— Эва? Ты как тут оказалась? — за спиной появляется столичный мажор.

Сюр и я.

Поворачиваюсь боком, чтобы пропустить девушку, ну и в глаза мудаку посмотреть.

— Василис, — он шагает ко мне, но его сметает брюнетка.

— Я приехала в эту дыру из-за тебя! — верещит девушка.

Не слушаю их. И не смотрю больше. Отворачиваюсь и ухожу прям в простыне. От души хлопаю дверью и иду к себе домой. И плевать мне, что скажут соседи.

Глава 17. Василиса

— Ты где всю ночь была? — ворчит дедуля, пока я жарю яичницу.

Закатываю глаза. Молчу. С остервенением кромсаю помидоры. Чайник вскипел, завариваю чай. Отпихиваю носком крутящихся под ногами котят. Они уже все открыли глазки и активно изучают мир.

Двигаюсь на автомате и делаю всё машинально. Держу эмоции и чувства под контролем и сохраняю спокойствие. Хотя внутри всё кипит, и стоит меня тронуть — я взорвусь. Взорвусь и убью мерзавца, которому поверила. Сама, дура, виновата.

Но Артуру просто так это с рук не сойдёт. Больше врунов я ненавижу изменников. Выведу его на чистую воду, чего бы мне это ни стоило. Ведь не зря интуиция вопила, что не стоит доверять мажору. Не доверять его лживым словам и улыбке.

— Васька! — окликает дед. — Оглохла, что ли? Где была?!

— Разочаровывалась в мужчинах, деда, — холодно отвечаю, ставя на стол завтрак.

Дед тяжело вздыхает, головой качает осуждающе, но ничего не говорит и в душу не лезет. Знает, когда меня лучше не трогать.

— Я на работу опаздываю, — клюнув в морщинистую щёку, быстро ухожу.

Запрыгиваю в машину и чертыхаюсь. Забыла свой медицинский чемоданчик в чужом доме. Я там не только чемоданчик забыла, но больше всего жалко его.

Плевать. Соберу новый.

Завожу машину и с рёвом выезжаю на пыльную дорогу.

Весь день я загружаю себя работой по максимуму. По соседям катаюсь, не жалея сил и Дракона. Да и вызовов много. Жителям вышку поставили, они теперь напрямую мне звонят при каждом чихе питомца. Но сейчас я даже рада работе. Это отвлекает от мыслей и от воспоминаний.

К вечеру, вымотанная, возвращаюсь в ветеринарную клинику. Возле неё стоят несколько мужчин в костюмах. Жара на улице, а эти даже галстуки не ослабили. Большие чертежи развернули и обсуждают что-то бурно. Рядом с ними припаркованы бульдозер, экскаватор и другая спецтехника.

— Добрый вечер, — улыбаюсь натянуто, выскакивая из уазика, подол платья поправляю и осматриваю мужчин, выбирая себе жертву допроса.

Костюмы даже не кивают в ответ, только быстро оглядываются. А вот водитель из одного внедорожника выходит. Закуривает и оценивающе осматривает меня.

— Угостишь? — подбородком указываю на пачку. Так-то я не курю, но разговор завязать надо.

— Конечно, держи, — парень протягивает всю пачку и зажигалкой чиркает.

Осторожно закуриваю, стараюсь не втягивать эту гадость.

— Сильные у тебя, — кашлянув, выпускаю дым. — Я Василиса.

— Олег, — улыбается парень и руку протягивает. Пожимаю, а он на грудь мою таращится и даже не смущается.

— Надолго вы к нам, Олег? — кокетливо волосы поправляю и типа курю.

— Уедем сейчас. Как эти с начальством встретятся, согласуют чертежи. А ты отсюда?

— Я? Смеёшься, — фыркаю и хлопаю по предплечью. — Приехала с друзьями отдохнуть в экстремальных условиях. У них тут сервис, конечно, закачаешься. Смотри, что выдал местный каршеринг.

— Раритет, — одобрительно усмехается Олег, осматривая моего Дракона.

— Ага, раритет. Рухлядь! — восклицаю, мысленно извиняясь перед собственным уазиком. — Ты, кстати, не знаешь, что за стройка тут началась? Мало того, петухи орут, так ещё с утра эти долбят, копают.

— Я в эти их проекты не лезу, — отмахивается парень. — Через год приезжай, сама увидишь. Будет пушка. Только для элиты.

— Олег! — резко окликает водителя один из мужчин в костюме.

— Ну всё, я поехал. Может, номерок оставишь, в Москве пересечёмся?

