Охрана не вмешивается ни в споры между магами, ни в ритуал. Их цель — защищать магов и ее они прекрасно выполняют.

Примерно прикидываю — и получается, что даже из того, что я слышал, если разговор перевести в формат договора, то огненный маг предложил всем остальным магам стать его рабами и признать его своим хозяином на время контракта. И их согласием как раз и становится занятие узлов нарисованной фигуры.

Ритуал начинается.

От огневика, внутри неровной многоугольной звезды, к каждому из восемнадцати человек протягивается точно такая же огненная нить, которой он только что пытал спорщика. Маги буквально выгибаются дугой, и в мне прекрасно видно, как управляющий ритуалом огненный маг словно всасывает в себя силы рядом стоящих.

Похоже, ещё один на мою голову желающий за чужой счёт встать на следующую ступеньку.

Самые слабые маги очень быстро, прямо на глазах, высыхают — и это довольно страшная картина: маг стоит, молча кричит, а при этом в нём уже не осталось ни воды, ни магии, ни жизни, вообще-то, но он не может покинуть поле ритуала.

Быстро прикидываю. До ритуальной звезды недалеко. Даже ста метров нет — метров шестьдесят, может быть семьдесят. До огневика своими полем не дотягиваюсь, только вытянутым Аспектом. А с ним, возможностей влиять все же почти нет.

Выстреливаю телекинезом шарик в мага. С громким хлопком снаряд проходит звуковой барьер. Вот только мне это не сильно помогает — пространство вокруг цели словно искажено. Шарик огибает мага и выбивает фонтан крови из стоящего за огневиком одарённого.

Тот погибает мгновенно — всё-таки без половины туловища жить нельзя, будь ты хоть каким магом. И стоящий следом за ним маг тоже получает свою часть кинетической энергии.

Огненный резко поворачивает голову в мою сторону, но меня всё равно не видит.

Для очистки совести стреляю ещё раз. Происходит то же самое — будто щита как такового нет, но и мага тут нет. Как будто он в некотором искривлении пространства находится. Мой снаряд просто огибает мага и улетает в стоящего за его спиной другого одарённого. Ну очень интересная защита.

Чёрт. Мне нужны эти знания. У меня буквально появляется зуд — желание захапать себе такое, что ни разу не встречал.

Дядька, которого называли Каракасом, в движениях почти такой же быстрый, как и я, а может быть, уже даже и быстрее. Похоже, пользуется либо амулетами, либо эликсирами. Отсюда это не так хорошо видно.

Маг, не прерываясь, читает слова ритуала. Пусть и оглядывается.

Делать нечего. Другого такого момента может не быть. Даю команду — и посреди неодарённых охранников из земли появляется пятиметровая фигура голема. Двигается резко и быстро, так же как и я.

Люди просто не успевают отреагировать, а маги уже не могут.

Тут же на расстоянии вижу, что и неодарённые наемники пошли на штурм. Надеюсь, Сергей с Олегом и моими людьми смогут отбить штурм. Еще хоть десять минут продержаться и все — помощь уже рядом. Големов я почти уже чувствую.

Наемники частями разлетаются вокруг, прокладывая кровавую, но такую необходимую дорогу к магу. Секунда, может две. Мне всего-то нужно метров двадцать — чтобы аспект мог дотянуться до ведущего ритуал.

Маг меня уже, скорее всего, видит. Пусть и не напрямую, по косвенным признакам, но это уже не важно — понять, где я все же можно.

Успеваю в то окно, когда огненный ничего не может мне сделать — его внимание полностью поглощено ритуалом, а другие маги тоже, по понятным причинам, меня атаковать уже не могут. Вот только наемники — те да, те могут доставить неприятности. Но и они действуют небыстро. Обычный, пусть даже тренированный человек, реагирует все же с задержкой, да и обращают они больше на громадную фигуру моего скакуна, а не на меня. А это большая ошибка. Пока еще редкие выстрелы голему никакого вреда не наносят.

Еще секунда.

Маги в ритуале высыхают все активнее. Продвигаюсь сквозь ряды наемников. Бойцы начинают реагировать и на тень, рядом с фигурой голема. А может просто то море свинца, летящего в голема, местами задевает и меня. Не так это и важно. Смотреть нет времени — все мои потоки сознания поглощены защитой и прорывом к магу. И вроде бы небезуспешно.

Дотягиваюсь краем своей сферы до мага. Удар «ужасом».

