А то, что полгорода может в любой момент затопить – да нееет, говорит, что вы нагнетаете, надо надеяться на лучшее. Про закон о безопасности гидротехнических сооружений можно даже не упоминать. Что делать, пробиваемся через мэрию, чтобы передали объект компетентной управляющей компании. Пока безуспешно.

– И какая у нас миссия на «Крыльях»?

– А там у нас обитает гражданин, чья подпись стоит под утерянным проектом. Может, у автора что-то сохранилось. В любом случае с ним полезно пообщаться. Вообще-то по официальной версии, он уже давно умер. Но знающие люди заверили, что это не точно.

«Майя, как ты ловко придумала, провести целый день вместе и с пользой», – думал Марат, глядя, как кокетливо она поправляет волосы.

Полуразрушенные «Крылья мечты» гордо возвышались вдали как памятник человеческой тупости. Вблизи это было совсем жуткое зрелище. Свалка, грязь, обломки самолёта и ржавая строительная техника. А какие адские запахи!..

Это был амбициозный проект мэра столицы. Он очень хотел небоскрёб, как в других странах, только ещё лучше. Вот чтобы летели иностранные пассажиры в самолёте и замирали в экстатическом восторге, глядя на это архитектурное чудо. Проект представлял собой башню в виде человека с ослепительными металлическими крыльями (к сожалению, ослепительными они оказались в прямом смысле). Сто этажей. Первые двадцать должен был занимать торгово-развлекательный комплекс, следующие тридцать – административные помещения и бизнес-центр, далее – отели и апартаменты, рестораны с панорамными площадками и зимними садами, а на самой макушке – квартиры лучших людей страны.

Трагедия случилась за несколько месяцев до предполагаемой презентации. Два самолёта были сражены красотой «крыльев». Первый вписался в металлическое крыло, а через несколько дней второй разрушил верхние двадцать этажей, ещё три висели на соплях, постепенно откололись.

В проект вложились сотни организаций и частных лиц. Так в результате техногенной катастрофы бизнес-элита оказалась обескровленной. Мэр просил у премьер-министра индивидуальную финансовую помощь, так как его личных сбережений по подсчётам жены, без учёта любовниц, осталось на тридцать лет максимум. Прошение было удовлетворено сильно частично. Однако пришлось ввести единовременный налог для населения в помощь пострадавшим. Но вот репутацию градоначальника спасти не удалось. Люди, не способные к состраданию мэрскому горю, но пристально следящие за его тратами, завидующее даже простому семейному отдыху вдали от родины, требовали отставки чиновника.

Судебные тяжбы и последующие выплаты не позволили возродить проект. «Крылья мечты» были заброшены и забыты. И теперь там живут бывшие строители, учителя, актёры, военные, пенсионеры и прочие маргиналы, не вписавшиеся в новое время.

Несколько раз коммунальщики пытались отключить «Крылья» от благ цивилизации. Но это всегда плохо заканчивалось, были жертвы. В мэрии сказали: да и чёрт с ними, пусть живут там на отшибе. Лучше что ли будет, если эти граждане, совсем потерявшие человеческое обличье, вернутся в наше прекрасное общество, скоро они сами все передохнут. Но это скоро сильно затянулось.

77-летний Георг Ксенакис, бывший архитектор и преподаватель актёрского мастерства в военно-строительном училище жил выше всех – на 52 этаже – уже тринадцатый год. Согласно официальной информации, именно он проектировал и дамбу, и башню.

Поселился он в шоуруме апарт-отеля. Таких удачных жилищ по всей башне было полтора десятка, счастливчики, конечно же, всё лучшее сразу заняли. Ранее на 51 этаже в спа-зоне жила семейная пара, лётчик с бухгалтером. Нормальные были люди, отличные собутыльники! Но восемь лет назад лётчик улетел, неудачно вышел покурить на свежий воздух. Его жена ушла тем же маршрутом тремя годами ранее, прямо на глазах у мужа и соседа.