Вообще изначально комары предназначались для кусания людей в жилых помещениях. И не были всем доступны, как сейчас. Их приносили гости, дарили влюблённые (чётное количество), для личных нужд заказывали в питомниках. А прихлопнуть комара на незамужней особе приравнивалось к предложению руки и сердца. Первая красавица Пензы Кривицкая рассказывала в письме кузине, как схлопотала на балу восемнадцать пощёчин, «а комарик достался князю Кошкину».

И продолжалось это много веков, пока однажды в штате Миссисипи не сошёл с рельсов поезд с комарами. Так комары бесплатно распространились по миру, и теперь радуют по ночам нас всех, и богатых, и бедных.

Виктор и Регина всю ночь не спали. С утра наелись успокоительных и сели ждать журналиста. На днях сын прислал им голосовое сообщение, просил тайно встретиться с Ричардом Валевичем из «Детского сада» и рассказать ему всё.

Почему тайно? И что значит «всё» – уточнить не удалось, сын где-то за границей, нормальной связи нет. Но раз просит – значит это важно. На всякий случай супруги договорились внимательно следить за языком и не называть никаких имён. Не дай бог ляпнуть лишнее.

Валевич пришёл вовремя. Лысый мужчина средних лет неспортивного телосложения.

– Это вы? – бестактно уточнила Регина, показывая в телефоне его аватарку, на которой красовался кудрявый молодец.

– Я, – Валевич элегантно пригладил лысину и немного повернул голову, чтобы можно было рассмотреть его эксклюзивный профиль. – Фотка старая, но неужели я так изменился?

Регина пожала плечами. Допустим.

Тогда Ричард, решив, что идентификация пройдена, не снимая своих модных фиолетовых ботинок, пропёрся в комнату. Деловито осмотрелся, передвинул кресла и сказал хозяевам на них присесть: эдак картинка будет лучше. Регина замахала руками:

– Мы так не договаривались! Никакой записи, никаких лиц, никаких имён.

– Ну, вообще-то… – приступил к возражениям Ричард.

– Никаких вообще-то, – спокойно и уверенно перебил его Виктор, – мы согласились просто поговорить. Если вас это не устраивает – ничего не выйдет.

– Хорошо, хорошо. Как скажете. Между всё или ничего я, конечно, выберу нормальное человеческое общение, – примирительно улыбнулся журналист.

Сели на кухне. Чай, печеньки – роскошный приём по нынешним временам.

– Приступим, – произнёс Валевич, откашливаясь. – Пожалуй, это самая табуированная тема, но она не даёт покоя всем. Недавно отменили живодёрский налог на бездетность. Много лет вы отдавали треть дохода, хотя ребёнок у вас есть. Что вы чувствуете?

– Огромную радость за тех, кого это коснулось, – сказала Регина. – Но мы этот налог не платили. Без проблем получили свидетельство о рождении, тогда ещё не требовалось предъявлять детей комиссии.

– Но вы родили необычного ребёнка. Кстати, сколько ему сейчас?

– Недавно исполнилось двадцать два, – ответил Виктор.

– Двадцать два… - с напускной задумчивостью произнёс журналист и полез что-то искать в смартфоне. – Готовясь к встрече, я поинтересовался официальной статистикой. Вот смотрите. Тридцать лет назад в нашей стране появились на свет 50125 человек. Десять лет назад – 16348. А в прошлом году – 1372. И при этом мы по рождаемости на 16 месте в мире! Отставание от лидера всего в семь раз.

— Сейчас на табло 508 детей, а уже полгода прошло, — добавила Регина.

– Да, я тоже слежу. Кошмар. Вы можете представить, что через двадцать лет мы будем жить в абсолютно другом мире? На наших глазах произойдёт замещение. В голове не укладывается… Впрочем, я забегаю вперёд. Предлагаю вернуться к этому вопросу позже. А пока расскажите с самого начала: беременность, роды, с какими трудностями пришлось столкнуться.

– Ну… мы очень хотели детей, – начала Регина, – но никак не получалось. Уже рассматривали ЭКО, но я сама забеременела. Чувствовала себя прекрасно, анализы были хорошие. Вот только врачи на УЗИ не видели ребёнка на протяжении всей беременности.

