Во-первых, госпожа Илла не сильно-то и разбирается в современной корейской и общемировой музыке и понять, что эту группу определённо ждёт успех — у них лучшие преподаватели, продюссеры и собственный автор потрясающих песен — вряд ли сможет. Зато она с лёгкостью может сказать, что ей неинтересно это сотрудничество и уйти по своим академическим делам, а ему, бедному, попадут все шишки от руководства компании, ведь он несколько месяцев манил их этой идеей. Как бы не уволили вообще, а он только свыкся с нагрузкой и понял, как распределить своё время между работой и учёбой на последнем курсе.
Во-вторых, и тут Кан Тэ чётко видел слабину своего плана, ходили слухи, что госпожа Юн серьезно болела, отменила несколько концертов и вообще не появлялась на публике уже пару месяцев. При этом никаких новостей «Юн.Старс» не выпускало, о состоянии своего артиста и вице-директора ничего не писали и не комментировали слухи. Даже в социальных сетях певицы не публиковались посты, а это очень плохой признак. Кто знает, в каком она сейчас состоянии. У вокалистов малейший эмоциональный стресс отражается на голосе, вдруг она вообще ничего не может петь? С другой стороны, господин Юн, который подтвердил согласие на коллаборацию двух концертных компаний, наверняка не стал бы подставлять собственную жену.
В чём он нисколько не сомневался, так это в песне. Её написал Кан Чжу Ин, один из самых молодых участников группы, но песня была действительно крутая, и именно это стало причиной убеждённости помощника менеджера в скорой известности группы. Музыку он любил, понимал, а подработка в ночных клубах помогла понять, что продавать её он умеет. Поэтому когда услышал, как однажды вечером Чжу Ин и их главный менеджер обсуждают судьбу этой песни, кто из них сможет достойно спеть вставки, совершенно не подходящие им по стилю, мгновенно вклинился в разговор и, внутренне робея от собственной наглости, предложил организовать встречу с одной знакомой ему академической певицей.
Тогда эту идею задвинули под тяжестью других задач, но капли воды, в конце концов, разбивают камень, и вот уже Кан Тэ вёз группу на знакомство, беспокоясь обо всём на свете.
Госпожа Юн после болезни в работу включилась быстро и активно, да ещё и новый семестр начался в университете, и она как всегда это пропустила. Выделить час на знакомство с новым коллективом не было никакой возможности, и, недолго думая, она пригласила всех к себе. В конце месяца готовился концерт для первокурсников, репетиции шли одна за другой, да ещё и Аликин — пусть он живёт долго — проникнувшись просьбой мужа Иллы подкинуть ей задач, радостно «всучил» ей ещё концертный ансамбль и курирование университетского симфонического оркестра. Илла, конечно, сначала поворчала, а потом оценила перспективы и, будто бы подгоняемая ветром, улетела к дирижёру с кипой нот того, что хотела бы спеть сама и дать своим студентам. Так что концерт обещал поразить своей грандиозностью, но и подготовка к нему занимала такое же грандиозное количество времени.
О том, что кто-то должен к ней прийти, она вспомнила уже только тогда, когда в очередной раз остановила оркестр, чтобы уточнить какую-то мелочь, которая обязательно вылезет на самом концерте и испортит всё впечатление — уж это она уже знала из опыта. В установившейся тишине раздалось тактичное покашливание, Илла резко обернулась и увидела знакомого уже Кан Тэ и за его спиной группу молодых людей. Скажем прямо, на вид уж очень неприлично молодых. В первую секунду возникла мысль, есть ли им хотя бы восемнадцать лет? Господи, во что она опять ввязалась!
Кто-то из оркестра уже восхищенно охнул, узнавая участников группы, и Илла поспешно отошла с ними вглубь зала, махнув дирижёру продолжать пока без неё.
Кан Тэ на удивление робко начал всех знакомить, но Илла прервала его.
— Простите, пожалуйста, ребят. Я пока ужасно несобрана и не успела закончить репетицию с оркестром. Могу я предложить вам выпить пока чаю в моём кабинете, а я через двадцать минут подойду? Студенты уже все отрепетировали, осталась моя часть и хоровой финал.
— О! — Кан Тэ оживился. — А можно мы послушаем? Сядем вот тут тихонько, чтобы нас никто не увидел. Мы же не помешаем?
Илла бросила взгляд на оркестр, разрываясь между желанием выгнать гостей из зала и не обижать, возможно, будущих коллег.
