Выходя на берег я все еще улыбался, но на душе было некое волнение. Нужно срочно выпить. Уровень воды был все ниже и Джин тут же стала брызгать в меня водой, смеясь, и заставляя появиться улыбку и на моем лице. Наши игрища продолжаются при любом удобном случае и это круто!

Как только мы вышли на берег я опустил Джин на землю, после чего мы оба с довольными лицами направились к столу. Уже там вновь немного выпив и пообщавшись с друзьями Джин я немого расслабился, отвлекаясь от надоедливых мыслей.

— Ну что, как обычно, турнир в волейбол? — предложил один из парней и все тот час же оживились.

Я был спортсменом и в университете, и в школе, думаю не составит труда вспомнить как в него играть.

— О, я тоже с радостью поиграю, — улыбаясь сказал я, глядя на Джин.

Она явно удивлена.

— Как обычно, Джин и Макс выбирают команды.

Ну ничего себе… Теперь настала моя очередь удивленно глянуть на жену, на что она просто пожала плечами игриво улыбаясь.

— Детка, подумай хорошенько выбирая…, — я загадочно улыбался, давая ей понять, что вполне могу быть полезным в ее команде.

Вообще удивительно, если она выберет меня. Это будет новый этап наших отношений, в котором она играет главенствующую роль. Я усмехался, скрестив руки на груди и наблюдая за тем, как моя жена выбирает кого-угодно, но не меня. Это вызов, определенно! Я буду играть так, что она пожалеет о том, что не выбрала меня в команду.

Когда же в конце осталась одна из девушек и я, Джин сделала вид, что думает. Театрально нахмурившись, моя сладкая потерла ладонью шею, словно для нее это был невероятно сложный выбор. Как только она глянула на меня, ее губы растянулись в усмешке.

— Карен, – наконец, назвала она имя последнего участника своей команды.

Девушка удивленно посмотрела на Джин, затем на меня, а после подошла к команде моей жены.

— Женская солидарность, – пожала Джин плечами, подмигнув мне.

Я засмеялся, понимая, что все получилось именно так, как я думал. Что ж, ладно, хочешь игры? Ты ее получишь. Видимо все в округе ждали, что она выберет меня, просто немногим позднее, но она удивила всех, кроме меня, естественно.

— Ты меня удивила, Эванс

Мне жутко резануло это по ушам, ибо она не Эванс, а Грейсон, но стараясь не хамить и держать себя в руках, я решил первым делом обратиться к своей жене.

— Ты еще пожалеешь, ангел мой! — усмехнулся я, затем глянул на Макса. — И она Грейсон!

Я сказал это уверенно и четко, но сохраняя улыбку, хотя в душе хотелось высказать это более грозно, но не сегодня. Это испортило бы мои планы.

Началась игра и практически с самых первых ее минут, я дал понять Джин и всем остальным, что играю достаточно неплохо. Отбив быстрый пас соперников, я уверенно управлялся с мячом в командной игре. Изредка поглядывая на свою жену с усмешкой, я продолжал уверенно отбивать мячи, подавать их, а также зарабатывать очки в пользу своей команды. В нашей команде оказалось трое человек, шикарно играющих в волейбол, и я был среди них. Не желая поддаваться, я был внимателен и быстр, как никогда. Играть было весело, все мы настолько погрузились в эту атмосферу азарта и драйва, что не заметили, что игра уже подходила к концу. По итогу, наш любительский матч, все-таки был сыгран в ничью. За это время, парни, играющие со мной в команде так или иначе стали относиться ко мне лучше. Ну, я помог им если уж не урвать победу, то не оказаться в проигравших, что видимо случалось часто, судя по их счастливым лицам. Все были довольны исходом, тогда как мы медленно, все еще обсуждая игру, шли к столам, чтобы отметить это дело.

Как только Джин оказалась рядом со мной, я обнял ее за талию, хитро улыбаясь. Я наклонился к ней и спросил:

— Жалеешь, что не взяла меня в свою команду?

Это был риторический вопрос, ибо ежу понятно, что вслух она не признает свое поражение. Я лишь усмехнулся, а после поцеловал ее в висок, отвлекаясь на реплику одного из парней. С этого момента, общение с ними мне давалось проще. Видимо, я произвел впечатление своей игрой не только на парней, но и на некоторых девушек, взгляды которых я ловил на себе. Меня это нисколько не интересовало, так как рядом со мной сейчас находилась девушка, которая красивее и важнее всех. Мы вновь принялись уплетать лакомства, выпивать, смеяться и что-то увлеченно обсуждать. Я уже ощущал себя частью этого коллектива, пусть и не все так думали. Самое главное, что большинство ко мне нынче благосклонны.