— Хрена тебе лысого, Олежа, — хмыкаю и, бросив под его ноги сигарету, ухожу в ветеринарную клинику.

Пушка для элиты, значит. Ну что ж, если слова водителя подтвердятся. То Артурчику не жить.

Оставив медикаменты и закрыв на ключ здание, я еду домой. Под прохладным душем стою слишком долго. Мозги прочищаю и размышляю о том, как вывести мерзавца на чистую воду. Просто прийти и рассказать председателю? Но он ведь видел чертежи и проект. И потом, у меня нет доказательств. Слова водителя. Он мог просто ляпнуть, чтобы меня впечатлить.

— Васька, ты скоро? — в дверь стучит дед.

— А что? — кричу, перекрывая воду.

— К тебе пришли.

— Кто? Рабочий день окончен!

— Артур, — бурчит близкий родственник. — Ждёт тебя в беседке.

Закатываю глаза и жалею, что не выпустила Иннокентия.

— Скажи, пусть валит, я не хочу его видеть.

Дед уже не отвечает. Видимо, ушёл по своим делам. Я не спешу выходить. И вообще разговаривать ни с кем не буду. Мне неинтересны его оправдания. Переодевшись в шорты и майку, выхожу из ванной комнаты и иду на кухню, даже в окно не смотрю. Вот это выдержка! Вот это самоконтроль!

— Васька, выйди, поговори с человеком. Он тебя так ждёт! — в комнату заглядывает дед.

— Отстань, — отмахиваюсь, наливая чай.

— По-детски это — прятаться… Артур очень занятой и серьёзный, а ты бегаешь от него.

— Деда, хватит!

— Иди поговори! — рявкает старик и уходит.

Во мне злость закипает. Хочет поговорить? Деда вмешивает? Ну я ему устрою переговоры. Резко вскочив, выхожу в коридор и сворачиваю в комнату дедушки. Вынимаю из-за серванта старое двуствольное ружьё. Оно всегда заряжено холостыми, для отпугивания хищных птиц, которые кур воруют. Ну и для мелких воришек. Мало ли приблудится кто залётный и решит ограбить беззащитную девушку со стариком.

Прислонив к плечу оружие, выхожу на крыльцо. Артур вскакивает. Правда, увидев, с чем я, останавливается.

— Василис…

— Проваливай с моей территории, мажор! И не смей больше приближаться, — холодно чеканю, направляя оружие на мужчину.

— Давай поговорим спокойно. Эва приехала…

Смещаю ружьё и стреляю прямо в землю под его ногами. Громкий хлопок оглушает, птицы с деревьев разлетаются, гуси испуганно гогочут, а на крыльцо дед выскакивает. Артур даже не отшатывается, но бледнеет и челюсть сжимает до желваков.

— Сдурела совсем! — рявкает дедуля.

— Второй раз не промахнусь. Убирайся и не смей приближаться ко мне, — игнорируя родственника, смотрю холодно на мажора.

— Хорошо. Поговорим, когда ты остынешь, — соглашается Артур.

— С невестой своей говори. И не лезь к моему деду! — бросаю презрительно, отдаю оружие родственнику и ухожу в дом.

Я прячусь на кухне. Тяжело падаю на табурет и медленно выдыхаю. Слёзы всё-таки прорываются, и боль душит. Быстро вытираю лицо и жадно глотаю остывший чай.

— Что он сделал, Васька? — дед заходит в дом и садится рядом. — Скажи мне, я с ним разберусь. Я его в бараний рог скручу за тебя.

— Он ничего не сделал, дедуль, — улыбаюсь через силу, морщинистые пальцы сжимаю. — Это я, дура, увидела в нём того, кого нет.

Глава 18. Василиса

— Васька?! — подскакивает испуганно Пашка и, держась за сердце, осматривает меня.

Вот какой из него участковый, если он боится пигалицы в два раза меньше него? Но если хочешь проникнуть в чужой дом и украсть ценные вещи, в напарники лучше брать представителя власти. Иначе все мои попытки вывести на чистую воду одного зарвавшегося мерзавца пройдут впустую. Мою любимую деревню снесут под чистую, местных жителей выселят, а на месте ветеринарии построят какой-нибудь гольф-клуб.

— Пять утра, Вась! — стонет молодой мужчина, косясь на будильник.

— Створку пошире открой и помоги перелезть к тебе, — шикаю я. — И вообще, разве так встречают девушку, которую вроде как любят.

Паша трёт заспанные глаза, кряхтя, поднимается и, дёрнув рамой, раскрывает окна. Подхватывает под мышки и лёгким движением корпуса затаскивает в свою комнату.