— Хорошо, надеюсь, ребята-музыканты не сорвутся к вам за автографами всей толпой.
Парни сразу надвинули пониже кепки, хотя это не помогало — оркестранты уже шушукались, передавая по цепочке, какая группа их посетила. Дирижёр негромко уточнил у куратора, будет ли эта группа с ними петь, и получив отрицательный ответ, успокоился и призвал к тому же студентов. Работа превыше всего!
По плану Илла пела три разнообразных номера, после чего из кулис споро выходил хор и начинался грандиозный финал из номеров приснопамятного «Адиемуса», для чего пришлось соблазнять перспективами руководителя детского хора — дескать, она поспособствует в будущем поступлению этих детей к ним на факультет. Потому что денег на это декан факультета, разумеется, не дал, отговорившись маленьким бюджетом в принципе. Ну ничего, Илла училась и работала в русских школах, ей ли не знать, какие шедевры можно выдать только на энтузиазме и неясных надеждах на будущее.
Первым в блоке Иллы стоял Бах. Тот самый, Иоганн Себастиан который. Нежная ария на немецком успокаивала зрителей после активных песен, исполняемых студентами.
Ким Нам Хён, самый старший участник группы, негромко хмыкнул, вслушавшись в текст.
— Неожиданный текст для окончания студенческого концерта.
— Что там? — заинтересованно спросил Кан Тэ. Любовь их лидера к иностранным языкам восхищала парня, который полжизни долбил английский и всё никак не мог спокойно на нём общаться. Способность госпожи Юн в разговоре переключаться со своего родного на корейский, английский и даже итальянский вообще не давала ему покоя! Как у таких людей мозг работает, как всё запоминается?!
— Перевожу дословно: когда со мной ты, я с радостью иду на смерть и на покой. Ах, как счастлив был бы мой конец, если б твои любимые руки закрыли мне глаза!
Парни негромко рассмеялись. Да, смысл отличался от общей положительной эмоции концерта, но музыка уж больно красивая.
Дальше, практически не останавливаясь, зазвучала всемирно известная «Хабанера» (Кан Тэ восхищёно присвистнул — ещё и французский!), потом что-то невообразимо печальное на русском языке, ну а включившийся в музыку незаметно для зрителей вышедший хор закончил всё это на латыни. Финальный аккорд в оркестре звучал до того торжественно и драматично, что кто-то из ребят украдкой смахнул слезу. Кан Тэ обернулся проверить, не показалось ли ему это. Нет. Чжу Ин стоял, оглушённый звучанием последнего номера, быстро моргал и не отводил взгляда от сцены, где абсолютно спокойная Илла давала последние распоряжения, как будто и не было ничего только что.
Когда она подошла к своим гостям, Чжу Ин выпалил.
— А «Призрака оперы» вы можете спеть?
Илла недоумённо хлопнула ненакрашенными ресницами, а потом улыбнулась.
— Теоретически, да. Фактически — вот те самые последние ноты мне недоступны, я всё же меццо-сопрано.
— А если я перепишу партии и сделаю обработку, чтобы и мы включались?
Госпожа Юн, не думая ни секунды, кивнула головой, и, спохватившись, пригласила всех в кабинет. Там есть рояль, чай, печеньки, удобное кресло и нет лишних ушей и глаз.
В общем и целом, Илла была довольна прошедшей встречей. Несмотря на молодость, парни оказались вдумчивыми, понимающими, чего хотят и что ждут от академической солистки. Варианты коллаборации накидали тут же, и Кан Тэ, радостный от того, как всё прошло, обещал буквально уже завтра написать письмо по итогам разговора, чтобы начать уже более предметный разговор.
Но вот что не понравилось лично Илле, так это как она выглядит рядом с этими... мальчиками. Среди ровесников-славян она выглядела великолепно, да и вообще в свои сорок с хвостиком ей удавалось и фигуру удержать на уровне, и лицо ещё не опадало. Да и муж своими действиями подтверждает, что выглядит Илла превосходно. Но эти ребята поколебали уверенность. Случайно взглянув в зеркало, Илла на секунду замерла, но потом продолжила разговор, правда, картинка перед глазами никуда уже не делась. Она стареет. Очень быстро. Откуда эти щёки и морщины? Полгода назад ничего подобного не было. Слава Богу, волосы ещё в прекрасном состоянии, но вот местного косметолога пора искать, скоро всё это безобразие уже не скрыть. Тем более когда придётся на сцене стоять вместе с молодыми шикарными парнями.
