Да, «скрыт» и «невидимость» решают многое, но всё же лишнее внимание спровоцирует на мне огонь со всех сторон. И не факт, что я это выдержу — по крайней мере, опыта, в проверке такого количества атак, у меня не было.

Скажем, шальных выстрелов я вообще не опасаюсь — двадцатиметровая сфера вокруг меня задержит практически любую атаку. Но мне всё-таки нужны эти мгновения внимания, чтобы увидеть, оценить, остановить. Если таких атак будет не одна, не пять, не десять, а сотни — вот не факт, что я успею всё, даже с учётом ускорения. Поэтому всё же слегка опасаюсь. Не сказать, чтобы сильно, если честно. Просто потому, что по умолчанию моя сфера всё же притормаживает любые быстролетящие объекты или конструкты, действуя, как определённого рода кисель. Но это всё-таки не панацея.

Бегу.

Маги в конечном итоге договариваются. Более того, нескольких человек, и их я довольно чётко отслеживаю — принимают эликсиры. И, похоже, не только на магию — воздействие похоже на то, что сейчас происходит со мной: резковатые движения, чуть порывистые шаги. Видно, что ребята тоже под ускорением. И надо сказать, что среди магов таких чуть ли не половина. А значит, выигрыш в скорости у меня не такой уж и большой.

По магической силе они, безусловно, выигрывают в прямом ударе. Да я бы сказал, каждый из них, скорее всего, сильнее меня как маг. Всё же, как маг, я не особо мощный товарищ и выигрываю в магическом противостоянии за счёт псионики и техник, оптимизированных Кошкиным. Так что теоретически все эти маги — мне противники.

Вот только на короткой дистанции все меняется. Если я смогу подобраться к ним хотя бы метров на пятьдесят, а лучше на двадцать — тогда вообще без вариантов. Им ничего не светит, и их число станет мне вообще безразлично.

Но подобраться ещё нужно. Так что «скрыт» и «невидимость» сейчас — мои главные друзья и надежда.

Аккуратно передвигаюсь по пустоши.

Компании наёмников становятся более отчётливыми. Я уже понимаю, что с мобилей сняли щиты и устанавливают на своеобразные носилки. Компании сбиваются в более крупные, чтобы не попасть под удары магией. Они же не знают, что эти амулеты были единственными, что успели мои подчинённые сделать с этой стороны аномалий, и теперь обязаны подозревать, что каждый метр поля нашпигован ловушками. Вздыхаю. Ну, будем надеяться, что Сергей с Олегом людям без магии, но с амулетами, хоть что-нибудь смогут противопоставить. Всё же они тоже армейские маги — не могут же они быть совсем пустыми.

А основную ударную силу наемников я возьму на себя.

Пробегаю почти половину расстояния, и аспект уже более-менее может работать — по крайней мере, вытянутым лучом восприятия. Могу и голоса послушать.

— … Я говорю: делаем общий круг, магией его задавим, — доносится уверенный голос. — Чего мы спорим⁈ Тут всего двое, ну максимум трое магов. Нет у них больше никого.

— А почему союзники молчат? — вклинивается кто-то из магов попроще.

— Потому что они не имеют права двигаться. По договору — как только мы хоть что-нибудь проломим, нарушим периметр, они должны сделать вид, что пришли спасать. Имперским следователям нельзя давать зацепок.

— Ну да, конечно, — хмыкает кто-то. — Мы им сделаем всю работу, а они придут на готовенькое.

— Да, именно так. За это нам и платят, — отрезает тот же уверенный голос. — Создаем круг, я — ведущий. Никифоров — на подстраховке.

— А мы? — раздаётся вопрос из группы.

— А вы — батарейки! Кто-то хочет поспорить? — Говорит самый, очевидно, опытный маг и зажигает на руке знакомую мне уже плазменную огненную сферу с очень медленным, тягучим, чёрно-оранжевым огнём.

— Да нет, — неуверенно тянет все тот же голос. — Что сразу так-то. А ты уверен, что силовой круг нам поможет?

— Да вы видели — он разрушал конструкты! — рявкает огненный маг. — Я слышал про такое. Были такие маги в Новгороде, которые в дуэли подобное применяли. Так что конструктами мы его не возьмём. Нужно прямое противостояние сил. Против стихии у него шансов нет.

— А если они круг организуют?