– И вас это не беспокоило?

– Конечно, беспокоило! – воскликнула Регина. – Но меня утешала заведующая женской консультацией: мол, так бывает, некоторых детей приборы не видят. Замечательный врач, мы с ней подружились. Она нам очень помогла… А вначале сильно волновались, ко всему относились недоверчиво, обращались в частные клиники. Но ничего нового не узнали.

– Как же! – напомнил Виктор. – Была одна дама, которая уверяла, что у моей жены лжебеременность, а живот растёт от самовнушения. Советовала к психиатру обратиться.

– Точно, и ребёнок бил ножкой в живот от самовнушения. А мы все психи, – Регина покрутила пальцем у виска. – Но я читала на мамских форумах, некоторые женщины тоже жаловались, что их малышей узисты не видят. Это успокаивало.

– Хорошо, но вот пришло время рожать… Представляю, какой вы испытали шок, – сказал Валевич.

– Не то слово! – засмеялся Виктор.

– Вы присутствовали на родах?

Виктор утвердительно кивнул.

– Рожали вместе. Одна бы я точно рехнулась! И, опять же, огромное спасибо... – Регина осеклась, вспомнив, что нельзя произносить имя, – гинекологу. Она помогла мне попасть в роддом к знакомой акушерке. Иначе кто знает, как всё сложилось бы. Услышать первый крик своего ребёнка – такое счастье!

– Но вы его не увидели, ни тогда, ни потом… никогда… Ведь ваш сын – неви.

– Да. Я в тот момент ничего не соображала, после девяти часов родов. Акушерка спокойно провела необходимые процедуры. Объявила, что это здоровый мальчик: вес 3800, рост 56. Такой тёплый комочек, он лежал у меня на животе и тихонько похрюкивал. И я не сразу осознала, что не вижу его. А муж потерял сознание…

– Медперсонал тогда эту странность как-то объяснил?

– Нет. Вернее, они говорили что-то, но мы в первые часы от шока ничего не слышали. Представьте себя на нашем месте? Нам предлагали написать отказ, если сомневаемся. Ну уж нет, это наш сын, какой есть.

– Видели бы вы мою тёщу, когда мы приехали домой! У неё случилась истерика. Она вообще человек очень сдержанный. Хорошо, что присутствовала Алек… – Виктор запнулся.

– Подруга сказала, что в её врачебной практике уже встречалось такое. Мы об этом, разумеется, не слышали: какие нормальные родители захотят афишировать? Чтобы их ребёнка забрали на опыты, демонстрировали как неведому зверушку? Ясно, что нас ждала проблема социализации. Придётся прятаться.

– Вы не думали оформить своему мальчику инвалидность?

– А на каком основании? – Регина удивлённо подняла брови. – Вы действительно не понимаете, о чём речь? Он абсолютно здоров. Это мы его не видим. А он прекрасно видит и себя, и нас. И кто из нас инвалид?

* * *

Ричард с Региной погрузились в вопросы физики. Виктор дал понять, что ничего в этом не понимает, взял свою чашку и вышел на балкон.

Под окнами паслись два подозрительных типа. Они были похожи на шпионов, изображающих беззаботную молодёжь.

– Ребят, вы к кому? – выкрикнул Виктор.

– Ни к кому. Ждём товарища, -– отозвался один.

– А какая квартира?

– Вам-то какое дело? – второй незнакомец бросил на Виктора недружелюбный взгляд.

К подъезду бесшумно подкатил чёрный фургон. Открылась дверь, но оттуда никто вышел. Или вышел так незаметно, что Виктор не заметил.

Затем звякнул домофон, дверь в подъезд распахнулась и быстро захлопнулась.

Один из «ожидающих товарища» дёрнулся, готовый рвануть к подъезду. Но приятель молча остановил его, схватив за руку.

Вскоре раздался стук в дверь.

– Я открою, – сказал Виктор и стремительно проследовал в прихожую.

– Здравствуйте! Прошу прощения, у нас небольшая авария, по нашему стояку отключили воду. Можно у вас набрать? – прозвучал молодой женский голос.

– Конечно, проходите, – ответил Виктор.

Шаги, журчание воды, через пару минут всё стихло, и Виктор вернулся к Регине и Ричарду.