Фотография была опубликована в Daily Mail, а подпись гласила: Самый завидный холостяк Нью-Йорка, возможно, больше не свободен? IT-миллиардер @mrhenrybentley был замечен вчера вечером в Нью-Йорке держащимся за руки с темноволосой незнакомкой. Наш источник сообщает, что во вторник вечером их видели в обнимку в баре «Алиса».

— И как Молли вообще познакомилась с этим парнем? — спросил Джонатан, вырывая меня из скроллинга, и я мгновенно подняла на него глаза.

— Через друзей, кажется. Но через относительно новую подругу, не через надежный источник, по крайней мере, никого из тех, кого я знаю и кому мы можем пока доверять. А что? Ты что-то нашел?

Джонатан со смешком покачал головой, и мое сердце упало. Кислота подступила к горлу. Я ненавидела это чувство. То самое чувство, которое не отпускало меня, пока я не узнавала, что дело закрыто. Глубокая, выматывающая нервы дурнота, которая не утихала до тех пор, пока я не получала ответы.

— Что ж, я не могу найти на него никакого досье, что очень даже хорошо. И для человека его статуса, я бы сказал, это вполне нормально — любые правительственные документы шли бы через его бизнес. Но помимо этого, пресса его, кажется, обожает. Этот парень был одним из первых разработчиков искусственного интеллекта. У него свой теневой бизнес, и он играет важную роль в разработке ИИ для Google и Meta. Похоже, он работает с этими технологиями уже давно, он был первопроходцем еще до того, как кто-либо вообще понял, что это за чертовщина такая — искусственный интеллект. Судя по всему, очень умный мужик. Он владеет большим количеством недвижимости и ресторанов в Нью-Йорке и в целом ведет закрытый образ жизни. Единственное крупное мероприятие, которое он, похоже, посещает каждый год, — это благотворительный фонд для бездомной молодежи, куда он реально инвестирует три миллиона ежегодно, чтобы убрать детей с улиц. Так что он умный, помешанный на технологиях и очень щедрый человек. Молли отхватила себе настоящий бриллиант, если хочешь знать мое мнение! И не просто бриллиант: судя по множеству статей о поп-культуре, он самый завидный холостяк Нью-Йорка. Тут даже есть куча тредов на Reddit, где девушки пытаются выяснить, не гей ли он, поскольку, по-видимому, кроме как совсем недавно — то есть на той размытой фотке с Молли, которая стала вирусной, — он ни разу не был замечен на фото с другой девушкой.

Я ничего не ответила, пытаясь переварить всё, что только что рассказал мне Джонатан. Сколько парню лет? Навскидку, по меньшей мере, за тридцать? И ни разу не засветиться на фото с девушкой? В смысле, это нормально, если тебе нравится держать свою жизнь в тайне, но что-то в этом казалось мне странным.

— И почему ты вообще думаешь, что этот парень плохой? На самом деле, мне кажется, его весьма любят. По крайней мере, СМИ, похоже, от него в восторге. Он что-то сделал твоей сестре? Это расплата или типа того?

Я покачала головой.

— Нет, на самом деле всё как раз наоборот, она совершенно потеряла голову, — сказала я.

— Я ее не виню.

— Да, но тебе не кажется, что всё это выглядит слишком хорошо, чтобы быть правдой?

— Вау, Элиза. Куда делась вера в сказки и предначертанную любовь?

Я закатила глаза.

— Я детектив убойного отдела, Джонатан, как и ты, и не думаю, что я когда-либо верила в сказки.

Он пожал плечами.

— Справедливо, но судя по тому многому, что мы видели, и по тому, что ты пережила... Черт, а как же Джордан? Он потрясающий мужчина, которого ты смогла околдовать. Я думаю, ты всё ещё веришь в любовь и судьбу.

Я любила Джордана так, словно от этого зависела моя жизнь, не то чтобы я часто ему об этом говорила или вообще вела себя соответственно. Личный разговор о моем браке — это не то русло, в которое я хотела бы сейчас направить эту беседу.