— Какой, нахрен, круг⁈ Ты чем слушаешь⁈ — взрывается ведущий. — Их там три человека! Они даже малого круга не сделают!

— Ведущий-то всё равно должен быть… — робко вставляет кто-то из магов.

— Нет! — Огненный маг накрывает глаза ладонью и старается успокоиться. — Максимум батарейки. Их там два-три человека! Нет там круга. Встали все! — рявкает.

Маги даже дергаются, но шаг к огненному делают.

— Вот так вот, лучше. Начинаем! — рычит огненный. — Всё. Фигуру Никифоров сваял! Занимайте места!

— Кривовато… — голос из группы магов не затыкается.

— Для наших целей достаточно. Кривизну фигуры я своим мастерством выправлю.

— Каракас, — поправляет огненного один из магов, — вот с чего ты тут такой опытный нарисовался, а? — выходит один из магов. — Нет уж! Не так уж и много у тебя мастерства. Был бы ты мастером сейчас — на границе был бы. Тебе бы император бы платил. А ты здесь, с нами!

— Что, — усмехается названный Каракасом, — сомневаешься?

— А чего бы и нет? Я вот — обычный армейский маг, которому не повезло, — оглядывается маг, и более слабые маги одобрительно гудят, поддерживая его. — Вот так. Не пытаюсь прыгнуть выше головы, а ты нам про мастерство здесь втираешь. Какого чёрта ты тогда командуешь⁈ — неожиданно взрывается.

— Да потому что вас, дебилов, одних оставлять нельзя! — рявкает огненный маг.

С его рук срываются ломаные огненные линии и впиваются в тело спорщика. При этом щит, который тот мгновенно ставит, Каракасу вообще никак не мешает. Спорщик бьётся в конвульсиях, но живой. Видно, что ему дико больно. Чем-то это похоже на работу электрошокера или слабой молнии, только ещё и с болезненными ощущениями от ожогов.

При этом ни колдовать, ни что-либо сделать руками он не может. Уже созданный щит буквально разваливается за секунды — он даже поддерживать созданный конструкт не может.

Сосредоточенность пропадает напрочь.

Продержав так секунд пять, огненный отпускает мага. Спорщик валится, как куль муки, на землю, но вроде бы в сознании.

— Кто ещё хочет поспорить⁈

Маги аккуратно, почти незаметно делают мини-шаг назад.

— Вот именно, — цедит Каракас. — Поэтому я у вас здесь и глава. Считайте, что я ваш Хозяин на время этого контракта. Потом разбежимся как в море корабли — и мне лучше на пути не попадайтесь. Встаём, занимаем фигуры!

Он слегка бьёт ногой своего оппонента.

— Тоже занимай. Не так-то тебе и больно. Собраться можешь.

Ничего себе у них высокие отношения.

Добегаю до оврага, похоже, очень вовремя. Мне очень не нравится то, что происходит. Но к началу ритуала я всё равно опаздываю. Замираю на границе оврага и тут же аккуратно спускаюсь вниз. Пара камней осыпается — придерживаю их телекинезом, но на звук оборачивается охрана. Замираю.

А вот огненному магу сейчас не до того — он продолжает читать заговор на латыни. Сейчас я латынь уже прекрасно узнаю.

К сожалению, не застаю первую половину заговора, но вторая меня тоже интересует. Похоже, просто из-за формулы: «разобщённое сделать цельным». Я таких ритуалов в литературе точно не встречал, даже описаний.

Огненный, ведущий ритуал, на таком расстоянии чувствуется уже очень неплохо. И, судя по тому, что вокруг него пространство почти не продавливается, до звания Повелителя Стихии ему остаётся очень даже немного. Отсюда, наверное, и растут ноги абсолютно стандартных, но при этом перекачанных и очень изменённых конструктов огня, с которыми я уже столкнулся только что.

Маг заканчивает читать, и вот в этот момент становится понятно, что весь конфликт, который был до этого, просто срежиссированная история для недалёких наемников. И присутствие такого умельца здесь тоже сразу становится объяснимо. Как и то, что его смогли нанять — наверняка цену поставил ниже нижнего. Уничтожение или захват Рысевки это вообще вторичная цель для этого мага. А вот первичную — он как раз сейчас осуществляет. Злорадство, которое сейчас сочится из сигнатуры этого мага, прямо кричит о том, что он уже добился своей цели.