Воздух стоял мертвый, неподвижный. Смердело так, будто здесь спалили библиотеку древних свитков, предварительно щедро облив их протухшим бальзамическим маслом. В густой тьме между руинами хаотично мерцали десятки бледных, трупно-синих огоньков. Жалкие, бесплодные духи, застрявшие в ловушке барьера и окончательно потерявшие рассудок от тысячелетнего голода.

— Куда теперь? — практично поинтересовался наемник, извлекая из недр червя-хранителя короткий нож с широким, хищным лезвием.

— Прямо к центральному алтарю.

Смоляная конечность вытянулась в сторону зияющего провала под основанием павильона. Оттуда в самое чрево горы уходила крутая, истертая поколениями жрецов каменная лестница.

— Первая часть моего имени спрятана в подземной сокровищнице. Судя по тому, как фонит из этой дыры, внизу нас дожидается старый знакомый.

— Насколько старый? — уточнил боец, ставя ногу на первую склизкую ступень.

— Настолько, что его крыша окончательно протекла еще во времена правления императора Итидзё, — злорадно осклабился дух. — Готовь железо, живодер. Намечается теплая семейная встреча.

Спуск в катакомбы Курамы походил на путешествие по пищеводу окаменелого чудовища. Стены тоннеля покрывал толстый слой жирной копоти и защитных мантр. От вековой сырости древние заклинания оплыли, превратившись в липкие, ядовитые сталактиты.

Человек уверенно шагал во мраке. Небесное Проклятие наделяло зрение звериной остротой. Компаньон двигался по отвесным стенам короткими, рваными скачками, изредка подсвечивая опасные обвалы бледным сиянием глаз.

— В этих норах хранили не только макулатуру, — тихо шелестел голос, догоняя эхо шагов. — Здесь проводили жесткую отбраковку адептов. Слабаков, чья психика лопалась при построении сложных барьеров, тупо скидывали на нижний ярус. Их отчаяние въелось в породу. Услышишь бабий плач или мольбы о помощи — игнорируй. Это акустические призраки. Пытаются зацепиться за слуховой нерв и выпотрошить рассудок.

— Я глух к чужому нытью, — отрезал Тодзи. — Меня заботит лишь то, чтобы щенок из клана Камо исправно отсчитал обещанные миллионы.

— Пятнадцать мультов — солидный куш, — согласился голос из темноты. — Но в сокровищнице Абе пылятся игрушки, которые стоят на черном рынке в сотни раз дороже. Взять хотя бы зеркало «Девяти Звезд». Отражает любую пространственную атаку. Этот ваш столичный Годжо умылся бы кровавыми слезами, попытайся он пробить такую защиту.

— Слишком много трепа для безымянного сгустка копоти.

Тоннель резко оборвался, выплюнув гостей в исполинский пещерный зал. Циклопические колонны терялись где-то в недосягаемой вышине сводов. В самом центре доминировал массивный каменный алтарь, укрытый серым саваном вековой пыли и паутиной прочнее корабельных канатов.

Алтарь пустовал.

Зато у противоположной стены, скрестив ноги и уронив тяжелую голову на колени, застыла фигура.

Издали казалось — обычная мумия фанатичного монаха в истлевшем парадном кимоно. Но стоило наемнику ступить на центр зала, как мертвец зашевелился. Суставы твари затрещали с пугающей громкостью, словно кто-то ломал толстые сухие сучья.

Фигура дергано подняла голову.

Лица не было. Сплошная гладкая костяная пластина, густо исписанная золотыми хэйанскими иероглифами. Из пустых, черных глазниц медленно, густо сочилась зловонная жижа. Из-под истлевшего ворота шелкового кимоно змеились дополнительные конечности — смоляные, гибкие, пульсирующие, как щупальца глубоководного кракена.

— О-о-о… — вырвался из грудной клетки существа скрежещущий, многоголосый гул, бьющий по нервам. — Хозяин… Ты соизволил вернуться… Или это просто очередная портовая крыса забрела в мою кладовую?

Тень парализовало. Мрак намертво вжался в каменные плиты у ботинок. Белые глаза расширились до предела, дымный контур мелко, жалко затрясся.

— Генерал Фудзивара… — выдохнул напарник. В бесплотном голосе плескался первобытный, искренний ужас. — Сука… он же должен был сгнить на куски еще в десятом веке!