Немногим позднее, мы пошли купаться и конечно же я снова все свое внимание уделял жене, но был момент, когда парни захотели попрыгать в воде. Я лишь усмехаясь подошел к ним и трое из нас делали трамплин, на котором высоко подбрасывали четвертого. Это было поистине весело, ровно настолько, что я и забыл, что мне так-то почти вдвое больше, чем каждому из них. Однако, мне было действительно весело, и я отдыхал. Прям даже не помню, когда последний раз я так расслаблялся и не думал ни о чем, кроме развлечений. Нужно почаще быть в этой компании.

Постепенно начинало темнеть, мы уже высохли от воды, но тем не менее я продолжал частенько увлекать свою жену в объятия, дарить ей свои поцелуи, от которых она улыбалась. Мы разожгли огромный костер, и расселись вокруг костра. Атмосфера кайфа просто зашкаливала. Кто-то достал гитару и начал играть, я же в свою очередь взял плед и накрыл им Джин, одной рукой обнимая ее и заключая в объятия. Кто-то подпевал мелодии, кто-то просто слушал и попивал спиртное или сок. Даже не смотря на то, что в какие-то моменты все молчали, никому не было не ловко, это было блаженное молчание, в котором слышался плеск воды, треск костра, шум ветра, а также мелодия, которую играли на гитаре. Нереальное ощущение свободы.

— Даже и не помню, когда гитару в руки брал последний раз, сейчас послушал и прям ностальгия, — немного с грустью протянул я, понимая, что когда-то так хотел играть на гитаре, что готов был даже стать уличным певцом, играть в группе, но у отца на это было иное мнение.

Не смотря на то, что я не стал музыкантом, я научился играть на акустической гитаре, а также на бас-гитаре и да, группа у меня была, правда в студенческие годы. Максимум чего мы добились — это концерта в гараже для пятнадцати человек. Я не жалею, было весело.

— Ты умеешь? — удивленно спросил Макс.

— На любительском уровне…, — загадочно протянул я, поглядывая на Джин.

— Сыграй, что-нибудь, — с улыбкой сказал Макс.

— Ну я не так хорош, как предыдущие играющие, но попробую, — улыбнулся я, вставая и беря гитару в руки.

Волнительный момент на самом деле, но я собрался с мыслями и стал медленно перебирать струны, вспоминая аккорды. На самом деле, когда Джин дома нет я периодически играю, ибо мне нравится гитара, мне нравится, как она звучит. Две крайности, либо избиваю, крушу все на своем пути, либо пытаюсь успокоиться при помощи музыки. Наконец, я понял, что вспомнил мелодию, которую сейчас было бы само уместно сыграть.

Я медленно начал издавать мелодичные звуки, такие убаюкивающие и все замерли, внимательно слушая меня. Через какое-то время я глянул на Джин, а она в свою очередь практически открыла рот от удивления, я же просто улыбнулся, продолжая играть. Мелодия немного набирала обороты, становясь более громкой, практически на надрыве, а после я вновь глянул в глаза своей жены. Я играл на гитаре, глядя в ее голубые глаза, в которых отражался костер. Я играл для нее, любуясь ее идеальными чертами лица, ее четко очерченными губами. В этот момент кроме нас не было никого, только она, я и музыка…

Творческим людям всегда нужно вдохновение, они черпают его отовсюду: отношения, кино, другая музыка, некое искусство. Без вдохновения не выйдет ничего. Я не причисляю себя к людям искусства, я не считаю себя творческой личностью, хотя прекрасно знаю, что предрасположенность у меня есть. Именно она дала о себе знать, когда я действительно вдохновился этим днем и сдал свои умения своей жене и всем окружающим. Я не играл на публику с университетских лет. У меня из слушателей в основном только торшер около дивана в кабинете и изредка Дана. Сегодня же, спустя столько лет, я смог сыграть перед живыми людьми, перед Джин. Глядя на своего голубоглазого ангела, я понимал, что мое вдохновение — это она, время, проведенное вместе, отдых и природа. Я не отрываясь смотрел в ее глаза под покровом сумерек, продолжая перебирать струны, воссоздавая мелодию. Это была моя мелодия, я написал ее. Это была даже не песня, в ней не было слов и быть не должно было. Я придумал ее давно и мне она самому запала в душу, а теперь я делился этим кусочком своей души со всеми присутствующими. Джин с удивлением и вдохновением смотрела на меня, слушала мою игру, явно не понимая, как мне это удается. Я сам не знаю.