— Она счастлива, Элиза. Я знаю, что ты имеешь полное право беспокоиться. Ты просто пытаешься защитить ее и присматриваешь за ней. Но, может быть, тебе стоит насладиться этим и тоже порадоваться за нее. Черт возьми, если ты хочешь узнать об этом парне побольше, почему бы тебе не поехать и не провести время с ними обоими? Тем более, тебе давно пора в отпуск.

Я кивнула, до боли закусив губу, а сердце еще глубже ухнуло в живот. На этот раз чувство было хуже, и не потому, что у меня не было ответов, а потому, что я знала: на этот раз я была неправа. Молли просто хотела, чтобы я за нее порадовалась. Она даже сама мне об этом говорила.

— И кроме того, может, это не слишком хорошо, чтобы быть правдой. Всегда есть какой-то подвох. Да, он богат, привлекателен, умен и явно заботится о бездомной молодежи, но в конце концов он айтишник. Может быть, он реально социально не адаптирован.

— Как называется это место? — спросила я, кружась в бассейне, в то время как он сидел на краю, свесив ноги в воду, откинувшись назад и не сводя с меня глаз.

Не знаю, выглядел ли он когда-нибудь лучше, чем сейчас. Его обычно зачесанные назад волосы спадали на лицо. Мне не хотелось, чтобы он знал, как сильно мое тело все еще жаждет его, особенно теперь, когда он сидел перед моим взором без рубашки. Я чувствовала рельефные мышцы его груди, когда мне доводилось прижиматься к нему, целуя его, пока моя рука лежала у него на груди. Но теперь я могла видеть всё воочию; я сохраняла невозмутимость и мысленно отсчитывала часы до того момента, когда смогу прикоснуться к нему снова, на этот раз с меньшим количеством одежды на нас.

Генри был абсолютно прав на мой счет: я жила предвкушением. Более того, мне нравилось держать себя в руках. Это заставляло меня чувствовать себя такой... могущественной. Я понятия не имела, почему не выстраивала подобную преграду раньше, почему так быстро оказывалась в постели любого ухажера. В конце концов, все они были просто свиданиями, мимолетными вспышками для выхода накопившейся страсти. И только теперь, встретив Генри, я по-настоящему это осознала. Я поняла, какими на самом деле должны быть ощущения, когда встречаешь того самого человека, с которым тебе суждено быть. Того, кто понимает тебя лучше, чем кто-либо сможет узнать.

— Рай, — произнес Генри, поднимая лицо к солнцу и медленно разглядывая пушистые белые облака над нашими головами.

— Нет, я имею в виду, ты дал своему острову какое-то название? Не могу сказать, что я слишком много знаю о владении подобными участками земли, но у него ведь наверняка есть имя.

На его лице появилась та самая сладкая усмешка, которую я так любила — та, что обнажала ямочки на обеих щеках и делала линию его подбородка еще более очерченной, чем я считала возможным.

— Да, его можно называть, — ответил он.

— И...

— Сейчас ты отдыхаешь на мисс Бентли, — сказал он.

— Ладно... — протянула я.

Должна признать, имя было милым, но куда более оригинальным, чем я от него ожидала. И уж точно это было не то название, которое я предполагала услышать для целого острова. Я ждала, что он вдастся в подробности... но он не стал.

— И если не считать очевидной фамилии, почему ты его так названил?

— Думаю, это место было моей первой настоящей любовью. Звучит глупо, знаю, даже претенциозно. Понимаю, как это со стороны выглядит, Молли, поверь: бедный самодеятельный миллиардер с трудным прошлым влюбился в собственный клочок земли.

— Я думаю, это не просто клочок земли, — возразила я. — Это рай, ты сам так сказал.

— Верно, — он улыбнулся. — Печально, что я провожу здесь так мало времени. Я обожаю это место, но приезжать сюда в одиночку, после всей суеты Нью-Йорка... если тебе не с кем сюда приехать, может быть чертовски одиноко. Я так рад, что ты здесь, Молли, — мягко добавил он.

— А я рада, что ты меня пригласил.

Он улыбнулся и снова лег на дорожку у бассейна, по-прежнему свесив ноги в воду, и потянулся за книгой. Он читал Великого Гэтсби — как он мне рассказывал, одну из его любимых книг, самую зачитанную, к которой он постоянно возвращался, чтобы каждый раз заново вчитываться в прозу под совершенно новым углом. Это было очень на него похоже.