– А кто может прийти в «Торпедо»?

– У главного тренера на «Листе ожидания» человек восемь. Все из-за границы. Ближнее зарубежье и дальнее. Имен не назову: всех, кого смотрит Петренко, тут же начинают просматривать и другие. Он почти не ошибается, ему доверяют. Все, кого Петренко брал, заиграли.

– Кроме Коноплева.

– Есть сформировавшиеся футболисты, которые не пропадут в любом коллективе. Коноплев же психологически не очень устойчив, и ему не удалось у нас прижиться, хотя Петренко возлагал на него большие надежды. Честно говоря, и я думал, что Коноплев задержится в «Торпедо».

– ЦСКА и «Локомотив» почти отказались от приглашения игроков на просмотр, полагая, что серьезные люди в нем не нуждаются. «Торпедо» близка эта философия?

– Да, но полностью исключать просмотр не собираемся. Нужно ведь смотреть не только на уровень мастерства потенциального новичка, но и на его человеческие качества. Я сам играл в футбол и знаю, какие проблемы возникают, если с кем-то не выстроены отношения. Могут в «недодачу» мяч дать, а могут чуть сильнее, но так, что не догонишь. Тут много нюансов, которые нельзя упускать.

Некоторых новичков команда принимает сразу. Взять, к примеру, Панова. Он так быстро стал у нас своим, будто всю жизнь играл в «Торпедо». А вот к Оперу, человеку интеллигентному, отношение несколько иное: на тренировках ему от партнеров почему-то достается больше. Те же Семшов и Волков тоже не сразу стали лидерами. А есть игроки с большими амбициями. Например, Черногаев. Он обижается на тренера за то, что тот не всегда ставит его на игру. Считает, что способен на большее. В общем, к каждому нужен подход.

– Вы сказали, что у Петренко на карандаше сейчас восемь человек. Это ваша селекционная служба поработала или агенты?

– Мы работаем в тесном контакте с рядом зарубежных агентов. Они могут кого-то порекомендовать, а потом на место выезжает наш селекционер и оценивает игрока.

– Ни для кого не секрет, что доходов от вещевого рынка для того, чтобы содержать команду премьер-лиги, недостаточно. Кто спонсоры «Торпедо»?

– Во-первых. Лужники. (Пауза.) Назвать других, честно говоря, не хотелось бы. Если захотят, сами о себе заявят.

– Скажите хотя бы, есть ли среди них какие-то мощные структуры?

– Одна есть. Но речь скорее о частном лице, нежели о компании.

– Стало быть, денег не хватает?

– Их всегда не хватает. Даже при том, что Лужники живут не одним футболом. Скажем, только что у нас состоялся прощальный матч Игоря Ларионова. Сейчас начинается фестиваль борьбы. Спорткомплекс такого масштаба – очень сложное хозяйство. Принято считать, что спортивные сооружения всегда должны быть в идеальном состоянии. А за счет чего? Вот мы сделали четыре футбольных поля с подогревом, а за электричество платим, как предприятие, которое что-то выпускает. А что мы выпускаем? Разве что здоровье, но ведь его не оценишь. Мы не качаем нефть, не добываем газ, а решаем социальную задачу. Так почему бы, например, не принять закон, разрешающий владельцам спортсооружений оставлять у себя всю прибыль, полученную от основной деятельности? Это было бы большим подспорьем.

Считается, что в России есть профессиональный футбол. А я считаю, что нет! Потому что для этого нет соответствующей законодательной, экономической и финансовой базы. Футбол сегодня держится на энтузиастах. Откажется Федун от «Спартака» – не будет такой команды. Перестанут платить Гинер или Абрамович – тоже крах. А должна быть система, которая не зависела бы от отдельных людей.

– Несколько лет назад в делах «Торпедо» принимал участие Юрий Лужков. Когда мэр переключил свое внимание на ФК «Москва», вас это не задело?