— Что за урод? — не меняя интонации, поинтересовался боец, перехватывая рукоять ножа обратным хватом.

— Мой бывший начальник личной охраны! — истерично пискнул дух. — Поехавший садист с синдромом вахтера. Сторожил архивы! Видимо, когда комплекс запечатали, этот ублюдок решил, что контракт не окончен. Сожрал остальных запертых магов, чтобы не подохнуть от скуки!

Существо на другом конце зала с хрустом выпрямилось. Рост монстра перевалил за два с половиной метра. Туловище уродливо искривилось под весом дополнительных рук. В каждой из четырех конечностей из воздуха соткалось по длинному, изъеденному ржой цзяню — прямому китайскому мечу древней эпохи.

— Тень… — прохрипел мертвый генерал, делая первый тяжелый шаг. Каменные плиты под его босыми ногами брызнули крошкой. — Ты предал императора. Пытался уйти с тайнами Клана Абе… Я искал тебя в каждом кошмаре. В каждой капле пролитой крови… Я выпотрошу тебя снова. И на этот раз лично прибью твою печать ко дну океана!

— Да пошел ты, выживший из ума маразматик! — внезапно осмелел паразит.

Вынырнув из-под ног человека, мрак раздулся в боевую форму трехмерного гуманоида.

— Твой драгоценный император задохнулся от коклюша тысячу лет назад! А ты всё бегаешь по пыльным подвалам с ржавыми железяками! Позор семьи!

Генерал взревел. Звук ударил физической волной, стряхивая со сводов пещеры каменный дождь.

— Тодзи! — рявкнул напарник. — У него техника гравитационного пресса! Расплющит в блин, если не собьем концентрацию на старте!

— Без сопливых разберусь.

Убийца не стал дожидаться, пока древний труп разгонит ману. Тело сработало на голых, звериных инстинктах.

Рывок. За спиной взвизгнул рассекаемый воздух. Пространство вокруг Фудзивары стремительно уплотнилось, обрушиваясь невидимым многотонным прессом. Но человек, лишенный проклятой энергии, прошил зону гравитационного удара насквозь. Смертоносная магия просто не заметила пустоту.

Древний страж опешил. За пять сотен лет кровавого безумия он привык, что любые нарушители ломались под тяжестью пресса еще на подходе.

— Сдохни, кусок грязи! — прохрипел мутант, обрушивая на смельчака сразу четыре клинка. Стальная мельница, не оставляющая шансов.

— Слепая зона справа! — завопил дух.

В воздухе материализовался плотный смоляной щит, жестко принимая на себя удар двух мечей.

Железо грохнуло о тень с оглушительным лязгом. Защита жалобно зашипела, покрываясь рваными трещинами, но выстояла.

Наемнику хватило этой микросекунды. Нырнув под скрещенные клинки, боец жестко уперся ботинком в коленный сгиб гиганта. Мощный толчок, и короткий нож впился точно в центральное сочленение брони на груди чудовища.

Лезвие вошло наполовину, с мерзким скрежетом упершись в монолитную костяную пластину, покрытую золотыми рунами.

— Проклятье, слишком толстая шкура! — выплюнул Тодзи, пытаясь провернуть сталь.

— Это магический панцирь гвардии! — подсказал голос, перехватывая тактическую инициативу. — Бей в левый бок! В прошлом тысячелетии он словил туда удар копьем. Швы до сих пор держатся на заговоренной глине и честном слове!

Смена стойки заняла долю секунды. Не выпуская рукояти застрявшего ножа, наемник грубо подсек опорную ногу генерала. Многометровая туша нелепо покачнулась. Пружина человеческого тела разжалась, и тяжелый армейский ботинок с пушечной силой впечатался ровно в указанную точку на боку.

Раздался влажный, тошнотворный хруст старой кости и крошащейся глины.

Фудзивара издал булькающий, полный агонии вопль. Дополнительные конечности забились в хаотичных судорогах. Гравитационное поле окончательно рассыпалось, освобождая воздух.

— Добивай! — взревела Тень.

Вязь татуировок на теле человека полыхнула ослепительным черным огнем. Выйдя на предел рабочего контакта, дух позволил пропустить через мышечный каркас колоссальный импульс хэйанской маны. Не внутрь тела, а тончайшим, смертоносным слоем поверх кожи.