Формирую технику рядом с его телом — так что, даже если что-то почувствует, отреагировать не успеет. Туда же направляю целительский «сон», но вот магию целителей дядька отражает. Кажется, с этими атаками он знаком. Его тело вообще не принимает магию — даже в состоянии почти полной перезагрузки от «ужаса», будто он этой магией просто переполнен.

Маг не заканчивает свой ритуал, прерывается, и, похоже, все тут же идёт совсем не так, как задумывалось. Мой «ужас» нарушает течение, и звезда начинает сыпаться.

Наёмники вокруг приходят в себя. За считаные секунды — они не видят меня, но стреляют просто в сторону голема, и мне этого тоже хватает. Чуть меньше сотни человек, стреляющих столь интенсивно, выдают такую плотность огня, что мне точно хватает.

Секунды. Четыре, пять… с противным хлестким звуком словно лопается струна, и маги, участвующие в ритуале, начинают выгорать внутренним пламенем. Словно бы магия, которая их наполняла, хочет что-то сделать, но выхода у неё нет. Да и мне самому она тоже не особо нужна — переварить такое количество магии просто не смогу. Источник у меня всё же до сих пор не очень-то раскачан.

Как можно сильнее закукливаюсь и воплощаю под ещё живым, но уже начинающем гореть магом-огневиком ритуальную фигуру. Чуть ли не единственную, которую уже давно отбиваю на автомате. Тут же заливаю её магией ментала и пси настолько, что даже боюсь выгореть тоже. Но в этом моменте лучше чуть перегнуть палку.

Маг уже успевает за эти пару секунд сбросить моё наваждение. Невероятная дисциплина разума у человека. Была.

Удар магии выбивает дядьку из тела, и тело мага мгновенно загорается.

Словно в тяжёлом, тягучем киселе пробиваюсь к душе мужика. Тот сразу не понимает, где он находится и что с ним произошло. Вряд ли у него большой опыт внетелесных переживаний. Ещё мгновение и полупрозрачный силуэт мага, запертый в фигуре, поднимает на меня глаза.

Сознание ещё не уходит от мага, и, кажется, я успеваю. Руку вбиваю внутрь бестелесного образа, и на мгновение путь его души, получает небольшую остановку в моем внутреннем мире.

Личность словно разваливается на куски памяти, за секунды нахождения в плотном пси моего карманного мира, и ядро личности — или душа — уходит куда-то за горизонт.

А вот серые, максимально истощённые, исчезающие куски… Успеваю перехватывать слепки, пусть и не все. Мой мир словно сито, захватывает более плотную часть личности. Не всю — многое почти сразу же разрушается, но часть памяти все же задерживается.

Почти мгновенно просматриваю, что и где там есть. Три потока сознания работают на пределе и в одном ритме. Даже замираю на секунду внутри своего поля.

Память мага перерабатывается жёстко. Даже, можно сказать — жестоко. Большая часть его жизни вообще напрочь мне не нужна — нужны только знания, да и то не все. Как и всегда.

С морально-этической точки зрения я сейчас не совсем прав, но маг напал на мой дом и моих людей. И был готов в одиночку выполнить контракт. И у него это даже могло получиться, так-то. Да и сам предложил тот еще договор своим людям. А значит, и с ним можно поступать примерно так же.

Все три потока буквально потрошат куски его воспоминаний и проходят по ним довольно быстро. Оказывается, что всё-таки мои догадки верны, маг именно с целью возвысится и забрал контракт. Ну и почти достиг её, пусть и не полностью.

Мало, очень мало памяти мне достаётся. Конечно, какая-то всё же оседает. Но даже фрагментарные знания — всё равно знания. По крайней мере, понятно, откуда брать недостающие фрагменты. Что ж, пополню мою коллекцию нужных, но пока не применённых знаний.

Возвращаюсь в реальность. В мире проходят секунды, но тяжёлая туша голема резвится на полную катушку. Сочетание его размеров и узости оврага превращает это место не просто в неудобное для защиты, а в ловушку. И пятиметровая тварь просто танком проходит по защитникам магов. Да, у них, у всех есть амулеты. Да, не всегда мой голем может что-то прокусить или оторвать, но даже удар с учётом амулета вызывает такие встряски у людей, что многие гибнут, даже вроде бы оставаясь недостижимыми для голема. Карабины же ему не доставляют вообще никакого дискомфорта.