– В финансировании команды Лужков участия никогда не принимал. Просто он одним из первых понял: если в столице не будет стадиона, отвечающего международным требованиям, все крупные турниры уйдут на другие арены Европы. Поэтому город выделил нам кредит на реконструкцию Большой спортивной арены. Деньги мы потом вернули. В чем Лужков действительно помогает – это в «загрузке» Лужников соревнованиями. Но опять же она не стопроцентная.

– Кто входит в совет директоров «Торпедо»?

– Я, мой заместитель Борис Мегрелидзе и руководитель аппарата правительства Москвы Виктор Коробченко.

– Всего трое? А генеральный директор «Торпедо» Юрий Мишин?

– Нет, у него исполнительная власть.

– Знаем, что отсюда вы как раз едете на заседание совета директоров. Если не секрет, какие вопросы будут обсуждаться?

– В частности, подготовка к предсезонным сборам. Петренко назовет количество игроков, которые поедут в Турцию, а затем в Испанию. Кстати, сборы мы уже оплатили.

– Не сомневаемся. О «Торпедо» говорят как об одной из самых дисциплинированных команд в плане различных выплат.

– Спорить не буду. (Смеется.)

– То есть свободные деньги у клуба есть всегда?

– Свободных нет. Но есть средства, чтобы рассчитаться по своим обязательствам.

– Когда у «Торпеде» появится титульный спонсор?

– Это не только наша проблема. На одном из заседаний совета президентов я предложил коллегам: «Давайте наймем солидную компанию, которая оценит наш чемпионат. Хоть узнаем наконец, чего мы стоим». Не хотят. В результате все переговоры по поводу телевизионных прав, спонсорских контрактов и т. п. ведем на глазок. А нужен научный подход. Что касается титульного спонсора, то предложения от различных компаний поступают, но нас не устраивают.

– По каким причинам?

– По морально-этическим. Не хотим связываться с людьми сомнительной репутации.

– Признайтесь, отлегло от сердца, когда «Торпедо-Металлург» был переименован в ФК «Москва»?

– Воспринял это абсолютно равнодушно. В свое время нас очень критиковали за покупку «Торпедо». А ведь это обычное дело: в Европе некоторые команды меняют владельца чуть ли не каждый год. Просто в России мы были первыми. Нас могли либо сильно похвалить, либо сильно поругать. Произошло второе. Но если бы в 96-м мы не протянули руку помощи «Торпедо», сейчас команды с таким названием не было бы. Я же помню, как все случилось. Ко мне пришел Иванов вместе с игроками и сказал: «Если вы нас не возьмете, на следующую игру не выйдем». В тот момент у меня и мыслей не было брать какую-нибудь команду!

– За 8 сезонов ни разу не пожалели?

– Нет, хотя с каждым годом содержать команду все сложнее.

– А ведь «Торпедо» могло стать очень богатым клубом. Года полтора назад, если помните.

– Как не помнить? Смертин уже прошел у нас медосмотр и должен был приступить к тренировкам. Среди потенциальных тренеров фигурировал Моуринью, всплывали еще какие-то невероятные фамилии… В той ситуации мы были согласны отдать команду в другие руки. Оговорили сумму, этапы передачи акций. Но в решающий момент нам никто не смог предоставить банковских гарантий или перевести деньги на депозит. Сказали, дадут расписку. Так же не делается! Но мы по-прежнему готовы к конструктивному диалогу.

– Почему вы на недавнем исполкоме РФС высказались за обсуждение расширения премьер-лиги?

– Чтобы вопрос попал в повестку дня и в процессе обсуждения был похоронен на ближайшее время. Но вышло так, что вопрос, получается, повис в воздухе. Вот увидите, на ближайшем бюро или исполкоме кто-нибудь вновь попытается вернуться к теме расширения. А хотелось бы гарантированно ее закрыть, и чем скорее, тем лучше. Своего мнения я не изменил.

– Зато его изменили некоторые президенты клубов РФПЛ. Почему, на ваш взгляд?